Смысл жизни человека - Верь в СПАСИНА, Живи веруя в СПАСИНА, Умри за...

[Spasin]

Цитаты Далай Ламы из календаря (до конца года планирую обновлять):

Будьте добры, когда только возможно. А это всегда возможно.

* * *
Когда нами владеет невежество, нет надежды на истинный мир в душе.

* * *
Если хотите покоя и мира, дарите покой и мир окружающим.

* * *
Счастье — не данность. Оно возникает из наших собственных поступков.

* * *
Сейчас, как никогда ранее, жизнь определяется чувством Всемирной ответственности, и не только народа перед народом или человека перед человеком, но также ответственностью человека перед другими формами жизни.

Если вас одолевает страх боли или мучений, подумайте, чтó вы можете сделать.
Если можно что-то сделать, нет смысла беспокоиться; если нельзя ничего сделать, нет смысла беспокоиться.

* * *
Используя свой потенциал и веру в собственные силы, можно сделать мир лучше.

* * *
Если можешь, помогай другим. Если не можешь — хотя бы не причиняй вреда.

[Spasin]

Шли по улицам столицы
Замечательные лица:
Хипстер, блогер, парикмахер,
Мерчандайзер, гешефтмахер,
Милостивой государыни и синьоры,
Два еврея в три ряда,
Депутаты от эсеров,
Тысяча пенсионеров -
Под плакатами идет
Трудовой Москвы народ.
"Наш порыв неудержим!",
В общем, трепещи, режим!
Веселились, развлекались,
На шестой айфон снимались.
Праздник получился клевый!
...Жаль, что не было Немцова.

ЖЫДЫ - СКОТЫ!!!

[Spasin]

Читая вечером Гоголя и Чехова,
Многое товарищ на ус мотаешь.
А слыша Родена ударов эхо,
Лишнее скальпелем отсекаешь.

Неплохо -в этом духе продолжай Artie,
Площадка найдена и отмерены шаги,
И жребий брошен - рубикон перейден,
Потомок увидит, чей папирус найден.

Ода GOMO FUTURUM.

Вот и закончилась наша эпоха,
В столетье вползает GOMO FUTURUM.
Кто идет на погост, накинув доху,
Другой наглотался таблеток битурум.

Неужели ребятки с земельки уйдем,
Собирая наспех последние манатки?
Может на цыпочках к ним подойдем -
Прошепчем тихо:-Любим Вас, ребятки!

Я не поклоник анархии,
В FUTURUM устремлен!
Устрою миру монархию,
Спасу стаю племен!

Власть от Бога и она сакральна,
Поэт разрывает лишь сердца.
Жизнь конечно материальна,
Но Слово дает печать лица!

Спасибо товарищ, наверно ты прав,
Злопыхателей куча ужасно воняет.
Но кучу пороков вселенских сплав,
Поэт встреноженный не замечает.

Я работяга , но в хорошем смысле,
Просто души расщепляю вдребезги,
Серые клетки напрягая, где мысли,
Следа Иуды не смог ТАМ наскрести!

А вот это евреи вряд ли,
Идею Бога вы украли,
И сидите на своей грядке,
Куда вам русские насрали!

Жиды это такая зараза гнилостная
Что ни дуст не берет, ни яд ДДТ,
Отправим его просить милостыню
Забрав его бабки под дулом ТТ.

Я как физик и где-то философ
Вот о чем на досуге думаю иногда?
Если Бог в мир жида вбросил-
Это братцы не совсем ерунда!

[Spasin]

ЛИСИЦА

Где лесной тишины,
Растекается мед,
Под корнями сосны
Там лисица живёт.

Над болотом глухим
Тут слепое пятно,
Но лисице давным
Все известно давно:

Ей известно дупло,
Где зимует лешак,
Где лежит НЛО,
Она знает овраг,

И кому подчинен
Элементум воды,
Она ведает склон
Из прозрачной слюды,

Где в безмолвьи пустот
Нет рубинам числа,
Но лисица ведет
Свои лисьи дела,

Не грустя об ином
В рыжей жизни своей:
То покрутит хвостом,
То половит мышей.

Подружилась с совой,
Обожглась об ежа,
Разругалась с ягой
Задушила ужа.

Поспала у осин…
Но, как осень придет,
Из туманных низин,
То лисицу влечет

Её внутренний зов
В лабиринт из пещер
У приречных холмов,
Там, где древний карьер.

