Каббала власти

[Сергей Баландин]

Замечу лишь одно: как сказал один умный человек, - "однажды наступит день, когда никто не вспомнит, что когда-то были евреи" ("Einmal wird der Tag treten, wenn sich niemand erinnern wird, dass einst die Juden waren").

– А кто с этим спорит?

[asart]

Этот форум - Лента Мёбиуса . Жаль , что многие респонденты этого не осознают .

[Сергей Баландин]

Две дамы из Страсбурга (раз)

Но заглянем поглубже. Еврейские позиции в дискурсе куда прочнее, чем это может понадобиться для защиты богатых евреев. В США, в значительной степени в Западной Европе, невозможно предложить массам идею, точку зрения без того, чтобы ее проверили, завизировали и одобрили еврейские круги в дискурсе. Бывший глава ЦРУ Джеймс Улси подчеркнул центральное положение евреев в западной системе власти: «Евреи – величайшие борцы за власть закона во всей истории человечества; они олицетворяют закон. Антисемитизм угрожает законности, нетерпимость по отношению к евреям есть первый шаг к диктатуре». ЦРУ не славится своей любовью к власти закона, скорее – к власти элит. Поэтому слова Улси можно перефразировать: «Евреи олицетворяют власть элит».
– Да, евреи всегда на словах выстукают за «власть закона», только на самом деле здесь подразумевается власть евреев, их право попирать всякий Закон и элементарную справедливость. Так, Капара тут открыл тему о 282-й статье, которая называется «русской статьей»: http://bolshoyforum.com/forum/index.php?topic=27070.0 . Против евреев же никогда никаких статей не было (Нюрнбергские «законы» и им подобные мы законами не считаем. Как можно назвать «законом» статью, одно и то же деяние для одних запрещающую и разрешающую для других? Вы когда-нибудь видели, как выглядит богиня Фемида? Она не только слепа, у нее и глаза еще завязаны! Поэтому она не может видеть, КТО совершает преступление, еврей или не еврей. Она выслушивает только состав преступления и карает любого преступника, кто бы под этот состав ни подпадал, кем бы он ни был). Еще в 19-м веке русский писатель Иван Сергеевич Аксаков писал: «…для того, чтобы устранить всякую возможность самовольной народной расправы, нужно, чтоб была законная на евреев управа, а ее-то и нет!..» (И. С. Аксаков, Нормально ли положение евреев на нашем западе и юге, и их отношение к местному населению? Москва, 24 апреля 1882 г.).
Следовательно, проблема не в том, что евреи конфликтуют с Законом, а наоборот, в том, что Закон не конфликтует с евреями. В своей книге я писал:
«Суть еврейского вопроса состоит в деятельности евреев как поставленной над законами никем не контролируемой привилегированной касты – это не то же самое, что мафия, мафия стоит вне закона, ее всегда можно, в принципе, прищучить, евреи же закон подмяли под себя и вертят им, как хотят. Если бы евреи всегда действовали против гоев открыто, как враги, то все бы знали: «евреи враги», доверять им, полагаться на них нельзя, лучше всего держаться от них подальше – на том бы еврейский вопрос и окончился. Однако эти «враги» бесцеремонно лезут в СМИ, в лидеры общественных организаций, в юриспруденцию, на русские форумы и не стесняясь начинают своим врагам не-евреям «мораль читать», свои порядки устанавливать. С врагами либо воюют, либо ведут честные мирные переговоры, но никак не навязывают им свою мораль. Однако в массе своей еврей не таков, он думает, что он везде и всем «свой», что все обязаны его принимать как «своего» и выслушивать его нравоучения» http://www.balandin.net/Jewish/Jew2.htm

[Сергей Баландин]

