Бизнес на призыве в армию.

[Smertia]

Вдогонку к теме о занятии проституцией солдат срочной службы.
В данном материале предоставлена технология обувания призывников и их родителей в нелегком деле откоса от армии.
Материал предоставлен с сайиа Компромат . ру.
Как откосить от армии? Звоните в Комитет солдатских матерей, - советует его глава Валентина Мельникова. Там вам расскажут, что любого 18-летнего парня "легко и дешево" отмажут от призыва. Надо только поспорить с Валентиной Мельниковой "на ящик коньяка".

Ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей Валентина Мельникова успешно капитализировала свое имя в борьбе с российской армией. Теперь СКСМ бренд, известный тем, что решает вопросы отсрочек и "белых билетов".

Впрочем, сама Мельникова может считаться разве что солдатской мачехой, потому как двое ее собственных сыновей пороха, естественно, не нюхали – они успешно избежали призыва.

Цель работы Мельниковой и штата ее сотрудников декларируется весьма сухо: отстоять переход России на контрактную армию. Но в своей он-лайн конференции, посвященной вопросам призыва, глава СКСМ не рассказывает о том, как она лоббирует принятие закона о контрактниках, как встречается с чиновниками и как готовит юридически оформленные предложения для Госдумы.

Нет, Мельникова традиционно рисует ужасы российской армии, маниакально жестоких "дедов" и сплошь "избитых, изуродованных, изнасилованных" солдат. И вроде винит она в этих бедах верховное командование и структуру призыва, но нет-нет да и проскочит упрек в адрес родителей – а вы куда смотрели, почему допустили, чтобы ваш сын был призван, почему не отмазали?

В целом выступление главной "солдатской матери" построено по принципу стандартного рекламного материала, где в начале описываются ужасы, скажем, кариеса, а потом предлагается панацея – новая зубная паста.

Только в качестве панацеи от неуставных отношений Мельникова продвигает вовсе не контрактную армию, как могло бы показаться, зная о заявленных целях СКСМ. Нет, панацея – это сам СКСМ, который оказывает услуги по признанию молодых людей непригодными для армии.

Самые трагичные ситуации в армии – первые помощники в деле Мельниковой, на их фоне гораздо легче агитировать население идти к "солдатским матерям" за помощью в уклонении от службы. Так случилось и с делом рядового Сычева. Мельникова, собственно, и не скрывает, какие надежды она возлагала на этот скандал: "Мы очень рассчитывали, что российские семьи отреагируют на трагедию с Андреем и сделают все, чтобы их дети не попали в воинские части. Но, к сожалению, народ оказался... как бы сказать - легкомыслен и наивен".

То, что Валентина Мельникова называет "легкомысленностью и наивностью", для многих – банальный патриотизм, желание отстоять безопасность страны и вера в то, что мужчина должен служить в армии.

[Smertia]

"Отмажем от армии за ящик коньяка"
Но "Солдатские матери" живут в своем измерении. Там другие понятия – контрактники, деньги, уклонение от армии, коньяк.

"Уверяю вас, что тот, кто не хочет идти на военную службу, может это сделать легко, дешево и по закону. Поскольку каждый гражданин мужского пола в России, достигший 18 лет, не годен по здоровью к военной службе. Я могу спорить на ящик коньяка с каждой семьей заочно, потом они принесут нам документы и сами убедятся в этом", - открыто предлагает Мельникова.

Звучит примерно как объявление: "Легко, дешево и без проблем с законом отмажем от армии за ящик коньяка". Для тех, кто этого не понял, Мельникова еще раз поясняет, как должна поступить каждая мать: "Если пришла повестка, первое, что вы должны сделать - взять амбулаторную карту сына и прийти на собрание Комитета солдатских матерей. Нет такого уголовного преступления - укрывание сына от призыва. Но есть родительская вина, если больной мальчик попадет на военную службу".

Если мать обязана бежать в СКСМ за "белым билетом" сыну, то на отца возлагаются пропагандистские функции. При этом, судя по всему, подразумевается, что каждый отец в свое время вернулся из армии "избитым, изуродованным и изнасилованным". "Мне кажется, что отцы должны объяснять своим сыновьям, что с отцами делали их сослуживцы и командиры, когда они проходили службу, - говорит Валентина Мельникова, - и делать все, чтобы сын не попал в такую ситуацию". Это, видимо, страховочная мера – на случай, если мать умудрится отмазать сына, а он все равно захочет служить.

"Солдатские матери" не советы дают, а "решают вопросы"
Целая серия вопросов, заданная Мельниковой, касалась того, за счет каких средств существует эта общественная организация. В частности, звонивших интересовало, какова роль иностранных государств, от которых исходит потенциальная опасность нашей стране, в "подкармливании" "солдатских матерей".

Глава СКСМ признала, что "существуют аккредитованные в РФ иностранные или международные фонды, в том числе европейская комиссия, которые по конкурсу отбирают проекты и финансируют их, если фонд уверен в добросовестности исполнителя и в значимости работы для российского общества".