И устроившись здесь
У разломанных плит,
На наскальную резь
Неотрывно глядит

Через лисий прищур,
Через сотни веков,
На орнамент фигур
И людей, и богов,

И еще – в полутьму,
И еще – в полумглу – 
На себя же саму 
В правом верхнем углу:

Та же легкая стать,
К уху скошенный глаз,
И лисица опять
Вспоминает тот раз:

Вспоминает людей,
Свежеванья разгар,
Шел с кремневых ножей
Крови мамонта пар…

И какой-то старик,
Оперся о копье,
И на миг – лишь на миг -
Бросил взгляд на неё…

[Spasin]

ЕСЛИ БЫ WINDOWS БЫЛА НАПИСАНА В ОДЕССЕ
1. После загрузки Windows появляется надпись «Таки я загрузилась! » и в течение 15 минут играет мелодия «Семь сорок», которую нельзя ни приостановить, ни отменить.
2. При нажатии на клавишу «Старт» появляется сообщение «Ну, шо ты тут клацаешь, пошел бы лучше в футбол поиграл... ».
3. Клавиатурный драйвер автоматически преобразовывает букву «г» в букву «х», а букву «ч» в букву «ш».
4. При открытии нового документа по умолчанию ему присваивется название «Шоб ты был здоров.doc».
5. При подсоединению к Интернету появляется надпись: «Шо ты занимаешь линию? А вдруг мама позвонит? »
6. При открытии любой папки или файла появляется предупреждающее сообщение: «И оно тебе туда надо? »
7. При инсталяции любой программы появляется сообщение: «Ну и куда ты собираешься писать, поц? Ты купил новый харддрайв? »
8. Размеры файлов указываются с точностью до бита, а вместо таймера в панели встроен счетчик потребления электроэнергии за время работы компьютера.
9. При вызове справочной системы всегда появляется инструкция по приготовлению фаршированной рыбы.
10. Каждые 30 минут автоматически включается savescreener с надписью: «Ой–вей, я устала... »

ЖЫДЫ - СКОТЫ!!!

[Spasin]

Я думаю, что мир похож на громадный жилой дом – многоподъездный, многоэтажный, многомерный и закрученный в ломовую спираль.
Но все жильцы в этом доме разные и различные во всем: культуре, философии, строении тела.
Но соседи не ходят в гости друг к другу в здоровенных домах, если раньше они не соприкоснулись где-либо – в детстве, в школе, в институте, родне et cetera.
Представьте себе картину дня.
А вот и вечер - сантехник Вася едва дополз до своей квартирки, предвкушая насладиться ужином с поллитровкой и телевизором в обнимку. Жена Люся все подогрела, накрыла и зовет суженного. Водка, холодная, нет, ледяная, разлита по стаканам. Назревает тост.
Дзииииииииинь!!!
Кого черти несут?! В глазке знакомая морда соседа справа – профессора физики в МГУ.
- Че надо – вопрошает Вася.
- Извините, не соизволите ли впустить вашего соседа на минутку. Есть важный разговор.
- Водку жрать будешь?
- Нет, нет, что Вы, я водку не пью. Если только немножко вина французского.
- Вина не держим – с облегчением Вася говорит и впускает соседа, с трудом припоминая его имя – Иннокентий Калистратович, кажись.
Бочком, бочком ввинчивается сосед в квартирку и на кухню. Тревожно поглядывая на Васю и Люсю, говорит:
- Извините, но сегодня запустили андронный коллайдер во Франции-Швейцарии. Так я по доброте душевной хотел успокоить вас и сообщить, что вероятность уничтожения нашего мира от этого проекта ничтожно мала – она не превышает трех тысячных процента. Вы представляете себе такое? Можете спать спокойно.
Вася молча опрокидывает один стакан кристалловской водки путинки, далее наливает второй и выпивает, уже закусывая луковицей с ржаным хлебом.
Мутно поглядывая на профессора, Васю бормочет:
- Не знаю, хренайдер не ремонтировал. Может у вас бачок потек, или ванна засорилась, сударь профессор? Только я сегодня никакой. Все завтра. Да и натурой не беру – пожалте полновесным рублем. Бачок за двести рябчиков, а ванну за пятьсот.
Занавес.
Можете додумать сами последствия хождения в народ композитора симфоний или философа, поклоняющегося Хайдеггеру на пару с Кьергором.
Заранее неплохо написать бы заупокойную сонату, снабдив ее некрологом заумным.
А вот представьте 2357 год от рождества Христова. Земляне построили фотонный звездолет и отправили его
к системе Сириус на предмет контакта с внеземной цивилизацией.
Успешно преодолев пространство и простор, наши разведчики находят таки планету, на которой возможна жизнь. Спуск, все дела и вдруг контакт.
Но сириусане уже ускакали на миллионы лет вперед в развитии своем, и сейчас у них такая форма общественного устройства - каждый индивид выбирает максимально крепкий носитель своего тела, а практика показала, что это октаэдр из кремния, и занимаются внутренней йогой. Оказывается, что они уже обследовали всю Вселенную. Везде одна байда, что в фас, что в профиль. И какого хрена лысого лететь к черту на рога, если новостей нет ниоткуда новых.
Сразу десяток добровольцев пожелал превратиться в октаэдры. No promblems. Вот машина, с одной стороны сыпешь песок, с другой залезаешь сам.
Десять придурков с радостным гиканьем превратились в причудливые разноцветные камни правильной формы. И сразу в крик:
- Что за дела? Мы ничего видим и не чувствуем, однако.
А им ответ от аборигенов:
- А разве чакры вы свои еще не открыли? Зачем тогда вы в камни себя обратили?
Остальная толпа ломанула в звездолет и спешно направилась домой. Да вот незадача, недалече мигнула сверхновая анютиным глазком и кораблик с населеньем вместе прошит был жестким гамма излученьем и отправился в небытие. Се ля ви.

