Уважаю газету "Дуэль".

[luna]

Если не имеете, тогда и платить за комуслуги никоим образом не должны по европейским тарифам. Имеете полное право и по Конституции Украины, и по Международному биллю о правах человека, подписанному Украиной.

Тем более, что почти все коммунальные «лавочки», в частности, почти все облэнерго зарегистрированы, как юридические лица в оффшорных зонах (там, где налоги не надо платить), то есть за рубежом. Например, фирма, владеющая 40% акций Луганскоблэнерго - зарегистрирована на Багамах. Другие облэнерго еще с большим процентом частной собственности, зарегистрированы тоже где-то на каких-то островочках (налоговая и СБУ знают, но молчат об этом). А раз они зарегистрированы в зарубежных оффшорных зонах, значит, и денежки за коммунальные платежи поступают на зарубежные счета. То есть на Украине наши коммунальные платежи практически не остаются и не оборачиваются. И именно по причине финансовых афер у коммунальщиков не хватает денег на развитие. А не потому, что граждане не платят.

Для сравнения долгов населения коммунальщикам и государственных долгов населению приведу следующие цифры: население должно коммунальщикам всего 7,5 миллиардов гривен, а государство должно населению 2 триллиона 172 миллиарда 441,6 миллионов гривен. Задолженность населению по зарплате на 1 июля 2005 г. составляет 1,341 млрд. грн. То есть населению государственные структуры должны в 290 раз больше!

Почти все наши коммунальные платежи используются жевагами-суркисами-пинчуками и прочими «укгаинцами» за рубежом на покупку хатынок, яхт, гостиниц, островочков и прочих сверхблаг во имя собственного светлого будущего.

[luna]

Всех этих владельцев государственной собственности возврат личных вкладов уже давно не интересуют, ибо они свои правильно проиндексированные вклады получили еще в 1994 году.

Так что, дорогие соотечественники, мы с вами вычислили реальную сумму наших вкладов. Лакомый кусочек? Я думаю!

Особенно этим многомиллиардным «куснем» хотят полакомиться наши дурковатые (ума ведь на развитие экономики Украины не хватает, даже на уборку мусора на улицах кредиты выпрашивают) «пооранжевевшие» феодалы и их зарубежные покровители.

Каким образом? Сейчас расскажу вам про вышеобещанный механизм нового изъятия народной собственности, отработанный в России.

Слышали вы о том, что к концу августа этого года Россия завершила первый этап досрочного погашения долгов Парижскому клубу по так называемому «царскому займу» в сумме 15 миллиардов долл. США? А знаете ли вы, что это за долг?

Снова обратимся к нашей далекой истории.

Первые, самые старые облигации так называемых царских займов датированы 1867-м годом. После отмены крепостного права Россия модернизировалась, шла в Европу и бездарные чиновники-инородцы, как сейчас у нас, нуждались в иностранных инвестициях... Поэтому царским правительством были выпущены облигации внешних займов. Граждане Франции начали покупать за золотые франки облигации российских займов, гарантированных царской властью.

Затем были выпущены облигации государственного займа 1916 года. Этот заем был выпущен и разошелся в Европе, в основном во Франции и частично в Бельгии, на сумму 2 миллиарда рублей. Годовые под заем были весьма привлекательны - 5,5%. Так что ценные бумаги с двуглавым орлом охотно покупали, рассчитывая получить приличные дивиденды.

[luna]

После революции 1917 года Ленин, как известно, наотрез отказался возвращать царские долги. Сталин и другие советские руководители о них также слышать не хотели. И правильно делали!

Но! Грянула перестройка. Министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе и британский премьер Маргарет Тэтчер достигли первого, секретного соглашения, которое, по сути, признавало существование взаимных претензий России и стран Западной Европы.

Первая попытка урегулирования столетнего спора между Парижем и Москвой была предпринята в 1992-м году, когда между двумя государствами был подписан договор, статья 22-я которого посвящена проблеме царских займов. За этим договором, являющимся базовым документом, последовали еще три соглашения - 1995-го, 1996-го и 1997-го годов. В соглашении 1997-го года Россия, в лице премьера Виктора Черномырдина, обязалась выплатить по облигациям, находящимся в руках граждан Франции, глобальную сумму в 400 миллионов долларов.

Вместе с тем, при подписании соглашения было учтено, что после революции 1917 года и окончания Первой мировой войны во Францию попали значительные запасы так называемого «русского золота», которое так и не было возвращено России.

Ассоциация держателей царских облигаций посчитала, что надо ковать железо, пока горячо. Президент ассоциации Пьер Понтбриан затеял новое судебное дело против России. Объединение держателей акций считает, что истинный долг России, с учетом набежавших за 100 лет процентов, исчисляется не миллионами, а миллиардами долларов.

[luna]

В 1998 году Михаил Касьянов заявил: «Мы можем пойти на это и начать выплачивать эти средства в текущем году». И далее: "Мы будем выплачивать свой долг перед Францией в соответствии с графиком погашения долга бывшего СССР (непонятно, при чем здесь СССР, если это царский долг? - Е.М.) перед странами-членами Парижского клуба кредиторов до 2020 г.".

Летом прошлого года французская ассоциация держателей облигаций русских займов пыталась арестовать экспонаты государственного Эрмитажа, выставлявшиеся в Париже.

Наглецы, однако! Надо арестовывать их собственность, чтобы вернули «русское золото».