Видимо, понимая, насколько двусмысленно выглядит финансирование из-за рубежа работу по разрушению российской армии, Мельникова попыталась смягчить факты уверением в том, что "единственной целью, которую много лет преследуют иностранные фонды" - это поддержка демократии и защита прав человека в России.

Кстати, некоторые наивные женщины несколько неверно воспринимают функции "Солдатских матерей". К ним относится Наталья из Москвы, приславшая вопрос, который стоит процитировать: "Во время последнего призыва был инцидент с моим сыном. Так вот, в критический момент 31 мая мы не смогли дозвониться ни по одному из указанных на ваших сайтах телефонов. Слава Богу, все завершилось благополучно. В дальнейшем для остальных "претендентов на инциденты" - будьте добры, дайте работающие телефоны, иначе у людей в критических ситуациях наступает паника, и не все могут собраться, а без совета бывает плохо".

В ответ главная "солдатская мать" России очень душевно объясняет Наталье, что "страна советов закончилась в 1992 году". Дальше женщину упрекают в том, что она сама довела ситуацию до кризиса – заблаговременно не посуетилась с уклонением от армии.

"Мой совет Наталии и всем, кто доводит дело до критических моментов - заранее собрать медицинские документы мальчика, заранее придти на собрание Комитета солдатских матерей. Мы не сидим в комитете круглые сутки, и мы по телефону не должны вас успокаивать - вы сами должны сделать все заранее", - пояснила именитая правозащитница. Может быть, столь жесткий ответ Наталья заслужила тем, что в свое время не поспорила с Мельниковой "на ящик коньяка", что ее сын окажется не годным к армии?

[Гаврик]

Всех в армию,чтобы мужиков из вас сделали. А то смотреть  противно.

[Одиннадцатый]

Всех в армию,чтобы мужиков из вас сделали. А то смотреть  противно.

Вы о ком?

[Smertia]

Глупые пальцы никак не могут удержать на холодном лбу погребальную бумажную полоску, сдуваемую ветерком. И ты никак не поймешь, что сын из этой кроватки, чьи края обиты черным крепом, уже не встанет. Не разбудит его даже залп у четырехугольно разверстой земли. А когда ее комья застучат о крышку, тебя отведут в сторону те, кто уже знает то, чего ты еще не осознала, теперь ты не просто мать, а – солдатская…

В стране, состарившейся от войн, их, без времени поблекших женщин – десятки тысяч. Кто убил их детей – «дух», «чех» или перепивший «дед», для них после венков, залпов и стаканчика с ломтиком хлеба у памятника уже не важно. Многие, пережив то, что пережить невозможно, стараются делать все, что от них зависит, чтобы другие женщины ездили к своим сыновьям в гости с подарками для внуков, а не с букетами «четных» цветов. Для того и объединились в организацию, которая, увы, недостатка в притоке новых членов испытывать не будет.

За годы своего существования Комитет солдатских матерей стал влиятельной силой. К его мнению прислушиваются в органах госвласти всех уровней и считаются военные. Для последних, впрочем, активистки комитета даже стали едва ли не более грозными противниками, чем коварные боевики. А к визитам их в частях готовятся куда серьезней, чем к инспекциям генералов из округа. Объединенные горем женщины – великая сила. И им, которые отчитывают седовласых полковников за неуставные отношения среди их подчиненных, ведь и не возразишь вроде – у каждой из них есть железный (а точнее сказать, цинковый) аргумент.

Или не у каждой? Всегда, увы, бывает так, что любое благое начинание превращается в нечто такое, о чем и не помышляли инициаторы. И в Комитете солдатских матерей немало тех, кого можно назвать сочувствующими. А также тех, кого можно обозначить тонко чувствующими конъюнктуру, ситуацию и запах того, что, как говорят, не пахнет.

Эта общественная организация, к сожалению, один в один повторила путь многих объединений ветеранов, воинов-интернационалистов. От людей, объединенных горем и желанием помочь другим – к деятелям, объединенных вполне конвертируемым интересом.

Об этой, другой деятельности КСМ стесняются рассказывать журналисты, ее пытаются не замечать депутаты. Зато почти на каждом сайте с зашитой в метатеги фразой «отсрочка от армии» в комплекте с ней обязательно фигурирует словосочетание «комитет солдатских матерей». Откосить от армии стоит от 350 евро (отсрочка с диагнозом «слабоумие») до двух-трех тысяч – за «белый билет». Часть «юридических фирм», предлагающих подобные услуги – посреднические, они напрямую связаны с упомянутыми комитетами. Понятно, что соответствующих полномочий последние не имеют, однако тропки в военные комиссариаты у них протоптаны давно… 

[Smertia]

Эксперты оценивают рынок услуг по «отмазыванию» от армии в полтора миллиарда рублей в год, и битва за этот рынок идет не только на виртуальных полях интернета. Не удивительно, что клонов КСМ сегодня столько, что уже трудно понять, который из них выступил некогда оригиналом для всех прочих. Наиболее непримиримые соперники – Союз комитетов солдатских матерей под управлением Валентины Мельниковой и Комитет солдатских матерей, возглавляемый неоднократно судимой Людмилой Ярилиной. Последний раз, кстати, – за «пособничество в уклонении военнослужащих от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни». Получив с уклониста конверт с деньгами, она привлекала на «субподряд» врачей и медсестер владимирских больниц, и те делали надрез на стенке желудка пациента. Затем тот получал диагноз «язва» и вместе с ним – отсрочку от армии или досрочный дембель. У многих прооперированных, надо заметить, после этого действительно развилась язва.