[Spasin]

Экзистенциальное хокку о судьбах Родины и прочих очень важных вещах

У нас в России две напасти –
Внизу власть тьмы,
Вверху тьма власти.

В. А. Гиляровский





пилят спокойно
словно вершки корешки
медведь с мужиком

СПАСИН

[Spasin]

Ещё не мог я знать вчера,
что свалится на нас пора,
когда мы заорём "УРА"
при появленьи Путлера.
Я думал что политика -
болезнь сифилитика,
ан нет, она как эбола:
все "ЗА", хоть "ЗА" и не было.

Побед у Путлера не счесть:
без мыла смог он в зад залесть
и россиянам смог наплесть,
что смысл Родины лишь там и есть.

Что подвиг в том и состоит,
что б навредить соседям,
разрушить всё и раззорить,
коли назвался ты медведем.

И лапы ватникам сосать
на завтраки и на обеды,
во всём медведям подражать
советуют его полпреды.

И жить в берлогах мы начнём
рычать и лазить на деревья,
а коль зима - так мы заснём,
а коль потоп - так будем рыбой, а не зверем.

Хоть рыбы мы уже сейчас
молчим согласно Коньституции
всё кормчий делает за нас
и нас свалил в цех рыбпродукции.

[Spasin]

РАШИСТАМ

Вы говорите, что плохого
Мне сделал ваш любимый Путин?
Да, в общем, ничего такого:
Подумаешь, ну, — гибнут люди…
Что за печаль, что в реку дружбы
Какой-то хрен льёт тонны яда,
А, может, так оно и нужно?
Тишь-гладь наступят да порядок,
Когда верх брюхом рыба нафиг
В убитой речке повсплывает!
Зато – какой приятный запах!
Он так ноздрю ему ласкает…
Был Шендерович, знать, пророком,
Сняв “Крошку Цахеса” когда-то,
Рассказ о карлике жестоком.
Я всем советую, ребята:
Пересмотреть, не полениться,
Вам этих “Кукол” стоит снова!
Хоть что-то, может, прояснится
В мозгах, засранных Киселёвым.
Мне жаль вас, Сталинские внуки!
Пред кем вы гнёте ваши спины,
Рабы, целующие руки
Ничтожнейшему сударьу?
Сосуды ваших тел Создатель
Священной мог наполнить миррой!
Но вам Господней благодати
Милее жижа из сортира…

[Spasin]

"Федеральные телеканалы умолчали в эфире об убийстве ребенка, которое, предположительно, совершила няня из Узбекистана. Пресс–секретарь президента Дмитрий Песков заявил РБК, что в Кремле поддерживают это решение телеканалов."

Паситесь, мирные народы!
Вас не разбудит чести клич.
К чему стадам дары свободы?
Их должно резать или стричь.
Наследство их из рода в роды
Ярмо с гремушками да бич.

UPD: А вот и блоггеры–нераздуватели подоспели.
Кононенко: "p.s. и да, скольких детей убили русские за отчетный период просто по пьяни я даже не буду писать."
Антон Долин: "понимаю и поддерживаю решение федеральных СМИ не говорить в новостях о страшнейшем случае с няней, отрезавшей голову девочке. Вы же не возмущаетесь, когда кто–то эффектно кончает с собой (например, в метро), а федеральные СМИ не сообщают об этом всей стране в новостях? Здесь то же самое."
Александр Горбачев: "очевидно, что кто–то такие истории отрабатывать должен, но неочевидно, что это должен быть национальный телеканал."
Мария Сергеевна Баст (Председатель Ассоциации Адвокатов России за Права Человека): "националистический угар в России порой зашкаливает, здесь каналы правильно сделали, нечего будить примитивные чувства у россиян, я бы и партии, которые пытаются на этой теме разжечь ненависть по закрывала бы".