Предлагаю создать ассоциацию жертв чингизхановских, наполеоновских, гитлеровских войн и перестройки, которые нанесли многотриллионный ущерб нашей стране и каждому гражданину в отдельности. И арестовывать всю собственность монгол и татар, Франции и Германии, кравчуков, суркисов, порошенков и прочих грабителей нашего народа. А что? Это вполне реально! Международный прецедент создан.

В середине мая текущего года между Россией и странами - членами Парижского клуба было подписано соглашение о досрочном погашении части российского долга в размере 15 млрд. долл. (около 38% от общей суммы задолженности, составляющей около 43 млрд. долл.). Распоряжение по досрочному погашению премьер-министр Михаил Фрадков подписал 28 июня 2005 года. К 1 июля Стабилизационный фонд «похудел» на 15 млрд. долл. (430 млрд. руб.).

Деньги получили девять стран-кредиторов - Австралия, Дания, Финляндия, Франция, Германия, Италия, Голландия, Швеция, Великобритания и США. Меньшую часть оговоренной суммы, 2 миллиарда долларов, Россия выплатила 20 августа. В числе «второстепенных» очередников Япония, Бельгия, Норвегия, Австрия, Испания.

Как Вам это глобальное предательство национальных интересов России?!

[luna]

Грабить весь народ России в угоду интересов несуществующих, давно вымерших покупателей облигаций царского займа 1870-1916 годов!.. (Полагаю, что после перестройки советские правящие бандиты дорвались до царских архивов, вычислили всех наследников царских займов за рубежом и перекупили у них царские долги. Создали вышеупомянутую Ассоциацию и теперь перекачивают из России в свои карманы десятки миллиардов долларов. Ранее это делалось через Фрадкова в Париже, где он представлял Россию в международных экономических структурах. А когда процесс перекачивания «царских долгов» пошел, его прислали в Россию ускорить этот процесс, пока граждане России не опомнились.) Отдаются десятки миллиардов долларов странам, которые во времена оккупации Руси, Российской империи и СССР стирали с лица нашей земли все, что на ней находилось и истребили сотни миллионов наших граждан?!

Это не просто Глобальное Предательство и пир во время чумы...

За такое всех этих подписантов, отдавантов и приватизаторов надо живьем замуровывать в Кремлевскую стену и Стену плача, перед этим заставив проглотить все, что награбили !

Так что, дорогие мои украинские соотечественники, предлагаю по образцу и подобию Французской ассоциации держателей царских облигаций создать Ассоциацию вкладчиков Сбербанка СССР, подать иск в тот же самый суд и потребовать от тех же самых подписантов, отдавантов, приватизаторов возвратить нам наши кровные 410 миллиардов долларов США, или 2 триллиона 172 миллиарда 441,6 миллионов гривен.

И ни в коем случае не соглашаться на аферу гашения коммунальных долгов своими сбережениями и тем более продавать их «оранжевым» аферистам, иначе у вас не останется и надежды на их возврат. А они, скупив ваши сбережения (как когда-то ваучеры) за бесценок, - обменяют их с учетом полной индексации за все 15 лет (как сейчас они же получают миллиарды по столетним «царским займам»), то есть получат за ВАШИ сбережения сотни миллиардов долларов, или более 2-х триллионов гривен!

И не торопитесь отчаиваться!

Колесо истории - оно круглое, сегодня они давят нас, а завтра - МЫ их РАЗДАВИМ за все преступления геноцида, которые они творят с нашим народом!

Е.А. МАЗУР
      `

[luna]

Е. А. Мазур заявила о том, что, как доказала История, для русских, как великой нации, приемлемы лишь две формы правления: Монархия и Коммунизм (централизованный Социализм). А разные формы демократий — это для племен.

[luna]

П.Л. Капица - И.В. Сталину 28 апреля 1938 г.

Товарищ Сталин, сегодня утром арестовали научного сотрудника Института Л. Д. Ландау. Несмотря на свои 29 лет, он вместе с Фоком - самые крупные физики-теоретики у нас в Союзе. Его работы по магнетизму и по квантовой теории часто цитируются как в нашей, так и в заграничной научной литературе. Только в прошлом году он опубликовал одну замечательную работу, где первый указал на новый источник энергии звездного лучеиспускания.

...У нас в институте с ним было нелегко, хотя он поддавался уговорам и становился лучше. Я прощал ему его выходки ввиду его исключительной даровитости. Но при всех своих недостатках в характере, мне очень трудно поверить, что Ландау был способен на что-то нечестное.

Ландау молод, ему представляется еще многое сделать в науке. Никто, как другой ученый, обо всем этом написать не может, поэтому я и пишу Вам.

П. Капица

[luna]

Протокол допроса Ландау Льва Давидовича от «3» августа 1938 года.

 

ЛАНДАУ, Л.Д., 1908 г. рожд., уроженец г. Баку, сын инженера, служащий, беспартийный, еврей, гр-н СССР; до ареста профессор физики, ст. научный сотрудник Ин-та физических проблем Академии Наук СССР.

 

Вопрос: Вы обвиняетесь в антисоветской деятельности. За что вас арестовали?

 

Ответ: Это какое-то недоразумение. Ни с какими контрреволюционными организациями я не связывался и антисоветской работы не вел.

 

Вопрос: Ланду, ваше запирательство бесполезно. Мы вас предупреждаем, что при дальнейших с вашей стороны попытках стать на путь ложных или не до конца искренних показаний мы вас изобличим очными ставками с вашими единомышленниками.