Подобные мнения выражались президентом Бушем, Кондолизой Райс и всеми кандидатами на пост президента в США, которые живо находили свои «еврейские корни», или по крайней мере еврейские корни своих жен и любовниц. Израильский еженедельник справедливо отметил, что из пяти кандидатов 2004 года четверо имели право на израильское гражданство – как, впрочем, и большинство премьеров России после падения коммунизма.
В Восточной Европе пик еврейского могущества наблюдался сразу после второй мировой войны, когда после великой победы 1945 года евреи олицетворяли власть Кремля и формировали правительства, аппараты разведки и контрразведки и все уровни дискурса в странах народной демократии и в союзных республиках. Они продержались на высотах власти до 1956 года, представляя наиболее лояльные Москве местные элиты. После 1956 года страны Восточной Европы становились все более независимыми, роль евреев в аппарате власти слабела, но одновременно с этим росла роль евреев в диссидентском движении. Если послевоенные режимы Польши, Венгрии и Чехословакии были неуклонно сталинскими под еврейским водительством, очередное возвышение евреев после 1991 года произошло под тенью звездно-полосатого флага.
После 1991, немногочисленные евреи Восточной Европы стали олицетворением западного образа жизни и оплотом американского униполярного мира. В Польше и Венгрии, Болгарии и Румынии новые пост-коммунистические правители установили тесные отношения с еврейским государством, открыли музеи холокоста, активно борются с антисемитизмом, который сейчас связывается с антиамериканизмом, как раньше связывался с антисоветизмом. От Ленина и Сталина до Буша и Путина – фразеология сильных мира сего применительно к евреям практически не менялась. Они все осуждали антисемитизм в самых ярких выражениях, и клялись бороться с ним.

[Сергей Баландин]

Но, если в послевоенной Америке и Европе евреи считались пятой колонной Москвы, в пост-советской Восточной Европе и бывших союзных республиках евреи стали пятой колонной глобализации и американского влияния. Если поначалу, для борьбы с Россией, Запад терпел и поощрял крайних, обычно настроенных анти-еврейски националистов, то по мере укрепления западных позиций они теряли свое влияние, шли на покаяние в Тель-Авив и возлагали венки в Освенциме. Так случилось в Хорватии и Венгрии, где правые националисты были использованы, а потом выброшены; подобный процесс происходит сейчас на Украине. Сегодня про-американские силы (именуемые «сторонниками демократии», или «рыночной экономики» их апологетами) содержат непропорционально много евреев и филосемитов-иудеопоклонников, хотя реальная доля евреев в местном населении крайне невелика.
– В речи на Конференции в Киеве по сионизму Шамир также сказал:
«Украинские националисты сейчас наслаждаются неслыханной свободой. Они говорят речи, за которые в Европе, да и в России, мотают сроки по статье за разжигание национальной розни. Им даже позволяется свободно говорить о евреях, о самой табуированной теме на западе. Неудивительно, что от такой свободы у них вскружилась голова. Но посмотрим, что произошло в Хорватии. Там и положение, и история во многом напоминают Украину, точнее, Западную Украину. Пока от хорватов требовалось подорвать Югославию, национализм разрешался и поощрялся. Но когда Югославия была расчленена, хорватам живо показали их место. Националистов уволили, их газеты закрыли, а их гордые лидеры пошли просить прощения у евреев. Это суждено и украинским националистам. Их терпят как анти-русскую силу, но, когда им удастся вбить прочный клин между Русью Киевской и Русью Московской, и их функция будет исполнена, их руководители поползут на коленях в мемориал холокоста».
http://www.israelshamir.net/ru/ruart43.htm
Сии слова не плохо бы взять себе на заметку и украинским и всем прочим националистам бывшего СССР.

[Сергей Баландин]

