Все это частности. Владимир Мещеряков дал общий вывод:
"Сталин и заговорщики 1941 г. Поиск истины"
http://www.izstali.com/statii/83-zagovor.html
Попытки обелить Сталина и партию предпринимаются уже давно. Это выгодно власти.
Ключ к пониманию того, почему одного "реабилитируют", других нет, заключается в следующем.
Раз навсегда партией установлен принцип, что она никогда не ошибается, что она всегда права. От этого принципа она никогда не отступается, и вся ее официальная история покоится на этом принципе. Возьмем случай с видным и способным крупным деятелем партии, например, Бухариным. Положим, в важные переломные моменты партийной истории он выступал с правильными и толковыми предупреждениями. Партийными съездами, конференциями и пленумами ЦК его мнения были "осуждены". То есть, другими словами, сборище трепещущих перед Сталиным его слуг по его указке принимало продиктованные им решения. Эти решения и есть решения съездов и конференций. Если бы Сталину было благоугодно продиктовать решения прямо противоположные, послушное сборище "с энтузиазмом" и "нескончаемыми овациями" проголосовало бы за эти противоположные решения. То есть по существу то, что это решения съездов и конференций - это чистая фикция. И вожди партии, и партийные историки это прекрасно знают. Но в числе разнообразных и многосторонних видов лжи, на которой построена и живет коммунистическая партия, это играет свою служебную роль. Его задача - подтверждать принцип, что партия всегда права и никогда не ошибается. Нужды нет, что это была не партия, а сборище трусливых и терроризированных холуев, которые подымали руки по сталинской указке. Для соблюдения лживого принципа - это непогрешимое решение партии. А мнения Бухарина были против. Значит "анафема", и навсегда Бухарин останется в партийной истории врагом. Почитайте ее. Вам будут все время объяснять, что Бухарин неправ, всегда ошибался, всегда выступал против партии и т.д. Конечно, прошли сталинские времена, когда это принимало формы совершенно нелепые, когда всякие эйзенштейны второго сорта, чтобы угодить Сталину, стряпали "исторические" фильмы, в которых гениальный и мудрый Сталин величаво шагает по страницам истории, а маленький гнусный предатель Бухарин бегает за ним и кому-то в сторону предательски нашептывает: "Только на кулака надо ставить; иначе мы погибли..." и т. д. в этом же роде. Теперь стиль другой, но "реабилитация" Бухарина, то есть признание, что его густо облепили подлой партийной ложью, по-прежнему невозможна.
По этим же причинам невозможна "реабилитация" всякого видного партийца, против которого в сталинские времена принимались резолюции партийными инстанциями.
Наоборот, возьмем случай с Тухачевским, Блюхером, Егоровым. Это были военные, стоящие вдалеке от партийной жизни, никакой роли в ней не игравшие и в нее не вмешивающиеся. Сталин счел за благо их расстрелять: они были объявлены какими-нибудь немецкими, японскими или иными шпионами, как Троцкий. Но партийные съезды и конференции их ни в каких уклонах не обвиняли. И когда пришла пора признать, что товарищ Сталин в "культе личности" зашел уж очень далеко, ничто не мешает Тухачевского и Блюхера "реабилитировать". Была какая-то ошибка (сталинская, или ежовская, или еще какая-то иная), но ошибка какого-то человека или органа, но не партии. Значит, можно дело пересмотреть, признать, что кто-то ошибся (лучше, если мелкая сошка), но это ничуть не наносит ущерба основному принципу, что партия всегда права.
Вот поэтому ряд партийцев, не принимавших видного участия в признанных оппозициях, могут быть реабилитированы, но реабилитировать других, как Троцкого или Зиновьева, совершенно невозможно. И будет создатель Красной Армии или первый председатель Коминтерна продолжать числиться в иностранных шпионах и врагах коммунизма.
(А вдруг это изменится, и в один прекрасный день о них можно будет в партии говорить и писать правду: тогда сможете иметь все основания считать, что эта партия уже не коммунистическая).
Бажанов Б. Воспоминания бывшего секретаря Сталина. Книгоиздательство "Всемирное слово", Ленинград, 1992. (с)
"Третья Волна", Париж, 1980. Глава 11.
Голосование