 

Ответ: Меня не в чем изобличать, антисоветской работы я не вел и никаких единомышленников в этом смысле у меня не было.

 

Вопрос: Мы еще раз предлагаем вам дать правдивые показания относительно вашей антисоветской деятельности.

 

Ответ: Мне нечего показывать.

 

Вопрос: Предъявляем вам документ- текст антисоветской листовки за подписью «Московский комитет антифашистской рабочей партии». Вам знаком этот почерк? Чьей рукой написана листовка?

 

Ответ: Да, знаком. Это почерк физика М. А. Кореца, которого я хорошо знаю.

 

Вопрос: Корец показывает, что контрреволюционная листовка написана им, и утверждает, что вы являетесь одним из авторов этого антисоветского документа. Вы и теперь будете отрицать предъявленное вам обвинение?

 

Ответ: Я вижу бессмысленность дальнейшего отрицания своей причастности к составлению предъявленного мне контрреволюционного документа. Пытался я отрицать свою вину, будучи уверенным, что следствию этот документ неизвестен.

Предъявленная мне антисоветская листовка действительно была составлена мною и Корец М.А. - участником контрреволюционной организации, к которой принадлежал и я.

Эту листовку мы намеревались размножить и распространить в дни первомайских торжеств в Москве среди демонстрантов.

 

Вопрос: К вопросу о подготовке контрреволюционной листовки мы вернемся впоследствии. Сейчас расскажите, когда впервые вы стали на путь борьбы против советской власти?

 

Ответ: Мне трудно прямо ответить на этот вопрос. Прошу разрешить мне рассказать подробно, как я постепенно, начав с антимарксистских позиций в области науки, дошел до контрреволюционной подпольной деятельности.

В 1929 году я закончил высшее образование и, как способный физик, был командирован Наркомпросом за границу для научного усовершенствования. За границей я работал главным образом у известного физика Бора (Дания) и у ряда физиков его школы в Берлине, Цюрихе, Лейпциге и Кембридже.

 

[luna]

Вопрос: Что это за школа Бора?

 

Ответ: Я имею в виду так называемую «Копенгагенскую школу» физиков во главе с Бором. Это - ведущая школа современной физики капиталистического мира.

«Копенгагенская школа» - не материалистическая, отрицающая диалектический материализм, не признающая научный марксистский метод. В частности, резкой критике и отрицанию подвергались в этой школе положения, выдвинутые Энгельсом в его «Диалектике природы». Должен сказать, что за границу я поехал уже с известной идеалистической настроенностью. В результате пребывания за границей и тесного сближения с школой Бора и лично с ним (моя командировка субсидировалась первые 6 месяцев Наркомпросом, а остальное время получал рокфеллеровскую стипендию, устроенную мне Бором) мои воззрения окончательно сформировались. Я вернулся в СССР убежденным сторонником буржуазных позиций «Копенгагенской школы» и открыто выступал против материалистической философии, против «допущения» марксизма в науку. Я заявлял, что наука сама по себе, без марксовой философии, которую мы считали псевдонаучной, разрешит свои проблемы.

 

Вопрос: Вы говорите: «Мы считали»... Кто это «мы»?

 

Ответ: На почве антимарксистских взглядов я в 1931 году, работая в Ленинграде, тесно сошелся с группой антисоветски настроенных физиков-теоретиков. Это были: Гамов Г.А. (в 1934 году уехал в командировку в Данию и не вернулся в СССР), Иваненко Д.Д. (в 1935 г. осужден за антисоветскую деятельность), Бронштейн М.П., Френкель Я.Н. Известную роль тут сыграло и мое личное настроение недовольства и озлобленности, вызванное арестом моего отца Д.Л. Ланду. До революции отец служил инженером в одной из нефтяных компаний в Баку. В 1930 г., когда я находился за границей, отец был арестован и вскоре осужден за вредительство в нефтяной промышленности к 10 годам концлагеря. Это обстоятельство также толкало меня на сближение с антисоветской группой физиков.

 

Вопрос: Расскажите, в чем практически выражалась антисоветская деятельность этой группы?

 

Ответ: Это была группа единомышленников с общей антисоветской позицией сначала в области науки (отрицание марксизма). Но, борясь против марксистского метода в науке, считая марксистскую философию ненаучной, мы боролись и против мероприятий советской власти в этой области, считая гибельным для науки стремление советской власти подвести под науку марксистский фундамент.

Всячески охаивая марксизм, защищая буржуазные концепции, мы эти взгляды пропагандировали как в своем окружении, так и в докладах и лекциях в вузах Ленинграда.

Мы открыто объявляли материалистическую философию лженаукой и насаждали буржуазную науку в советских вузах, в научных институтах и в популярной литературе по физике.

Наши выступления, естественно, наталкивались на отпор со стороны советской научной общественности и расценивались как антисоветские (так, в частности, было после одного публичного выступления Френкеля против марксизма).

В связи с этим мы переносили нашу критику и недовольство на отношение советской власти к науке вообще и клеветнически утверждали, что советская власть не обеспечивает ученым соответствующих условий работы.

В результате моего общения и совместной с Гамовым, Иваненко, Френкель и Бронштейном по существу антисоветской деятельности я к середине 1932 г., когда переехал из Ленинграда в Харьков, был уже не только антимарксистом в вопросах науки, но и антисоветски настроенным человеком.

В Харькове я работал в качестве руководителя теоретического отдела Украинского физико-технического института. Здесь мои антисоветские настроения активизировались, я стал искать в своем новом окружении единомышленников.