[Spasin]

Шумел камыш, деревья гнули спину,
Летела взад земля из-под копыт,
На лошади больной больной мужчина
Скакал замучен, ранен и подбит.
За ним скакали: хабальеро Путин,
Дресс-секретарь Песков, его усы,
Рамзес Кадыров Тутонхам попутен,
Экспроприарх Волшебные Часы.
За ними шли, потряхивая сетью:
Дон Соловьев и гон Леонтьев дон,
Ирада с битой и Зейнала с плетью,
И Киселёв, ручной гуанодон.
И на развилке между дном и небом
Чудовища догнали мужика.
И съели с сапогами, будто не был.
Хорош народ! Хоть и протух слегка.

[Spasin]

Забей Володя на людей,
Огонь ведь в космосе важней!
И на сиротские дома,
Забей, пусть нет их не хрена.
На обездоленных детей,
Ты посмотри, да и забей!
Наплюй на детские сады,
Их мало, ну и до пи*ды.
Забей на семьи молодые
И их проблемы домовые.
У них кредитов на полвека,
Зато квартира в ипотеку.
На пожилых, больных людей,
На кров их, пенсии - забей.
Зачем им деньги и жильё?
Они уж отжили своё!
Добавь зарплату депутатам,
Вот пожалеть кого уж надо.
Очком штанины протирают?
И нагло нам очки втирают.
Пусти бабло в олимпиаду,
Чтоб враг от зависти с досады,
Издох, что нет России круче,
Ведь ты же, Вова-Всемогущий,
Забил на мнение народа,
А мы устали от развода.
Зачем нам эта показуха,
Когда в стране идёт разруха?



Журавчиков двух редких жалко.
Ему б с воронами летать
Ну, с петухами или с галкиным.
Едрёна вошь,япона мать.
Ведь сам он,как ворона,сер.
Вцепился в трон,чем только можно...
А бедных россиян удел
Терпеть его,пока возможно.
Питер Вольф


КРЕМЛЁВСКИЙ БОРДЕЛЬ
Как много у Путина есть подхалимов! – Таких, как Алина? – Таких, как Алина.
Как много за Путина тявкает догов! Таких, как Харламов и он же Бульдогов.
Как много помойных звучит голосков: шестёрка Песков, бесогон Михалков.
Гламурные рядом порхают букашки. – Как Валя Юдашкин? – Как Валя Юдашкин.
Полно при Воване дешёвых *алав. Вот как Говорухин хотя б Станислав.
В избытке там глупых шутов и чудил: волшебники Чуров и пыльный Кирилл.
И пляшут под Вовину дудочку *ляди. – Как Бабкина Надя? – Как Бабкина Надя.
А сколько там трётся раздутых ***донов! – Как Женя Миронов? – Как Женя Миронов.
Хватает и просто тупых *удаков. Вот как Табаков и как Вова Мошков.
Пасутся козлы там в цивильных нарядах. И, в частности, токарь шестого разряда.
Полно там и прочих продажных иуд: попы и менты, прокуроры и суд.
Всех кормят и любят, и всех поимели.
Как сладко живётся в кремлёвском борделе!

[Spasin]

ДОВЛАТОВ В НЬЮ-ЙОРКЕ

Огромный Сережа в панаме
Идет сквозь тропический зной,
Панама сверкает над нами
И машет своей белизной.

Он хочет холодного пива,
Коньяк тошнотворен в жару.
Он праздника хочет, прорыва
Сквозь пошлых кошмаров муру.

Долги ему жизнь отравляют,
И нету поместья в заклад.
И плохо себе представляют
Друзья его внутренний ад.

Качаются в ритме баллады
Улыбка его и судьба.
Панамкою цвета прохлады
Он пот утирает со лба.

И всяк его шутке смеется,
И женщины млеют при нем,
И сердце его разорвется
Лишь в пятницу, в августе, днем.

А нынче суббота июля,
Он молод, красив, знаменит.
Нью-Йорк, как большая кастрюля,
Под крышкой панамы звенит.

[Spasin]

К сегодняшнему Дню родного языка - бесподобные воспоминания несравненного Бориса Сичкина о двух наших классиках - Викторе Некрасове и Сергее Довлатове.

В Бостоне проходила конференция иммигрантских писателей. Живущая там вместе с мамой — влюбленной в литературу начитанной интеллигентной женщиной — писательница и журналистка Людмила Штерн пригласила на обед приехавшего из Парижа Виктора Некрасова. Некрасов согласился и попросил Довлатова составить ему компанию. Передаю рассказ Сергея Довлатова, ничего не прибавляя и ничего не выбрасывая.

Сели за стол. Некрасов налил себе и Довлатову по полстакана водки. Выпили за здоровье мамы.