Последние парламентские выборы в России служат подтверждением. В самой России рыночные мыслепреступникы, наиболее про-американская партия СПС получила 4% всех голосов, но в Израиле русские евреи отдали за нее 41% своих голосов. Но и раньше, в начале 90-х годов, когда 89% россиян еще тосковали об утраченном Советском Союзе, 80% российских евреев приветствовали новый строй.
Профессор Александр Панарин, покойный русский философ, писал: «Сегодня евреи фанатично возлюбили Америку. Разговор с современным еврейским интеллектуалом почти всегда кончается восхвалением американской миссии в мире и презрительными эпитетами в адрес архаических патриотов, сопротивляющихся глобальному велению нашего времени, которое и олицетворяется этой миссией. Любые сомнения в американском праве мироустраивать нашу планету воспринимаются с живостью оскорбленного чувства, так что напрашивается мысль о том, что сегодня именно США представляют «обетованную землю» еврейства. [Евреи стремятся] возложить на Америку миссию демократического контроля над недемократическим большинством планеты. Гарантии для евреев в этом полном подозрительности мире связаны с американским глобальным присутствием. Соответственно, все национальные суверенитеты, способные оспаривать это присутствие, должны быть предельно ослаблены, а американский мировой контроль должен становиться вездесущим и всепроникающим.”
    Сходные взгляды выражали коммунистический историк Сергей Кара-Мурза и «консервативный революционер» Александр Дугин. Ни один из трех идеологов не собирается отказаться от евреев и еврейской силы, напротив, они объединены желанием перетянуть евреев на сторону туземцев во всемирной конфронтации с мондиалистами.
Панарин призывает евреев подумать и не соединять свою судьбу с Америкой так однозначно: «Разрыв с неприспособленным большинством планеты в пользу союза с победителями и синьорыми мира сего чреват не только политическом риском, но и утратой духовного первородства, утратой идентичности, банализацией всей еврейской истории, смертью еврейского мифа в культуре.» Ему вторит Дугин: «место для “еврейского восточничества” в рядах строителей Великой Евразийской Империи, Последней Империи всегда найдется. Но и предательства Великой Идеи мы не простим и не забудем никогда и никому. Ни своим, ни чужим.» Кара-Мурза отмечает, что «магнаты» еврейства России порвали с советским строем и перешли на сторону противника СССР в холодной войне. И потом, большинство населения России переживает социальное бедствие… Но влиятельная еврейская элита полна радости и непрерывно это демонстрирует.» И все же и он завершает на оптимистической ноте: останутся евреи-патриоты России, и с ними вместе будем действовать.
– По-моему, «еврей-патриот», если он не «патриот» еврейства, это такой же нонсенс, как «еврей-христианин» или «еврей-антисемит».

[Сергей Баландин]

Все по-разному, они вспоминают былые дни, когда евреи поддерживали Советский Союз, когда чету Розенбергов казнили за поддержку Москвы, когда каждый правый конспиролог от Уинстона Черчилля до Дугласа Рида считал коммунизм «еврейским заговором». Таким образом эти три крайне различных мыслителя соглашаются (без всяких попыток объяснить причины) с концепцией неизменной значимости евреев для мировой истории и верят в возможность изменить направление действия «еврейского вектора».
Желание поставить евреев служить на пользу человечеству присуще не только россиянам: английский левый комментатор и идеолог, редактор газеты «Гардиан» Seumas Milne оплакивает былой роман евреев и левых: «с времен французской революции судьбы левой и еврейского народа неразрывно связаны» и выражает надежду, что, признав правое дело палестинцев, евреи вернутся в левый стан. Справа американский раввин Лапин призывает евреев прекратить связь с капиталистами и подключиться к здоровому консерватизму Джорджа Буша.
Упреждая последующее, скажу, что я не разделяю пожелания Панарина и Дугина, Милна и Лапина, не думаю, что еврейство может сыграть положительную роль, и не хотел бы видеть его своим союзником. Как и Карл Маркс, я хочу, чтобы оно сгинуло, или, по крайней мере, вернулось к своим нормальным скромным масштабам. В отличие от Маркса, я не верю, что с отменой капитализма еврейство испарится.
– Во всем этом я также солидарен с Шамиром и не солидарен ни с Панариным, ни с Дугиным, пытающимися заигрывать с еврейством. Однако сомневаюсь насчет последней фразы. У всякого организма, особенно паразитического, есть своя почва произрастания, питательная среда. Удали среду – и организм погибнет. И здесь мы видим вполне убедительными те факты, что еврейство практически никак не развивалось при советской власти, наоборот, евреи всячески старались не быть евреями: сами позакрывали свои синагоги, ешивы, меняли имена, фамилии, вступали в смешанные браки, не говорили на родном языке, хотя абсолютно никаких антисемитских гонений за всю историю СССР не было. Даже в знаменитом 53-м году боролись не с евреями, а с космополитами, с западниками! Просто евреем невыгодно было в СССР быть, и еврейство почти завяло само собой. Ищите ту почву, на которой произрастает еврей!