Оппонент Ярилиной Валентина Мельникова, работавшая в КСМ бухгалтером, норовит пнуть свою бывшую начальницу при каждом удобном случае. Проворовавшись, по слухам, на старой «работе», в 2004 году она возглавила СКСМ, и с тех пор весьма повысила свой авторитет, фактически, монополизировав право высказываться в прессе по вопросам призыва в армию и взаимоотношений в солдатских коллективах. «Солдатской матерью» в собственном смысле слова ее назвать трудно – в свое время она отмазала от армии обоих своих сыновей, чем страшно гордится. Очевидно, что отнюдь не беда привела ее в солдатки-общественницы…

По информации, обнародованной два года назад Виктором Алкснисом, комитет солдатских матерей – очень хорошо обеспеченная организация, располагающая примерно пятнадцатью миллионами долларов. «Проблема в том, – заявил депутат Госдумы, – что комитет солдатских матерей создает политическую партию, а по действующему законодательству политическая партия не имеет права использовать зарубежные средства и гранты. На ее счета поступают средства из-за границы, тот, кто платит за ужин, тот и девушку танцует!»

«Танцевать девушку» – в данном случае означает направлять СКСМ на «верный путь», помогать им вредить обороноспособности России, подрывая авторитет офицеров и потакая трусам-уклонистам и дезертирам, встречаться в Англии с чеченскими террористами и исходить ядовитой слюной по поводу каждой разумной инициативы правительства, направленной на оздоровление армии. Не успел Путин подписать 5 августа Указ об образовании общественных советов, призванных контролировать работу Минобороны, МВД, ФСБ и СВР, как сударыня Мельникова разразилась гневными филиппиками о том, что, дескать, государство опять создает хитрожопую ширму, позволяющая декларировать существование в России системы гражданского контроля. А на деле, мол, все будет, как прежде. Вот, оказывается, кто у нас главный арбитр и вот к кому надо обращаться по всем военным вопросам! А может быть, просто Мельниковой не дают покоя лавры Мишель Алиот-Мари и Лени Бьорклунд? Не в министры ли обороны РФ прочат эту солдатскую мачеху наши западные «друзья»?

[Smertia]

В самом деле, есть ли в мире хоть одно государство, заинтересованное в том, чтобы его сосед укреплял свою оборонную мощь да еще вкладывающая в это средства? Во все времена извне финансировали те структуры, которые работали на ослабление государства, а не на его укрепление – вроде большевиков в царской России или «демократов» в постсоветской.

И, вообще, стоит задуматься: когда в отечественной и зарубежной истории было такое, чтобы женщины запросто могли явиться в воинскую часть, чтобы забрать солдат из армии, будто детей из летнего лагеря отдыха в родительский день?

На первый взгляд, главный тезис активисток комитетов солдатских матерей звучит убедительно (где-то мы это уже слышали, да?): в армии должны служить только по контракту – только это позволит сохранить тысячи жизней неопытных, необстрелянных срочников, не отнимать их у матерей.

Но что, у контрактников матерей что ли нет? Жен, детей, отцов?

Ведь, что такое современный российский наемник? Это не «дикий гусь», хорошо знакомый по боевикам, который, потягивая неизменный «бад», лениво листает газеты с поиском объявлений о более выгодных предложениях – где б ему подороже продать свое умение убивать. Наш контрактник – это вчерашний «срочник», вернувшийся после службы на родину в свое село, разрушенное страшнее, чем «юрт», где их рота попала в засаду. Пошоферить в родном колхозе не получится – он развалился, а технику пропили. Пастухом даже не поработаешь – сосед-пьяница с деревенским стадом вполне справляется: коров-то раз-два и обчелся. На пенсию матери жить не станешь, она и так сноху с внуком кормит. Вот тогда и приходится вспоминать еще не забытые навыки и опять вколачивать ноги в кирзачи. И снова тянуть лямку – за себя, за своих и за того парня, которого отстояли от службы активистки КСМ.

Полностью наемную армию может позволить себе либо огромная богатая страна, как США, либо совсем уж крохотная, на которую нападать-то никто не собирается.

Россия миролюбием соседей не избалована. Поэтому во все времена защищал ее весь народ, а не армия наемников. Ведь даже в спорте во время международных соревнований цвета национального флага защищают ее граждане, а не легионеры.

А в российской истории не как в футбольном чемпионате: каждый матч решающий.