"С точки зрения так называемой абсолютной ценности человеческой личности
революция подлежит "осуждению", как и война, как, впрочем, и вся история
человечества в целом. Однако же самое понятие личности выработалось лишь в
результате революций, причем процесс этот еще очень далек от завершения.
Чтоб понятие личности стало реальным и чтоб полупрезрительное понятие
"массы" перестало быть антитезой философски привилегированного понятия
"личности", нужно, чтоб сама масса краном революции, вернее сказать, ряда
революций, подняла себя на новую историческую ступень. Хорош или плох этот
путь с точки зрения нормативной философии, я не знаю и, признаться, не
интересуюсь этим. Зато я твердо знаю, что это единственный путь, который
знало до сих пор человечество.
Эти соображения ни в каком случае не являются попыткой "оправдания"
революционного террора. Пытаться оправдывать его - значило бы считаться с
обвинителями. Но кто они? Организаторы и эксплуататоры великой мировой
бойни? Новые богачи, возносящие в честь "неизвестного солдата" благоухание
своей послеобеденной сигары? Пацифисты, которые боролись против войны, пока
ее не было, и готовы снова повторить свой отвратительный маскарад?
Ллойд-Джордж, Вильсон и Пуанкаре, которые за преступления Гогенцоллерна (и
их собственные) считали себя вправе морить голодом немецких детей?
Английские консерваторы или французские республиканцы, разжигавшие
гражданскую войну в России со стороны и в полной безопасности пытавшиеся из
крови ее чеканить свои барыши? Эту перекличку можно продолжить без конца.
Дело для меня идет не о философском оправдании, а о политическом объяснении.
Революция потому и революция, что все противоречия развития она сводит к
альтернативе: жизнь или смерть. Можно ли думат что люди, которые вопрос о
принадлежности Эльзаса и Лотарингии решают заново каждые полвека при помощи
горных хребтов из человеческих трупов, способны перестроить свои
общественные отношения при помощи одного лишь парламентского чревовещания?
Во всяком случае, никто еще не показал нам, как это делается. Мы ломали
сопротивление старых горных пород при помощи стали и динамита. И когда враги
стреляли в нас, чаще всего из винтовок самых цивилизованных и
демократических наций, мы отвечали тем же".
http://lib.rin.ru/doc/i/14394p137.html