[Сергей Баландин]

Ведь влияние евреев, хотя и разросшееся до апокалипсических размеров благодаря симбиозу СМИ и банков, не поддается полному объяснению как фактор денег. Советские евреи не были богаты, но заметно влияли на дискурс. Поэтому мы предлагаем рассматривать еврейство как альтернативную церковь, следуя введенной Арнольдом Тойнби концепции универсальной церкви.
– Согласен. Но все же положение контрэлиты (оппозиции) – это не то же самое, что положение элиты (власти). И сам дискурс у этих социальных групп принципиально различный: у первой дискурс, по терминологии Ролана Барта, акратический (язык оппозиции), у второй – энкратический (язык власти). В первом случае критика, апелляция к разуму, во втором – демагогия и манипуляция сознанием.

[Сергей Баландин]

В традиционном обществе церковь есть суперэго, хранительница общественного дискурса; она отвечает за сознание и самосознание народа. Пользуясь советским выражением, церковь – «честь, ум и совесть народа». Это не совпадение – КПСС была церковью советского теократического общества, в котором идеальная симфония была смещена в пользу церкви-партии, как в папском государстве. В нормальной же ситуации, за материальное благосостояние народа отвечает государь, а церковь окормляет народ духовно. Церковь и Государь есть две независимых, или взаимозависимых власти, где церковь заботится о духовном благосостоянии и реализует соборность народа, обеспечивает легитимность и ограничивает самодержавие государя.

– Интересное сравнение церкви и партии в советском государстве! Только я бы все же сказал, что советский строй был не теократическим, а идеократическим, т.е. руководимый и организуемый общенациональной идеей. Но всякая идея, как церковная, так и партийная, загнивает, когда она становится эксклюзивной собственностью элитарной касты жрецов, отделенных от народа, стоящих вне всякой критики и Закона.

[Сергей Баландин]

Отправимся в Эльзас, небольшую провинцию, зажатую между Германией и Францией, неоднократно переходившую из рук в руки вместе с ее древней еврейской общиной. На ямбах внушительного Страсбургского собора стоят две женские фигуры: одна статная и венчанная, а другая скособоченная, опирается на треснувшее копье. Это Церковь и Синагога. Эти две дамы соревнуются за внимание Государя – не только Небесного, но и Мирского. Ведь не только КПСС, но и Синагога – это тоже церковь, с вполне заметными претензиями на универсальность. Как мы увидим в дальнейшем, слухи о еврейском сектантстве, партикуляризме, самодостаточности, отсутствии интереса к неевреям сильно преувеличены.
Вот и иллюстрация:

[Сергей Баландин]

Теперь мы видим, что мастера Страсбурга несколько поспешили увековечить поражение Синагоги. Хоть ее копье и сломано и корона утеряна, старая дама сохранила несколько козырных карт в рукаве. Она снисходительнее к государю. Сильная христианская церковь предъявляет к государю немало требований, но альтернативная еврейская корпорация поддерживает его безусловно. Она ведет себя, как Иезавель Сидонянка по отношению к царю Израиля Ахаву. В ее глазах, он стоит выше моральных законов, может грабить и казнить своих не-еврейских подданных как его душеньке угодно. Пока он любит ее, она простит все и поддержит. Она не пытается свергнуть его, потому что чужестранка не может править в чужой земле над чужим народом.
Христианская церковь требует, чтобы государь заботился о народе, но еврейской церкви наплевать на гойское простонародье. Она – заклятый враг независимой и требовательной подлинной царицы-Церкви. Запад сложился в столетиях споров между папской и королевской властью, пока Французская Революция не развенчала церковь окончательно. Не атеисты боролись от имени Республики с церковью, революционеры, осквернившие Нотр-Дам и другие великие соборы Франции учредили альтернативную церковь Верховного Разума. Многие из них были расстриги, связанные с «Галльской церковью», с попытками учредить автокефальную французскую церковь.
К сожалению, это легитимное (в глазах православных) стремление было отвергнуто Римом, и потенциальные реформаторы стали бунтовщиками. Но им не было дано учредить новую церковь, поскольку Церковь выражает мистическое содержание жизни, а это было не под силу Разуму. Но они смогли подорвать католическую церковь Франции.