[luna]

Вопрос: Какие антисоветские связи вы установили в институте?

 

Ответ: Вскоре я близко сошелся с научными работниками института Розенкевич Л.В. и Корец М.А., которых я знал до Харькова. Впоследствии на почве общности антисоветских взглядов мы близко сошлись с руководящими работниками института Шубниковым Л.В. и Ваисбергом А.С. Антисоветская деятельность этой нашей группы первое время сводилась, как и в Ленинграде, к борьбе против марксистских принципов в науке, против диалектического материализма, к пропаганде в лекциях буржуазных идей и положений и воспитанию в этом духе будущих научных кадров.

Новым моментом был вопрос о взаимоотношениях «чистой» и прикладной науки.

Вопрос этот очень остро встал в 1934 г. в связи с определением планов и направления работ института - крупнейшего в стране научно-исследовательского учреждения в области физики. Мы выступали решительными противниками слияния, органической взаимосвязи теории и практики, чистой и прикладной физики, отстаивая полную независимость «чистой» науки.

И в дальнейшем, когда наша группа перешла к активным, контрреволюционным, вредительским действиям, эти действия прикрывались флагом борьбы за «чистую науку».

Прикрываясь борьбой за «чистую науку», наша антисоветская группа всячески добивалась отрыва теории от практики, что не только тормозило развитие советской науки, но и влекло за собой, учитывая огромное прикладное значение физики, задержку развития производительных сил СССР.

Пропагандируя под флагом «чистой науки» буржуазные антисоветские взгляды среди студенческой молодежи, мы считали, что наша пропаганда вызовет непосредственное стремление учащейся молодежи к активной антисоветской деятельности.

 

Вопрос: Когда произошел этот переход группы к активным контрреволюционным действиям?

 

Ответ: В 1935 году. К этому времени в институте уже вполне сформировалась антисоветская группа физиков в составе меня - Ландау Л.Д., Розенкевича Льва Викторовича - сына личного дворянина, Кореца Моисея Абрамовича - дважды исключавшегося из рядов ВЛКСМ, Ваисберга Александра Семеновича - иностранного специалиста, Шубникова Льва Васильевича - профессора Украинского физико-технического института и Ообреимова Ивана Васильевича (последний был вовлечен в группу ШУБНИКОВЫМ).

Собираясь периодически друг у друга на квартире, а также в институте в моем кабинете, мы обсуждали с контрреволюционных позиций положение в стране, политику советской власти.

Последовавшие вскоре после убийства С.М. Кирова аресты и расстрелы вызвали в нашей среде озлобление и стремления более активно бороться против советской власти.

Обсуждая положение в стране, мы клеветнически утверждали, что ВКП(б) переродилась, что советская власть действует в интересах узкой правящей группы (мы называли «клики») и что нашей задачей - задачей высшей научной интеллигенции - является активное включение в борьбу за свержение советской системы и установление государства буржуазно-демократического типа.

Эти выводы мы делали, в частности, из того, что Советская власть, как я доказывал на совещаниях группы, «репрессирует невинных людей, не имеющих никакого отношения к убийству Кирова».

[luna]

Вопрос: Следствие интересует не злопыхательская клевета участников вашей группы, а их практическая подрывная деятельность.

 

Ответ: Я ничего не намерен скрыть от следствия. В борьбе против советской власти мы использовали все доступные нам возможности, начиная от антисоветской пропаганды в лекциях, докладах, научных трудах и кончая вредительским срывом важнейших научных работ, имеющих народнохозяйственное и оборонное значение.

Вопрос: Вот о конкретных фактах этой вашей преступной деятельности вам и придется рассказать.

 

Ответ: Вся наша вредительская деятельность была направлена на то, чтобы подорвать, свести на нет огромное практическое, прикладное значение теоретических работ, проводимых в институте. Прикрывалось это, как я уже говорил, борьбой за «чистую» науку.

Наша линия дезорганизовывала, разваливала институт, являющийся крупнейшим центром экспериментальной физики, срывала его наиболее актуальные для промышленности и обороны работы.

Участники нашей группы душили инициативу тех сотрудников института, которые пытались ставить на практические рельсы технические и оборонные работы. Научные сотрудники, отстаивавшие необходимость заниматься не только абстрактной теорией, но и практическими проблемами, всяческими путями выживались нами из института.

В этих целях талантливых советских научных работников, разрабатывающих актуальные для хозяйства и обороны темы, мы травили, как якобы бездарных, неработоспособных работников, создавая им таким образом невозможную обстановку для работы.

Так мы поступили с научным работником института Рябининым, который успешно вел многообещающую работу по применению жидкого метана как горючего для авиационного двигателя.

Я, Шубников, Ваисберг и Розенкевич организовали вокруг Рябинина склоку и довели его до такого отчаяния, что он избил меня. Воспользовавшись этим, мы добились его ухода - сначала из лаборатории, а затем и из института.

Таким же образом из института был выжит инженер Стрельников, разработавший конструкцию рентгеновской трубки, мощность которой примерно в 10 раз превышала существующие в СССР. Эта трубка могла быть использована в промышленности для устранения дефектов в металлах и рентгеновского исследования структур. Стрельников был нами удален из института под предлогом несоответствия его узко-прикладных работ задачам института.

Подобными же путями мы добились ухода из института научных работников Желеховского, Помазанова и др.

Противодействие, которое наша вредительная линия встречала со стороны партийной организации института, мы старались сломить, привлекая к себе рядовых сотрудников института, воздействуя на них своим научным авторитетом.

