Запад сегодня, как и тогда нацизм, находится на пике своих военных возможностей и на пределе возможностей экономики. Способна ли будет экономика США и Европы через пару лет финансировать стратегические военные операции НАТО?! Сейчас-то они еще многое могут. Хотя, Франция с Италией, похоже, уже «выпали из обоймы», из-за финансовых проблем.
То есть сейчас у Запада выбор: или воевать с нами сейчас, или, возможно, никогда.
И еще о сходстве с 1941 годом.
Тогда Германия уже воевала с Англией и, соответственно, каждый день этой войны ослаблял немцев по отношению к нам. (Запад также, последние 10 лет, находится в состоянии непрерывной войны). Ждать им было опасно. И удар по России (СССР) был нанесен сквозь улыбки и тосты, сквозь заверения о дружбе и добрососедстве, сквозь договоры о сотрудничестве и сделки о разделе военной добычи, сквозь, казалось бы, устраивающее всех равновесие сил.
Немцы тогда обоснованно рассчитывали и на раскол внутри русского народа, который не простит режиму страшной коллективизации. Начало войны и продемонстрировало отсутствие в массе русских стойкости и желания умирать с оружием в руках.
Воевать всерьез наши люди взялись, когда поняли, что немцы не собираются разгонять колхозы и возвращать землю. Что дело идет к физическому уничтожению русского народа.

Сейчас, как и тогда, Запад не может не учитывать раскол российского общества, не простившего власти грабительской приватизации 90-х годов.
Пока наша власть не думает, что лучше, поступившись словом офицера, «зарезать» священную корову итогов приватизации, предав суду сотню другую ее столпов, и, в преддверии войны, приобрести преданность народа. Это затянувшееся, невзрослое рыцарство Запад, наверняка, учитывает. Ведь выгодно воевать со страной, расколотой по имущественному признаку, где основной мотив недовольства не в прозаичной зависти, а в безобразно несправедливом распределении общего имущества.
Основное отличие современной войны от всех войн прошлого в ее плановой скоротечности, хотя никто не знает, насколько эта скоротечность подтвердится в реальности.
То есть у людей, возможно, не будет времени на переформатирование своего отношения к власти, так как общее понимание, что Запад просто, по привычке, уничтожает русских придет тогда, когда война, по всем планам, должна будет закончиться.
Таким образом, очень важно, чтобы люди взялись за это дело всерьез, не с раскачки, не тогда, когда до них опытно дойдет, что это вопрос жизни и смерти, а сразу, с первой минуты. Ограбленный или ощущающий себя таковым, не сможет быть верным с первой минуты, пока в его голове прежние обиды не затмит сознание общей опасности. А счет в этой войне, действительно, может идти на минуты…