[Сергей Баландин]

Герман Гессе описал это так: «В духовной жизни Европы после Средних Веков были две основные тенденции: освобождение мысли от власти, то есть борьба суверенного и зрелого ума с господством римско-католической церкви, и с другой стороны, тайный, но пылкий поиск новой высшей власти, которая легитимизировала бы эту свободу мысли.»
Так история доказывает, что человек и общество не могут существовать без церкви. «Вы будете поклоняться кому-нибудь, может быть, черту, а может быть, Господу, но поклоняться вы будете непременно», – как пел Боб Дилан. Короткое междуцарствие «гражданского общества», построенного на руинах Бастилии, завершилось установлением евреев как новой священнической касты.
Альтернативная церковь нашего времени, евреи, жила века в виртуальном состоянии. Пока Христианская церковь доминировала в дискурсе, пока его вели монахи и священники от Абеляра до Фомы Аквинского, евреи попросту не могли конкурировать, но, когда свободомыслящие интеллектуалы сломили посох церкви, альтернативная корпорация вырвалась вперед.
Многие европейские интеллектуалы ощущали выбор: «церковь или евреи». В волшебном фильме «Фанни и Александр» замечательный шведский кинематографист Ингмар Бергман противопоставляет сурового, жесткого, неумолимого епископа лютеранской церкви – чарующему своей мягкостью, отзывчивостью, житейской мудростью еврею. Епископ жесток к своим пасынку и падчерице, он запирает их в темный чулан за мелкие детские шалости, а еврей их спасает и помогает их матери обрести свободу. Епископ погибает страшной смертью в огне, а еврей занимает его место за семейным столом капиталистьной шведской аристократии.
Обычная реальность не интересует Бергмана: его еврей, верующий человек в большой черной ермолке и с пейсами, пьет вино со шведами за рождественским столом, – чего не может быть никогда. Фильм отражает высшую реальность шведского общества, отринувшего суровые законы лютеранской церкви, и принявшего толерантность еврейской корпорации, проводимую владыками шведских СМИ Боннерами. В результате этой толерантности миллионы шведов оказались без работы, церковные браки сошли на нет, возникли многочисленные гетто для иностранных рабочих, закрылись заводы, демонтируются социальные льготы, завоеванные в период противостояния епископа и еврея.

[Сергей Баландин]

Это противостояние двух церквей отражает и отношение к прогрессу и модернизации. И здесь факты могут быть описаны двумя противоположными нарративами.
Притча о Попе и Янкеле
Рассказывает сторонник прогресса:
Наше глухое село было воплощением «идиотизма деревенской жизни». Мужики работали в поле, бабы заботились по дому, а по воскресеньям ходили в церковь. Учились только грамоте и Священному Писанию. Рано ложились спать, рано вставали, жили так, как жили их деды. Но вот в наше село приехал молодой бизнесмен. Он открыл бар. Теперь по вечерам не обязательно было сидеть на завалинке и лузгать семечки, можно было сидеть в баре и за рюмкой толковать о важных вещах.
Поп стал выступать против бара; каждое воскресенье в своей проповеди призывал крестьян не ходить туда, к «чужаку». Но наш бизнесмен открыл нам линии кредита; мы смогли построить себе более просторные дома, кузница стала фабрикой, швея создала текстильную фабрику. Наше процветание привлекло людей издалека; мы построили для них общежитие. Теперь нам не надо было рано вставать и рано ложиться. С утра в поле работали новые рабочие, а мы смогли проводить больше времени в баре, или ездить на отдых.
Неподалеку от бара мы построили новый торговый центр, и он стал сердцем городка. Церковь осталась в старой части села, мы покрасили ее, и ее охотно посещают туристы. Так к нам в село пришел прогресс. Наша жизнь хороша, а завтра будет еще лучше.
Рассказывает враг прогресса:
Мы жили тихо и мирно, по вечерам любовались закатами, а утром встречали рассвет в поле. Семьи были крепки, по воскресеньям все вместе ходили в церковь. Но вот приехал в наше село Янкель – шинкарь. Он открыл шинок, и мужики туда зачастили. Он брал вещи в залог, и наливал им спиртное в долг. Со временем все село было опутано паутиной долговой кабалы.
Из нее надо было вылезать. Один человек взял взаймы у Янкеля денег и открыл текстильную фабрику. Теперь наши женщины уже не работали в дому, но вкалывали на фабрике. Раньше разводы были вещью редкой, сейчас они стали правилом. Хозяин фабрики стал привозить рабочих издалека, они жили в большом общежитии, и пьянствовали в шинке после работы.
Наша молодежь бросила село и ушла в город, работать на заводе. Только один поп боролся с Янкелем и его влиянием, но ничего поделать не мог – наша общинная жизнь рухнула. Больше не стало взаимопомощи, не осталось крепких семей, дети не заботились о родителях, но отправляли их в дом престарелых. Мы работали все больше и больше, но все деньги шли на расплату за кредиты, которые нам давал Янкель. Церковь опустела.