Мама: — Виктор Платонович, вы знаете французский язык?

Некрасов: — Очень хорошо. Я в детстве учил французский и долгое время жил у тети в Париже.

Снова налил полстакана себе и Сергею. Выпили за писателей, живущих в эмиграции.

Мама: — Скажите, а у вас бывает ностальгия, тоскуете ли вы по России?

Некрасов: — По разному бывает. С одной стороны, мне повезло, я живу в одном из величайших городов мира, рядом Лувр, Версаль, Собор Парижской Богоматери... С другой — я человек русской культуры, и, конечно, порой мне ее не хватает.

Налил. Выпили за великую русскую культуру.

Мама: — А с кем вы общаетесь в Париже?

Некрасов: — Я дружен с Пикассо, Ильей Эренбургом, Сартром. Также встречаюсь с Азнавуром, Морисом Шевалье и с другими молодыми талантливыми людьми.

Разлил и, уже без всякого тоста, влил в топку одним глотком.

Мама: — Виктор Платонович, а кто ваш любимый писатель?

Некрасов (к Довлатову): — Сережа, хорошо идет. Разливайте. И к маме: — Их несколько — Дидро, Жан Жак Руссо и Достоевский.

Опять без тоста заглотнул еще полстакана.

Мама: — Виктор Платонович, вам можно позавидовать. Вы живете в городе такой культуры, занимаетесь любимым делом, встречаетесь с интересными людьми...

Некрасов, никому не наливая, сам врезал очередные полстакана. Помолчал.

— Знаете, мамаша, Париж, Лувр, Достоевский — это все ***ня. Вот под Сталинградом, помню: сидим в окопе. Ни хуя не жравши, мороз — минус тридцать, жопа к земле на *** примерзла, а немец из всех пушек как въебачит, и думаешь — все, ***ец! И скорей бы уж, думаешь, ***ец, на *** такая жизнь всраласъ!

Людмила Штерн, в ужасе: — Виктор Платонович, здесь же мама!

— Да маму я вообще ебать хотел!

Мама радостно-удивленно посмотрела на Некрасова и нежно промолвила:

— Да-а...?
Борис Сичкин "Мы смеёмся, чтобы не сойти с ума"

[Добрыня Никитич]

Татьяна Ивановна Пельтцер не оканчивала театральных учебных заведений. В 1923 году она была исключена из труппы театра с безликим названием МГСПС с формулировкой «за профнепригодность». Разочаровавшись в актерстве, Татьяна Ивановна вышла замуж за немецкого коммуниста и писателя Ганса Тейблера, с которым уехала в Германию. Брак оказался непрочным: влюбившись в заезжего инженера, она была изгнана из дома.
С этим же замужеством связан курьезный случай, ставший уже своеобразной легендой. Много лет спустя Ольга Аросева, Галина Волчек и Татьяна Пельтцер отдыхали в Карловых Варах.
К Пельтцер приехал ее бывший муж. До войны они жили в Германии, но его, члена Коминтерна, коммуниста, Гитлер бросил в концлагерь, а Татьяна Ивановна уехала в Россию. Они не виделись много лет, у каждого своя жизнь, и встретились в Карловых Варах. Ходили, взявшись за руки, не расставаясь ни днем, ни ночью.
И вот, когда дружная компания расположилась под тентами летнего кафе, Волчек, глядя на эту волшебную пару, задумчиво сказала: "Какая же тварь этот Гитлер, какую любовь разрушил..."
На что бывший член Коминтерна, узник концлагеря, жертва нацизма и муж Татьяны Ивановны Пельтцер заметил: "Да, конечно, Гитлер был очень нехороший человек, на нем много грехов, но в нашей разлуке он не виноват. Я у Танечки нечаянно обнаружил в кармане фартука любовную записку от моего лучшего друга..."
Пауза. Аросева: "Танька! Так ты, выходит, блядь, а не жертва нацизма?!"

«Она всегда хорошо понимала, где правда, а где наигрыш и штампы, — вспоминает в интервью «КП» Марк Захаров. — Она могла быть скучной на репетиции, но всегда была правдивой. Ничего не изображала голосом. И мне это было очень ценно. Мало кто знает ее с этой стороны, но Татьяна Пельтцер очень внимательно наблюдала, что происходит в театре, в кинематографе — нашем и зарубежном. Она была продвинутым человеком». Отношения между требовательной актрисой и педантичным режиссером были непростыми. Тем не менее, все трения были преодолены, а на закате своих дней Пельтцер завещала Захарову свою библиотеку. В адрес Захарова были направлены и довольно едкие замечания, впоследствии ставшие цитатами: «Ни один спектакль от репетиции лучше не становится» и «Вот вы, Марк Анатольевич, всё сидите, подолгу репетируете, а вот у Корша (Фёдор Адамович Корш основатель Театра Корша. — Прим.) каждую пятницу была премьера».

