10.05.2007
Александр Рудаков, Александр Собко
АНАРХИЯ ВМЕСТО СТАБИЛЬНОСТИ
Куда ведет Францию «супермен» Саркози?

Тот факт, что Николя Саркози в минувшее воскресенье был избран президентом Франции, никого не удивил. Все французские социологи прочили ему победу, и итоговый результат (53% у Саркози против 47% у Сеголен Руаяль) никого не удивил. Сенсация ждала публику позже.
Как только стали известны окончательные данные, во Франции начались массовые беспорядки, о масштабе которых говорит хотя бы тот факт, что за три прошедших с выборов ночи манифестанты уже сожгли более 700 машин, а только за первую ночь столкновений 78 полицаев получили ранения. Вслед за этим начались студенческие забастовки. Таким образом, история «парижских бунтов» 2005 года, на фоне которых Саркози проявил себя «суперменом» и усмирителем хулиганов из арабских предместий, получает свое продолжение.
Став президентом, Саркози получает новый шанс для самоутверждения – число тех, кого нужно хватать за шиворот и тащить в полицаи участки, не только не убывает, но даже растет. Парадокс ситуации заключается и в том, что выбравшие Саркози французы голосовали за стабильность и порядок, но именно с избранием их фаворита президентом началась новая волна анархии.
Избрание Саркози президентом разбудило множество острейших «спящих» конфликтов внутри французского общества. Если раньше противоречия между теми, кто готов ради безопасности поступиться «свободой», и теми, кто ни при каких обстоятельствах не готов жить в «полицейском государстве», не выходили за грани приличий (чему во многом способствовала центристская позиция уходящего президента Франции Жака Ширака), то сегодня в лице Саркози все молодежные протестные группы (арабы, пацифисты, левые радикалы) получили в лице нового президента идеальный персонифицированный образ врага.
Американофил и друг Буша, полицай каратель, ратующий за новые полномочия силовых структур – именно таким и должен быть президент-тиран, против которого должна быть направлена разрушительная энергия молодежного бунта.
Конфликт расколол надвое и политическую элиту Франции. Саркози – это первый президент за всю историю Пятой Республики, который не скрывает, что Франция должна отказаться от геополитической самостоятельности в обмен на статус привилегированного вассала США, занимающего в западном блоке место ниже, чем Великобритания, но выше, чем Германия. Последнее имеет особое значение, поскольку в комментариях на тему «Внешняя политика президента Саркози» акцент делался в основном на антироссийских заявлениях нового президента (который и в самом деле находится под влиянием патологического русофоба Глюксмана, организовавшего в 2000-м году широкомасштабную акцию поддержки Масхадова и Басаева).
Куда менее известны высказывания Саркози в адрес Германии, которой он как бы предлагает продолжать раскаиваться за преступления, совершенные в годы Второй мировой войны. Если исходить из того, что восхождение Саркози на французский политический олимп – не просто случайность, а результат целенаправленной работы неких влиятельных сил как в самой Франции, так и за ее пределами, то стоит предположить: их главной целью является ослабление и изоляция именно Германии.
С избранием Саркози Германия оказалась «обложенной» как с Востока (Польша под руководством Качиньских и Чехия во главе с премьером Тополянеком, жаждущим разместить на своей территории базы ПРО), так и с Запада (Франция во главе с Саркози). Вместе с тем, антигерманская и антироссийская позиция Саркози – по крайней мере, в ближайшее время, будет без всякого энтузиазма воспринята значительной частью французского чиновничества и дипкорпуса, выросшего на идеях голлизма. Саркози оказался первым, кто публично отрекся от наследия де Голля, провозгласившего пан-европейский курс Франции и выставившего из Парижа штаб-квартиру НАТО. Это, естественно, не прибавит новому президенту популярности в кругах французской бюрократии, представляющей собой серьезную силу в стране.
Напряжение внутри французской политической элиты было особенно заметно между первым и вторым турами выборов. Францию, да и всю Европу, привыкшую к выборному процессу в рамках определенных, хотя и негласных, моральных и этических правил игры, шокировало беспрецедентное количество оскорблений и резких выражений, высказанных участниками предвыборного процесса друг другу. Соперничать с выборами во Франции могли бы разве что прошлогодние парламентские выборы в Италии, где помимо не менее резких взаимных оскорблений в ход пошли и более серьезные аргументы – на одного из лидеров, тогдашнего премьера Италии Сильвио Берлускони было заведено уголовное дело, обвинения по которому были сняты всего несколько дней назад.