[Сергей Баландин]

Оба нарратива отражают реальность, увиденную с двух сторон. Но между ними есть различие: первый рассказчик описал «нормальное» (хотя и губительное для традиционной жизни) развитие капитализма, победу буржуазии с ее последствиями. Второй сумел увидеть большее – за «нормальной» борьбой за выгоду и прибыль, скрывалась и борьба двух теологических парадигм. Молодой бизнесмен предлагал не только место для встреч и кредиты, но и новое мироощущение, строго противостоящее прежнему. Попу и Янкелю было о чем поспорить.
Люди духа раньше других ощутили жесткое противостояние между церковью и евреями. Т.С. Элиот и Дж.К. Честертон пришли к церкви, по этому же пути пошли и ярые вольнодумцы Федор Достоевский и Сергий Булгаков. Если бы они смогли отстоять свои позиции в дискурсе, человечеству удалось бы установить новый баланс между Янкелем и попом, баланс, при котором церковь сохранила бы свое центральное место, а шинок остался бы на скромных позициях. Ведь речь не идет о тотальной победе – она невозможна, хотя к ней можно стремиться. Как и в споре между мужем и женой, дух и материя могут спорить, но не могут победить полностью и окончательно.
– Здесь есть интересная мысль: в начале Шамир как бы противопоставляет Янкеля и попа, прогресс и традицию, и создается впечатление о непримиримой дилемме: необходимо выбирать либо одно, либо другое. Но затем оказывается, что и одному и другому есть альтернатива – баланс!

[Сергей Баландин]

Но владычество евреев в СМИ, то есть интеграция капитала и дискурса изменили соотношение сил. Победа Янкеля недолго казалась победой свободы духа. Быстро выяснилось, что у дискурса просто появились новые хозяева – вместо церкви, границы допустимого установили хозяева газет. Люди духа, стремившиеся создать общество, которое зиждется на скале веры, остались на полях дискурса, который сузился до споров о целесообразности и выгоде.
У китайского философа Менциуса можно найти пример взгляда, недопустимого в современном дискурсе, но совершенно понятного христианину, хотя тот жил за три века до Христа. Менциус отправился к правителю Ху И, и тот спросил его: «Старик, если ты преодолел путь в тысячу ли, чтобы придти сюда, ты, наверное, знаешь, как принести выгоду моей стране». Менциус ответствовал: «Зачем говорить о выгоде? Важны лишь праведность и великодушие. Если правитель скажет, «как принести выгоду моей стране?», его вассалы скажут: «Что принесет выгоду нашим уделам?», и простолюдины и интеллигенты скажут: «В чем тут наша выгода?». Если же низшие и высшие сословия стремятся заботиться о своей выгоде, государство погибнет.»
– Да, мудрость Мен-цзы не утратила своей актуальности и по сей день. Люди руководствуются по большей части интересами выгоды, а не справедливости, и общество в целом превращается в постоянную борьбу частных эгоизмов: «Bellum omnium contra omnes» (Война всех против всех).

[Сергей Баландин]

Итак, победа еврейской корпорации над церковью привела к победе понятия выгоды над праведностью и великодушием. Хотя путь к победе в дискурсе был проложен не-еврейскими мыслителями от Джона Локка до Гоббса, благодаря еврейской концепции мира (о чем речь позднее) эта позиция получила легитимность, о которой говорил Гессе.
– Здесь надо заметить, что свою концепцию мира евреи никогда не применяют в еврейской среде. Там и благотворительность, и забота о ближнем, и клановая солидарность всегда превалируют над выгодой частного индивида.

[Ставр]

Этот форум - Лента Мёбиуса . Жаль , что многие респонденты этого не осознают .

Порвём! Как Тузик грелку.  
За четыре года эту ленту удалось растянуть в несколько раз.

Долго она не продержится.

Закон Времени уже давно на нашей стороне!

