Отвечал Мионе по поводу рисования и вспомнил одного из первых крупных мошенников-инженеров Кемпелена (1734-1804), — австрийского изобретатель автоматических машин
Изучал философию и право в Братиславе, Дьёре, Вене и Риме, знал семь языков. Перевёл свод законов Марии Терезии с латинского на немецкий язык, чем привлёк внимание двора и стал дворным советником. В возрасте 25 лет Мария Терезия назначила его управляющим соляными шахтами во всей венгерской части империи и Кемпелен значительно модернизировал соляной промысл в империи. В 1770 году стал рыцарем, в 1775 — наследственным бароном де Пазманд. В 1786 году стал председателем Венгерско-Трансильванской придворной канцелярии.
Кемпелену поручали многие технические задания. Он первым начал выращивать лён в Банате, построил там суконную фабрику. Руководил реконструкцией будапештских укреплений. В 1777 году руководил переносом университета из Трнавы в Будапешт. Позднее Кемпелен спроектировал и построил водопровод для Братиславского Града, построил в Братиславе понтонный мост, а на Житном острове ирригацию.
В 1788 Кемпелен создал говорящую машину, которая состояла из четырёхугольного деревянного ящика, длиной около 1 м и шириной в 0,5 м, снабженного мехами и сложной системой клапанов, штифтиков и т. п.; машина эта воспроизводила голос ребенка 3-4 лет.
Но больше всего внимания привлекла к себе так называемая шахматная машина Кемпелена (1769), которая, как впоследствии обнаружилось, была основана на обмане. Она имела вид комода, на котором разложена была шахматная доска и у которого автомат, одетый турком, искусно играл в шахматы.
Весной 1770 года в Вене, в высочайшем присутствии Марии–Терезии, состоялась первая презентация «шахматного турка».
Манекен сидел за закрытым со всех сторон деревянным столом, на котором была укреплена шахматная доска. Длина этого стола, больше похожего на большой сундук или на комод с открывающимися и выдвигающимися ящиками, была примерно метр двадцать сантиметров, а ширина и высота – около девяноста сантиметров. Комод вместе с турком стоял на четырёх латунных роликах, что позволяло Кемпелену ввозить и увозить его, поворачивать так, чтобы зрители могли осмотреть автомат со всех сторон, и так далее. Демонстрация, характер которой практически не менялся в течение нескольких десятилетий, происходила следующим образом: фон Кемпелен (а позже его преемник) открывал сначала одну створку комода. Зрители видели какие–то колёсики, шестерёнки, маятники, рычаги, – словом, механические внутренности автомата. То же скрывалось и за другой дверцей. Демонстратор открывал дверцы и с другой, тыльной стороны комода. Он опускал свечу, чтобы все видели: всё просматривается насквозь, никто внутри не спрятан, никаких трюков здесь нет. Затем открывались выдвижные ящики внизу комода, фон Кемпелен доставал из них вырезанные из слоновой кости шахматные фигуры (белого и красного цвета), расставлял их, приглашал из зала желающего сразиться с автоматом – и матч начинался. На протяжении всей игры демонстратор стоял в стороне, лишь время от времени что–то подкручивая в автомате и заводя – с характерным звуком – пружину. То есть турок совершенно самостоятельно, «обдумав» очередной ход, поднимал свою деревянную руку и передвигал фигуру на новую клетку.
В конце XVIII и в первых двух десятилетиях XIX века машина эта служила поводом к спорам многих учёных, пытавшихся объяснить это чудо механики. Теперь достоверно известно, что в ящике его, под шахматной доской, постоянно скрывался хороший шахматный игрок. Автомат сгорел 5 июля 1854 в Филадельфии вместе с музеем курьёзов.
Так что нынешним изобретателям есть на кого равняться!