Некоторых научных сотрудников - Руэмана Мартына Зигфридовича (иноспециалист), Лифшица, Померанчука и Ахиезера - нам удалось привлечь на свою сторону, не посвящая их в существование нашей антисоветской группы.

 

[luna]

Вопрос: Говоря об антисоветской деятельности ваших соучастников, вы умалчиваете о вашей роли в этой вражеской деятельности.

 

Ответ: Я физик-теоретик, и от экспериментальной работы по прикладным темам стоял дальше других участников организации.

Мое вредительство заключалось в том, что, являясь руководителем теоретического отдела института, я из этого отдела изгнал всякую возможность содействия актуальным техническим, а, следовательно, и оборонным темам.

В своих работах по вопросам, могущим иметь техническое приложение, я всегда вытравлял ту основу, за которую можно было бы ухватиться для технической реализации.

Так я поступил при разработке вопроса о свойствах ионного и электронного газа в плазме - проблема, практическое направление которой могло бы содействовать развитию техники ультракоротких волн, имеющих оборонное значение.

 

Вопрос: Вы не раскрыли полностью всю вредительскую деятельность, которую вы и ваши единомышленники развернули в Харьковском физико-техническом институте.

Расскажите обстоятельно: какие именно области научной работы являлись объектами ваших вражеских действий?

 

Ответ: Шубников, Ваисберг, Розенкевич, Корец имели прямое отношение к лабораториям института. Мне известно, что в результате их вредительской деятельности работа лаборатории атомного ядра была совершенно оторвана от разрешения каких-либо задач, имеющих практическое, прикладное значение. Возможности разрешения ряда технических проблем огромного значения не реализовывались: например, темы, связанные с высокими напряжениями, с измерительной аппаратурой. Лаборатория, расходуя миллионные средства, работала без какой-либо ориентации на технические и оборонного характера выводы.

Лаборатория низких температур, руководимая Шубниковым, имела все возможности для разработки очень важной для промышленности и обороны страны проблемы рационального использования газов коксовых печей (выделение гелия) путем применения глубокого охлаждения газовой смеси. Шубников, прикрываясь нашим излюбленным флагом борьбы за «чистую науку», не допускал работы лаборатории в этом направлении.

Лаборатория ионных преобразований была доведена участниками нашей группы до окончательного развала, а способные научные сотрудники Желеховский, Помазанов и др. уволены из института.

До такого лее состояния была доведена и лаборатория фотоэффекта.

Это - то, что успела провести наша антисоветская группа в 1935-36 годах. Вскоре после этого я и Корец переехали в Москву.

 

Вопрос: Ваш переезд в Москву был вызван начавшимся разоблачением ваших вредительских действий в институте?

 

Ответ: Да. К концу 1935 года наша вредительская линия стала настолько очевидной для окружающих, что партийная организация и советская общественность института поставила более решительно вопрос о вражеской работе в институте.

В этих условиях оставаться мне дальше в Харькове было небезопасно.

Первый удар был нанесен нам арестом Кореца М.А. в ноябре 1935 г.

Правда, в тот момент обстановка вокруг нас еще не была настолько обострена, а научный авторитет наш был достаточно высок. Так что мы даже смогли принять ряд мер к освобождению Кореца, точнее, к отмене приговора суда по его делу.

Я в числе прочих был также допрошен следствием по делу Кореца. Скрыв, понятно, нашу антисоветскую деятельность, я дал следствию ложные показания о Кореце как о честном советском гражданине. Апеллируя этой же характеристикой «советского» ученого, мы организовали ходатайство перед соответствующими советскими органами (я послал письмо о Кореце Балицкому) и в результате добились отмены приговора суда (заключение в концлагерь) и освобождения из-под стражи Кореца.

Однако положение нашей группы все более осложнялось. Начавшееся в 1936 г. решительное вскрытие контрреволюционного подполья в стране грозило и нам провалом. Кореца уволили из института. Меня в конце 1936 г. уволили из университета за протаскивание буржуазных установок в лекциях.

По решению участников группы был организован протест против моего увольнения. Ряд научных сотрудников - Лифшиц, Ахиезер, Померанчук, Бриллиантов - подали коллективное заявление, в котором, угрожая уходом из института, потребовали моего восстановления на кафедре. Однако, несмотря на формальное мое восстановление, я и Корец политически были серьезно скомпрометированы.

Это обстоятельство заставило нас принять решение, в интересах сохранения наших кадров, да и личного благополучия, мне и КОРЕЦУ немедленно уехать с Украины.

Первым уехал я (в начале 1937 года). Устроившись на работу, я вызвал в Москву и обеспечил устройство на работу Кореца, а затем Лифшица и Померанчука (участников организованного протеста против моего увольнения в Харькове). Последних я устроил на кафедру физики Кожевенного института, которой руководил мой близкий знакомый профессор физики Румер Ю.Б.

[luna]

Вопрос: А вы сами где стали работать в Москве?

 

Ответ: В институте физических проблем Академии наук. С директором этого института профессором Капицей я был знаком раньше. Я приехал к нему, рассказал о тяжелой обстановке, создавшейся для меня на Украине, и просил принять меня на работу в возглавляемый им институт. Капица это устроил.

 

Вопрос: Какие антисоветские связи вы установили в Москве?