Татьяна Ивановна Пельтцер вела здоровый образ жизни: выпивала в меру, на гастроли с собой всегда возила не только коврик для зарядки, но и посуду с плиткой, предпочитая готовить самостоятельно здоровую пищу. Тем не менее, годы брали свое. "В нашей стране часто большие актеры уходят не очень складно и не очень красиво, — замечает Марк Захаров. — У нее было тяжелое заболевание — потеряла память, потом сознание начало меркнуть... Хотя она до последнего держалась и играла с Абдуловым финал «Поминальной молитвы». Роль Берты Григорий Горин в этом спектакле написал специально для нее.
Саша — человек открытый, талантливый. Она это ценила, а он расточал ей особые комплименты. Когда они в «Молитве» выходили на сцену, Саша ее незаметно щипал — тогда она говорила свою реплику. Иногда невпопад, что тоже было смешно. Мы ее звали «наша баушка». Ее все обожали. Любили и немножко побаивались. Она иногда могла врезать прямо со сцены, если ей кто–то мешал, что–то не то говорил, реплики путал. Ее предфинальное появление под абдуловское «Мама, ориентируемся в пространстве!» вызывало у зрителей слезы и бешеные овации"...

Ее знают и любят до сих пор, хотя, казалось бы, в ее репертуаре нет больших ролей. Но, как ее героиня Федоровна в спектакле по пьесе Людмилы Петрушевской «Три девушки в голубом», могла бы сказать: «А мне ни от кого ничего не надо». Она и так была одарена сверх меры — талантом и отзывчивостью публики.

Ах, как интересно! Про евреев, все-таки ...

[Spasin]

Ах, как интересно! Про евреев, все-таки ...

Епитрахиль

Днесь въехала в меня матушка. Супруга, стало быть, священнослужителя.

Я водитель изумительный, как известно многим, кого я катал на своём автомобиле. Многие из многих этих по итогам поездки начинают пророчить, отрекаются от грехов, меняют адреса, профессии и пробуют купить новые паспорта. Седые, красивые люди начинают жить заново. Откликаются на свист, резко присев и тряся головой. Хлопнешь дверью холодильника, а половина присутствующих ахает и теряет сознание.

Мне для вождения необходимы руль, несколько амулетов (см. козлиный череп), настроение и проворный честный человек, который, высунувшись в люк, сапогами даёт мне наставление куда поворачивать, когда тормозить, что кругом и где мы. Я уже неоднократно рисовал тут живые картины, как я в лихой бескозырке ворочаю штурвал своего эсминца, закусив папиросу в углу красиво очерченного рта. Желающие помочь своему воображению могут посмотреть звуковой зарубежный фильм "Цусима", в котором я мог бы сыграть все без исключения роли.
И тут нашёлся внезапно ещё более изумительный водитель. По итогам и батюшка приехал. Сказал, что грехи мне отпускает авансово и на весь период дожития. Сжимая подмышкой амулет (см. череп козла), поблагодарил, мелко кланяясь. Матушка предложила мне целый чемодан косметики Мэри Кей.

Дожидаясь приезда необходимых в таких случаях людей, разговорились о круге чтения. В ответ на покровительственный вопрос батюшки, что я читаю, дожидаясь приезда необходимых людей, прочёл с ветхозаветным выражением лика своего чувственного: "Предложено к реализации топочное устройство с кипящим слоем, включающее топочную камеру с наклонной колосниковой решеткой, шурующей рамкой, расположенной поверх колосниковой решетки, параллельно ей, с приводом, приемным шлаковым бункером - в крайней ее части, соплами вторичного воздуха - в верхней части топочной камеры, расходным бункером топлива и питателем-дозатором топлива, при этом, колосниковая решетка имеет вогнутую форму, а шурующая рамка выполнена в виде коромысла, повторяющего по форме поперечное сечение кипящего слоя в средней его части. Кроме того, колосниковая решетка выполнена из колосниковых элементов или водоохлаждаемых труб, а коромысло может быть выполнено охлаждаемым".
Батюшка отшатнулся. "Иерусалим! Иерусалим! Вижу тебя в огне, Иерусалим!" - закончил я, дёргая дверцу, за которой батюшка пробовал скрыться.

К приехавшим необходимым людям побежал на полусогнутых, как привык. Первым подбежал к приятному человеку в погонах. С тонким причитанием: "Бегу, солдатик, несу!"
Термин епитрахиль для меня ноне отнюдь не праздный.
Состоялась, короче говоря, епитрахиль.