У Баландина каждое второе слово так или иначе на иудейскую тему. Кто-нибудь его читает? Что он проповедует? Раскачивает маятник или нет?

Многие европейские интеллектуалы ощущали выбор: «церковь или евреи».

Это еще один Соловьев, только на форуме? Правду прячет, а ложь разломил на две части и предлагает на выбор?

[Сергей Баландин]

Евреи были готовы к использованию свалившейся на них победы благодаря своему традиционному отношению к дискурсу. В течение веков христианского правления богатые евреи, о которых мы говорили в предыдущих главах, несли тяжкое бремя – они заботились о еврейских ученых и мыслителях и давали им в жены своих дочерей, не скупясь на приданое. Богатый еврей знал, что его долг – заботиться об ученых. Хотя, как мы говорили, у богатых евреев были практические основания для покупки СМИ, у них не было таких причин для поддержания в течение веков внушительного идеологического аппарата «альтернативной церкви». Наоборот, альтернативная церковь была смыслом их трудов.
– Этим абзацем Шамир подтверждает мою вышесказанную мысль. В своей книге я приводил еще такой пример:
«Примечательно, что известная Евангельская притча о нищем Лазаре и злом богаче (Лк. 16:19-31) появляется только в Евангелии от Луки – единственного библейского автора не-еврея. Подобные истории куда более были характерны для гоев-язычников, нежели для евреев, которые в те годы как раз славились, особенно, в Иерусалиме, своими богачами-филантропами. Известный пример, о котором часто упоминается в Талмуде и Мидрашах – иерусалимский богач и тесть рабби Акивы по прозвищу Кальба Савуа (что значит сытая собака, ибо всякий голодный, даже бродячий пес, утолял у него голод). Конечно, в еврейской среде встречались и скряги (камцаны), однако они осуждались ортодоксальным иудаизмом ничуть не в меньшей степени, чем христианством. Как бы там ни было, классовая борьба – это проблема больше гойская, нежели еврейская».
http://www.balandin.net/Jewish/Jew2.htm

[Добрыня Никитич]

...
– Нельзя не согласиться с Шамиром, что еврей, как правило, не знает и не понимает, чего он хочет от себя и от людей. Я часто спрашивал евреев и здесь, на большом форуме, и на его предшественнике форуме газеты «Завтра», и на многих других: чего они хотят? Зачем быть «евреем»? В чем состоит еврейская идея? И ни разу не получил ни одного вразумительного ответа!

К сожалению, Вы - еврей. Разговаривая с евреем никогда не знаешь, к чему отнести разногласия с ним, то ли к тому, что он еврей, и потому его "противоречия" созданы для еврейничания, то ли, что он действительно тупой.  Поскольку за тупого я Вас не держу, то каждый раз я беспощадно буду подчеркивать Ваши проявления "еврейской парадигмы".

Сразу замечу, что будучи евреем, Вы не отслеживаете позиций оппонента в целом, а реагируете только конкретно на отдельные выдернутые постинги. Потому для Вас у всех все непонятно. Многие вещи, которыми я буду комментировать Шамира и Вас, я уже повторял "мильон раз".

Итак, вернемся к Вашей цитате. Зачем быть «евреем»? Вы никогда не сможете получить ответа на этот вопрос от еврея, не сможете получить принципиально. Потому что этот вопрос эквивалентен вопросу: зачем быть мошенником? Кто же на такой вопрос открыто ответит, ведь, евреи рядятся под очень приличных людей.

Конечно, Вы скажете, что это голословное обвинение евреев. Отнюдь нет. Цель иудаизма - паразитирование отдельного племени на народах. Еврей - любой, чья религия иудаизм. Т.е. иудаизм принимают те, кто желает коллективно паразитировать на большинстве. Прямо, как лекция в детском саду.

Вы, конечно, скажете, что родившийся у евреев ребенок ничего не знает о паразитировании и далее заведете обычную еврейскую пластинку. ... Родители евреи за ребенка принимают это судьбоносное для него решение: быть ему евреем и без его выбора деформирут его сознание до еврейского (расщепление мира на еврейский и нееврейский). Сегодня только я на это отвечал объемным постингом в другой теме.
 

[Ставр]

Евреи были готовы к использованию свалившейся на них победы благодаря своему традиционному отношени

Бла, бла, бла...  ?
Заводная говорящая мартышка?