 

Ответ: Хотя мы, в частности я, и были дезорганизованы начавшимися в Харькове арестами наших людей (вскоре после нашего отъезда были арестованы Шубников, Ваисберг и Розенкевич), однако это же обстоятельство одновременно нас озлобляло и толкало на поиски новых антисоветских связей и более активных форм борьбы с ненавистным нам советским строем. Поэтому вскоре же после приезда в Москву я и Корец приступили к вербовке новых единомышленников. Первым был мною привлечен к антисоветской деятельности Румер.

 

Вопрос: Кто такой Румер?

 

Ответ: Юрий Борисович Румер, профессор физики. Познакомился я с ним в 1935 г. на Менделеевском съезде. Встречался я с ним в Москве и в 1936г.

После моего переезда в Москву я сошелся с ним ближе. Обработку его в антисоветском направлении я вел постепенно, убеждая его сперва в неправильности линии советской власти по отношению к науке, говорил, что аресты научных работников ничем не оправдываются и наносят вред науке, что такое положение мы, люди науки, терпеть не можем.

В дальнейших разговорах я более откровенно изложил ему свою точку зрения на положение в стране, на необходимость действовать всеми путями для изменения режима в стране. Я сообщил Румеру, что это не только моя точка зрения, а многих связанных со мной лиц.

В результате Румер согласился с моими доводами о необходимости организованной борьбы с советским режимом. В дальнейшем он был связан и со мною, и с Корецом.

Следующими лицами, на которых я рассчитывал как на антисоветский актив, были профессор Капица П.Л. и академик Семенов Н.Н., которые не скрывали от меня своих антисоветских настроений. Главной темой их бесед со мной являлись аресты научных работников. И Капица, и Семенов рассматривали эти аресты как произвол и расправу с невинными людьми, как результат гибельной политики советских верхов. Капица и Семенов утверждали, что политика партии ведет не к прогрессу науки, а к упадку и гибели ее.

 

Вопрос: Вы сообщили Капице и Семенову о существовании вашей антисоветской группы физиков, о ее деятельности в Харькове и Москве?

 

Ответ: Нет, этого я им не говорил. На такую откровенность я не решался, т. к. Капица и Семенов не были еще мною достаточно изучены, а отношения зависимости моей от Капицы не позволяли рисковать.

 

Вопрос: Кто еще, кроме Румера, был привлечен вами в контрреволюционную организацию?

 

Ответ: Мною никто больше. Со слов КОРЕЦА мне известно, что им окончательно была подготовлена к активным контрреволюционным действиям его давнишняя знакомая, проживающая в Москве, журналистка Марголис Л.С., отчим и мать которой осуждены и высланы. На квартире Марголис часто собирались журналисты и научные работники, среди которых Корец вел антисоветскую пропаганду. Корец познакомил меня с Марголис, и я сам убедился, что она полностью разделяет наши контрреволюционные позиции.

Вторым лицом, обработанным Корец для вовлечения в контрреволюционную организацию, был упоминавшийся мною ленинградский профессор физики Бронштейн Матвей Петрович (в конце 1937 года арестован в Ленинграде). Корец встретился и установил связь с Бронштейном на квартире уже завербованного мною Румера Ю. Б.

Подготавливали мы к активной антисоветской деятельности и упомянутых мною выше прибывших из Харькова Лифшица и Померанчука, моих учеников.

[luna]

Вопрос: Лифшиц и Померанчук были завербованы вами в организацию?

 

Ответ: О наличии организованной группы Лифшиц и Померанчук не были осведомлены. Я, так же как и Корец, настойчиво и небезуспешно прививал им еще в харьковский период антисоветские взгляды, разжигал в них злобу против советской власти.

В их обществе мы открыто высказывали свои антисоветские взгляды, в частности, в отношении прошедших политических процессов, которые мы рассматривали как инсценировку - расправу правящих верхов над неугодными им лицами.

 

Вопрос: Вернемся к вопросу подготовки антисоветской листовки. Как возник план выпуска листовки?

 

Ответ: Я уже говорил, что соображения крайней озлобленности в связи с все более острыми ударами, наносимыми по антисоветским силам, толкали нас на поиски какого-нибудь более прямого, более эффективного контрреволюционного действия.

Было бы слишком наивным ограничиваться в антисоветской деятельности только насаждением буржуазных теорий в науке, вредительством и разжиганием антисоветских настроений у десятка-другого окружавших нас людей.

Результатом этих наших стремлений активно действовать и явилась попытка выпустить контрреволюционную листовку, попытка, пресеченная нашим арестом.

 

Вопрос: Расскажите все обстоятельства, при которых была составлена контрреволюционная листовка?

 

Ответ: В одну из встреч с Корецом у меня на квартире, это было в середине апреля 1938 года, мы вновь толковали о возможных путях активных действий против советской власти. Корец сказал, что большой политический резонанс дало бы открытое выступление с призывом к населению против «режима террора, проводимого властью», и что такое выступление в форме листовки удобно было бы приурочить к первомайским дням.

Я сперва отрицательно отнесся к этому предложению и высказал опасение, что такая форма антисоветской деятельности чересчур рискованна. Однако при этом я согласился с Корецом, что подобная политическая диверсия произвела бы большое впечатление и могла бы дать немалый практический результат.

Корец защищал свое предложение, мотивируя его целесообразность тем, что выпуск листовки помог бы объединению антисоветских сил, ибо показал что, несмотря на массовые репрессии, существует и действует организованная сила, готовящая свержение Советской власти.

Договорившись принципиально о том, что листовку будем выпускать, мы приступили к выполнению этого замысла...