[Spasin]

- Фамилия, имя, отчество? – дежурный черкал ручкой на пачке бланков, хмурясь и часто моргая, будто его только что разбудили.
- Пресли, Элвис Аарон, - человек в грязном, бывшем когда-то белым костюме с остатками некогда нашитых на него пайеток, выдавливал из себя по капле эти слова, забившись в угол «обезьянника», сверля глазами дежурного из-за решетки.
    Брови дежурного поднялись, являя удивление.
- Пресли? Элвис? Аарон? Аарон – это отчество что ли? Еврей?  - отчего-то участливо спросил дежурный, отвлекшись от писанины.
    Человек в грязном костюме поморщился.
- Валлиец, если верить семейным легендам. Аарон – это второе имя, данное в честь моего умершего брата-близнеца.
- Ага, а отчество как? – дежурный пропустил мимо ушей и про умершего брата, и про имя, которого, выходило, было недостаточно одного.
- Отца звали Вернон. Он был…
- Понятно, - перебил дежурный, и чертыхнулся, испачкав палец о копирку, заложенную за бланк протокола. – Пресли, Элвис Вернонович, так?
- Так, - вздохнул человек, вытирая рукавом с лица грязь.
- Дата, место рождения?
- Восьмое января тысяча девятьсот тридцать пятого года, Тьюпело, Миссисипи.
    Дежурный уронил ручку.
- Слушай, дружок, какой тридцать пятый? Какое тупело с миссисипами? Ты не помнишь, когда родился? Ну-ка, напрягись, вспомни, год, город, область, я у тебя что, что-то сверхъестественное спрашиваю? Может, тебя в пресс-хату определить, артист?
    На слове «артист» человек за решеткой оживился, и быстро заговорил:
- Наконец-то, вы правильно рассуждаете, не про пресс-конференцию – я непубличный человек, а про артиста вы очень верно подметили, я артист, не кто-нибудь, а они меня схватили, и по голове – дубиной, и лицом - в грязное, а один – пнул, больно, до сих пор ребра болят!
- Э, нет, ты меня этим не проймешь, братец, не надо было шляться по Быткомбинатовскому в три ночи без документов.
- Да я не шлялся, я, понимаете, заблудился, ждал лимузина, а лимузина-то и не было. Не знаю, кто подвел, вроде бы обо всем договорились, а они не приехали. Я выхожу из гостиницы, и – никого.  Я очень удивился, и расстроился, ведь у меня выступление, а никого нет – друзей, Присциллы, я не могу без нее, без них, не могу один! Вы представляете себе, каково это – быть одному? Представляете? Ред и Сонни – пропали. Менеджер – как в воду канул. Я не понимаю, что происходит, не помню, где у меня концерт. Я остался совершенно один, представляете?
- Представляю. Один тут сижу уже пятый час, и ничего, видишь вот, с тобой разговариваю, - пробурчал дежурный. – Давай все сначала. Фамилия, имя, отчество, дата и место рождения.
- Позвольте, но я уже сказал, офицер.
- Офице-э-эр! Издеваешься? Я последний десяток лет – прапорщик, и прапорщиком сгину, и дети мои будут прапорщиками…Уф-ф, как же ты надоел…На учете состоял?
- На каком учете?
- Как на каком? На таком вот, на который ставят всех, кто носит белые костюмы с блестками, и в них разгуливает по ночам! Леха! – выкрикнул дежурный внезапно.
    После небольшой паузы из-за двери показалось опухшее невыспавшееся лицо в суточной щетине.
- Чего кричишь?
- Ты где этого кекса нашел, Лексей Иваныч?
- Да я *** знает, это пэпээсники задержали, Клочков, я по пути его забрал, а у них там вызов, а что?
- Плохой это клиент, недей, походу. Имя чуднОе, год рождения выдумал, называет себя артистом. Я, говорит, не такая, я жду трамвая, то есть лимузина, прикинь?
- Так давай я ему в жбан с ноги, он и очухается. Да и сам бы ты подошел да воспитал его, чего ты меня-то будишь?
- А того, что это ты его доставил, а не волшебник в голубом вертолете. Это ж надо, в три ночи привезти сумасшедшего! Почему не в приемный покой?
      Все это время человек в грязном белом костюме внимательно наблюдал за собеседниками, попеременно переводя взгляд то на одного, то на другого. Наконец, он понял:
- Вы думаете, что я безумен?

[Spasin]

Сударьу Путлеру


Ну что ты с веником своим
В наш дом врываешься без спросу?
Мы сами толк себе дадим,
Найдем работу пылесосу.

Да, пыль у нас, и мусор есть,
Как раз уборка в полной силе.
Ну а тебе чего к нам лезть?
Тебя об этом не просили.

