Кстати сказать, «черноголовые», согласно их мифо-логосу, воспринимали самих себя в качестве колонии, имеющей родину на северо-востоке за семью горами (культура Анау I на границе нынешней Туркмении, Афганистана и Ирана и далее у Арала, в Южном Урале (Аркаим) и на Алтае) и родственников в других – аналогичных – колониях в долине и устье Инда (Хараппа или, иначе, Аратта, а также и Мохенджо-Даро). Эти факты истории т.н. учеными историками, создающими общеупотребительные учебники и монографии по истории Древнего мiра, давно уже обходится до чрезвычайности старательно.
А теперь вернемся вновь к «пантеону» киевскому, якобы собранному вел. кн. Владимиром Красное Солнышко. О «богородице» Ладе, Лели или, иначе, о Рожаницах, о Богине-Матери я здесь специально говорить не буду, хотя в «пантеоне 980г.» они, согласно утверждениям Ю.Д.Петухова, якобы представлены Мокошью, связанной с «долей-участью-счастием» и т.д. Замечу только, что Уранию Петухов сопоставляет с Эросом, Ярилой и т.п. обожествлениями «страсти – ярости – воинственности – плодовитости», указывая при этом, что она никогда не была в точном смысле Богиней-Матерью. Не обсуждая сейчас этих изысканий Петухова и Ко, скажу еще, что Уранию в указанном смысле вполне можно сопоставить и приравнять к Инанне – Афродите – Венере – Астарте – Эстер – Эсфирь.
Что до места Мокоши в литературном «пантеоне» иудео-христианских писателей, то у них она замыкает ряд, стоя по правую руку от Семаргла. Но если ряд замыкается в круг, то Мокошь оказывается первой от левой руки Перуна.
Семаргла Петухов прямо определяет «Семиголовым» родовым богом рюриковичей или Змеем-Горынычем, имеющим пояс с семью мечами, который в указанном «пантеоне» стоял по левую руку от Мокоши и по правую руку от Стрибога или, если расположить кумиры в круг, по левую руку вторым от Перуна после Мокоши. Хорс-Хор-Гор понятен, он стоял по правую руку от Перуна. Дажьбог-Кополо-Купало-Аполлон - бог, дающий «блага и свет», стоял от Перуна третьим вслед за Хорсом. По правую руку от Дажьбога стоял Стрибог или «Старый бог, бог-отец, Юпитер, Сатурн, Сатир» - «олицетворение дикости и древности», внуки которого - «ветры, ураганы, смерчи», а «сатиры» - «покрыты шерстью, волосаты, бородаты, даже козлоноги». И здесь снова на память приходит аккадский, то есть протоиудейский бог Энлиль.
Рассматривая мифо-логос взаимосвязи Велеса и Перуна, а равно и взаимосвязи соответствующих Велесу и Перуну персонажей литовских, скандинавских, индийских и иудейских мифов, думаю, есть смысл обратить внимание также и на следующее:
Народным богом признается «бог крови», который одновременно является «скотьим богом», да и сам этот бог по сути своей «не-человек». Он - лютый и хитрый Зверь, олицетворение дикости и злобы, некультурности и неустроенности мира, то есть этот Зверь, а стало быть и народ в силу символического отождествления и замещения, как раз и есть источник любого хаоса в социально-природном космосе. Как Зверь этот народный = равно скотий бог предстает в обликах «медведя-льва-леопарда-рыси» и т.п. Его атрибутами непременно выступают череп и кости («велесовы кости», «ослиная челюсть»), кои признаются священными и которым, стало быть поклоняются... («череп и перекрещенные кости» как символ национал-социализма Ашкеназ’а - иудейской Германии = «Священной Римской империи» на «идиш»). Но вообще-то этот Зверь является «чудищем, драконом-горынычем», обитающим в «пещере-норе-лазе-берлоге» на грани мира живых и мира мертвых и фактически выступающим Владыкой Страха и Смерти. И именно такое «чудище-идолище-горынище» побеждается в русской былине Добрыней Никитичем. И оружием носителя русского вежества Добрыни при этом выступает только и исключительно «шляпа (колпак) земли греческой».
Жрецами этого скотьего бога, а равно и учителями «жизни народной аки жизни скотининой», то есть учителями «крови» и «страха божиего» (страха пред богом Смерти животной) по самой сути своей изначально были и всегда остаются таковыми не только волхвы, но и раввины. Для учителей этих все подвластные живые твари различаются только как твари говорящие или не говорящие. Иначе говоря, народ, который они учат, наставляют и окормляют, - не люди в точном смысле этого слова, но говорящий скот, быдло. И ценность они могут иметь лишь постольку, поскольку для хозяина имеет и может иметь ценность та или иная порода этого говорящего скота. А потому волхвы, раввины и есть пастыри, которые призваны в интересах хозяина пасти стадо его, окормлять и предупреждать это стадо от порчи, вырождения ценных для хозяина пород. И руководствуются пастыри эти по существу единым и тождественным мифо-логосом, хотя и различающимся многочисленными ликами своими, ибо имя им легион. Да и пастыри ныне эти облачены не только и не столько в священнические одежды, но давно уже выступают в обличье светских законников (юристов, политологов, социологов и экономистов), историков, философов и прочая, прочая, прочая.