 

Вопрос: Кто еще, кроме вас и Кореца, был посвящен в план выпуска листовки?

 

Ответ: Я никого не посвящал. Корец должен был подобрать технических исполнителей для размножения и распространения листовки, но кого именно он подбирал - мне неизвестно.

 

Вопрос: Когда, где, в какой обстановке был написан текст листовки?

 

Ответ: Составляли текст листовки Корец и я, 23 апреля, у меня на квартире.

Когда мы приступили к составлению текста, перед нами встал вопрос: из каких политических позиций исходить, от имени какого политического направления обращаться к населению?

Корец развил следующую точку зрения, с которой я согласился: выступать с открыто контрреволюционных позиций, ратовать прямо "за капиталистический строй было бы глупо и бессмысленно. Такая агитация не может рассчитывать хотя бы на малейший успех в стране.

Нет также смысла писать листовку от имени правой или троцкистской организации: и правые, и троцкисты разоблачены и вконец дискредитированы в народе, как агенты фашизма, как шпионы.

Однако совершенно необходимо, чтобы листовка вышла от имени какой-то организованной силы, противоставляющей себя «слева» советскому режиму. Выгоднее всего придать листовке внешне антифашистский тон, расценивая события, происходящие в стране, - разгром контрреволюционного подполья, - как фашистские методы управления, как результат фашистского перерождения советских верхов. Отсюда лозунг свержения советской власти мог выглядеть как лозунг спасения страны от фашистской опасности.

Исходя из этих предпосылок, Корец и составил текст листовки, а я ее отредактировал. Из тех же соображений, изложенных выше, мы решили выпустить эту листовку от имени «Московского комитета антифашистской рабочей партии».

Корец объявил мне, что он берет на себя и сумеет обеспечить технику размножения и распространения листовки среди демонстрантов Первого мая. Корец спросил, нужно ли мне знать имена технических исполнителей этого дела? Я ответил, что в целях конспирации лучше будет, если я не буду знать имен исполнителей. Корец согласился с этим и никаких имен мне не называл. Таким образом, я никого из других участников этой политической диверсии не знал.

 

[luna]

Вопрос: А членам вашей организации Румеру, Бронштейну было известно о подготовке этой листовки?

 

Ответ: Я никого не информировал об этом и от Кореца не слышал, чтобы он сообщал о нашем замысле Румеру или Бронштейну. 28 апреля я был арестован и здесь уже узнал, что размножить листовку Корец не сумел, или, точнее, не успел, т. к. тоже был арестован.

 

Вопрос: Вы умалчиваете о ряде существенных обстоятельств, связанных с выпуском антисоветской листовки, и скрываете лиц, по поручению которых Корец внес предложение о выпуске листовки. Требуем от вас полной откровенности.

 

Ответ: Таких людей я не знал. Корец говорил со мной о листовке как о его личной идее, никаких других соучастников этого дела он не называл.

 

Вопрос: Установлено, что поручение выпустить листовку и содержание ее, включая внешне антифашистскую направленность и подпись, были даны Корецу представителем немецкой разведки, агентом которой являлся Корец. Вы об этом не могли не знать.

 

Ответ: Этого я не знал и даже не предполагал. Никогда Корец не только не говорил мне, но и не намекал на возможность какой-то связи с немецкой разведкой. Я согласился с выпуском листовки, руководствуясь контрреволюционными намерениями - организовать всех недовольных в стране для активной борьбы против ВКП(б) и советской власти.

Я признаю, что объективно наша листовка могла быть на руку фашистской Германии, но, повторяю, ни о каком задании со стороны германской разведки Корец мне не говорил.

 

Записано с моих слов правильно и мной прочитано. Л. Ландау

 

Допросил: опер. уполном. 6 отд. 4 отдела - сержант государств. безопасности: (Г. Ефименко)

[luna]

П.Л. Капица - Л.П. Берия 26 апреля 1939 г.

 

Прошу освободить из-под стражи арестованного профессора физики Льва Давидовича ЛАНДАУ под мое личное поручительство.

Ручаюсь перед НКВД в том, что Ландау не будет вести какой-либо контрреволюционной деятельности против Советской власти в моем институте, и я приму все зависящие от меня меры к тому, чтобы он и вне института никакой контрреволюционной работы не вел. В случае, если я замечу со стороны Ландау какие-либо высказывания, направленные во вред Советской власти, то немедленно сообщу об этом органам НКВД.

П. Капица

[luna]

Постановление. Москва, 1939 года апреля 28 дня,

 

Я, начальник 6 Отделения 2 Отдела ГУГБ НКВД СССР, капитан государственной безопасности - Визель, рассмотрев материалы следственного дела N 18747 по обвинению Ландау Льва Давыдовича в преступлениях, предусмотренных ст. ст. 58 - 7, 10 и 11 УК РСФСР, -

На основании изложенного:

Ландау Лев Давыдович, 1908 года рождения, уроженец гор. Баку, до ареста профессор физики, б/п, гр-н СССР, достаточно изобличен в участии в антисоветской группе, вредительской деятельности и попытке выпустить и распространить антисоветскую листовку.

Однако, принимая во внимание, что:

1. Ландау Л.Д. является крупнейшим специалистом в области теоретической физики и в дальнейшем может быть полезен советской науке;

2. академик Капица П. Л. изъявил согласие взять Ландау Л.Д. на поруки;

3. руководствуясь приказанием Народного Комиссара Внутренних Дел Союза ССР, комиссара Государственной Безопасности I ранга тов. Л.П. Берия об освобождении Ландау на поруки академика КАПИЦЫ, -

ПОСТАНОВИЛ:

Арестованного Ландау Л.Д. из-под стражи освободить, следствие в отношении его прекратить и дело сдать в архив.