Твой дом и сам, смотри, в гавне,
Как никакой другой на свете.
Порядок наведи в стране –
Той, за которую в ответе.

Отъедь немного от Москвы,
Зайди в больничную палату –
Там ни лекарства, ни жратвы,
От интерьера страшновато.

А чуть подальше – и дорог
Таких на свете нет в помине.
Ты б лучше сам себе помог,
Чем лезть с «подмогой» к Украине.

Твой дом – большой, но в нем бардак,
Порядок лишь в твоих покоях,
А остальным сойдет и так,
Пускай копаются в помоях.

Для них есть двадцать пятый кадр
И «новости» от киселева.
Для неподдавшихся – тайга,
Пусть не в угоду скажут слово!

Со скуки спившихся ребят
Тебе не жалко, лже мессия?
Нигде на свете не гнобят
Так русских, как в самой России...

[Spasin]

ВОЛОДИНО"

Скажи-ка, дядя, ведь не даром
Предательским сражен ударом,
Наш рубль пал в бою?
Неужто схватки боевые
За землю и язык России
Его смертельно подкосили?
Дай версию свою!

Ответил дядя: "Это знанье
Лишь Федеральному собранью
Смогу я приоткрыть.
Все, кто допущен в помещенье
Для оглашенья обращенья
Поймут сегодня, без сомненья,
Как дальше нужно жить"

Кремлевский зал, собрались люди
В раздумье: "Что же дальше будет?
Вдруг гречка пропадет?"
Вон Чилингаров, вон Мединский…
Вон — Мамонтов, Аксенов-Крымский,
Все ждут речуги исполинской
На тему "Что нас ждет".
Сидят рядочками, как в школе,
О горькой, невеселой доле
Ворчит олигархат:
"Что ж мы? Долой из Форбса списка?
Теперь заморские пиписки
Нас лондонской лишат прописки,
За пару мирных хат?"

Открылись двери. Входит дядя.
Пиджак, рубашка, при параде,
Не торс и камуфляж.
Все ощутили дрожь в коленках –
И патриарх, и Матвиенко,
Ведь это вам — не Порошенко,
А строгий Дядя наш.

У русских ушки на макушке
А телефоны на прослушке,
Все патриоты тут.
А если Дядя скажет: "К бою!"
Уж мы пойдем ломить стеною,
Уж постоим мы головою
За то, за что пошлют!

Все знали: речь должна быть длинной.
Сперва чуток про Украину,
Про санкции чут-чуть.
Немного про деторожденье,
Про приращенье населенья
Потом про духа возрожденье,
И про другую жуть.

Мы были ко всему готовы,
Но Дядя языком Лаврова
Заговорил про мир.
Без шуточек, серьезно очень,
Он был в определеньях точен,
Не говорил, что всех замочим,
Ни слова про сортир

Он также разъяснил собранцам,
Что Херсонес и христианство,
Никак нельзя отдать.
— Ерусалим видали? Значит
У нас — священная задача:
В Крыму построим стену плача
И будем там рыдать!

Все обращенье без сюрпризов…
"Короче, хрен нам, а не визы" -
Сказал не без сопли
Один банкир, — "Подухнуть тута?
Не смеют, что ли, проституты
Чужие изорвать валюты
Об русские рубли!"

Он продолжал, уже на нерве:
"Ни слова не сказал о евре,
Про гречку не сказал!"
Но в соответствии моменту
Тут раздались аплодисменты
И даже, возбужденный чем-то,
Вскочил в восторге зал.

- Меч перекован на орал…
Сказал какой-то федерал.

[Spasin]

Меня зовут Вова,
Просто Вова.
По отчеству точно такое же слово.
Я плавал в подлодках, летал в самолетах,
Бросал на татами и клал на работу.

У-гу… В руке суперкнопка,
В кармане бюджет России.
У-гу… Я самый ловкий
И, видимо, самый красивый!
Меня зовут Вова,
Скромный Вова.
Я ем пелемени в кремлевской столовой
Я знаю три слова,
Три матерных слова —
Одно для Касьянова два для Лужкова!

У-гу… Я понял недавно,
Что вряд ли грозит мне импичмент.
У-гу… Какой же я славный
И как я себе симпатичен!
Меня зовут Вова,
Просто Вова.
Трясу олигархов — того и другого.
Летаю по странам,
Болтаю о мире,
Мочу ежедневно бандитов в сортире.

У-гу… Меня упрекают,
Что мне помогают спецслужбы.
У-гу… И пусть помогают!
Они ж бескорыстно, по дружбе!
У-гу… Но, надо признаться,
Судьба повернулась спиною…
У-гу… Такому красавцу —
И так не везет со страною…

Ллео, о-щ-щ  хрящ хрящ хоую