Начальник 6 отд-ния 2 отдела ГУГБ НКВД СССР

капитан государственной безопасности

Визель

[luna]

Комментарий

 

В этом «деле Ландау» интересно, как одни и те же действия могут расцениваться разными людьми по-разному. Для сержанта государственной безопасности Ландау был безусловный враг Советского Союза, поскольку, вступив в преступную группу евреев-антисоветчиков, не давал заниматься исследованиями и приносить практическую пользу Родине ученым остальных национальностей. И Ландау, припертому фактами и признаниями соучастников, было нечего делать - приходилось признаваться именно в этом, поскольку итог истинного признания был бы тем же, но Ландау, признаваясь в антисоветской деятельности, имел возможность сохранить видимость ученого и тем сохранить себе жизнь.

Между тем, вряд ли кто так любил СССР и Советскую власть, как Ландау. По воспоминаниям его жены, он и не думал переехать на Запад, трезво оценивая, что на Западе он будет нищим. В разгар войны будущий академик Лифшиц, наживший золотишко на спекуляции продуктами питания, уговаривал его бежать из СССР через Иран, но Ландау отказался. В какой еще стране он мог, как сыр в масле, кататься, занимаясь «чистой наукой», т.е. ничего не давая этой стране даже во время войны?

Они-то и русских выталкивали из института не потому, что те были русскими (сподвижник Т.Д. Лысенко И.И. Презент был евреем - сильно ему это помогло?), а потому, что те пытались дать народу СССР то, чего Ландау с подельниками не мог - нужные научные результаты. И пока такие были в науке, болтливая бездеятельность Ландау и его группы бросалась в глаза и ее ничем нельзя было объяснить, кроме как его научной импотенцией. Эти «ученые» давили конкурентов по расходованию средств бюджета СССР, - они требовали, чтобы эти средства шли только им, бездельникам.

Конечно, Ландау не любил Сталина, поскольку тот был слишком умен и поддерживал настоящих ученых, а не теоретических болтунов. Конечно, Ландау хотел, чтобы СССР возглавлял кто-то малограмотный и не понимающий того, что от науки требуется, такой, которому можно «запудрить мозги» разговорами об огромной полезности «чистой», то есть бесплодной, науки. Ландау любил СССР, как вошь любит чистое после бани тело - ей не нужно проталкивать хоботок через грязь, чтобы добраться до кровеносных сосудов.

Но как об этом скажешь сержанту госбезопасности? Вот Ландау и приходилось признаваться в антисоветчине по «идейным» соображениям, надеясь на то, что Капица его из тюрьмы вытащит для исследования «звездного лучеиспускания». Вывернулся. И всю жизнь занимал в науке место того, кто на его месте сделал бы для Родины неизмеримо больше уже тем, что работал бы на Родину, а не просто обжирал ее…

 

Ю.И. Мухин

 

Газета «Дуэль»

[MrMister]

Е. А. Мазур заявила о том, что, как доказала История, для русских, как великой нации, приемлемы лишь две формы правления: Монархия и Коммунизм (централизованный Социализм)

Если бы Е.А, Мазур доказала бы,то это было бы круто. Но тут доказала сама история,да еще и с большой буквы. Если и нашлись бы отчаянные люди,готовые спорить с доказательствами самой Е.А.Мазур,то кто будет спорить с историей(с большой буквы)? Победа очевидна.
Не совсем понятно чего вы тут запостили Луна,это что из газеты Дуэль? Это юмористическая газета?
А что там с Ландау? Мухин физик что ли что он так его разгромил? Чего-то этот Мухин специалист во всех сферах. Как говорят гениальная личность гениальна во всем,да?
И ответы у этого Ландау какие-то странные. Противоположностью материализма он называет буржуазность, хотя это естественно идеализм. А буржуазность может базироваться или сочетаться хоть с идеализмом,хоть с материализмом.

[А. Ю. Экономов]

Если бы Е.А, Мазур доказала бы,то это было бы круто. Но тут доказала сама история,да еще и с большой буквы. Если и нашлись бы отчаянные люди,готовые спорить с доказательствами самой Е.А.Мазур,то кто будет спорить с историей(с большой буквы)? Победа очевидна.
Не совсем понятно чего вы тут запостили Луна,это что из газеты Дуэль? Это юмористическая газета?
А что там с Ландау? Мухин физик что ли что он так его разгромил? Чего-то этот Мухин специалист во всех сферах. Как говорят гениальная личность гениальна во всем,да?
И ответы у этого Ландау какие-то странные. Противоположностью материализма он называет буржуазность, хотя это естественно идеализм. А буржуазность может базироваться или сочетаться хоть с идеализмом,хоть с материализмом.

С Историей спорят люди, бывает что и выигрывают этот спор...

Твой вопрос о "Дуэли" весьма странен - никто не мешает посмотреть, что это за газета. Также непонятно, почему ты спрашиваешь Луну о том откуда текст - обострение дислексии?  Текст из "Дуэли". Так понятно?   +@>

А ответы Ландау... Ну, какие есть в деле, такие  и приведены.

Гений ли Мухин? Конечно гений. Он  полезен для большинства и это факт.  А вот полезность Ландау под большущим вопросом... Где открытия этого нобелевского Лаурета? Нету...