Каббала власти

[Сергей Баландин]

Джеймс Джойс в «Улиссе» красноречиво выражает свое отношение к кровавой риторике борьбы за освобождение Ирландии: его Блум пукает у надгробья ирландского борца за свободу. Мой дедушка, мои дядья и тетки погибли во Второй Мировой: но, клянусь их памятью, если бы я верил, что чувство вины за Холокост привело к гибели хоть одного палестинского ребенка – публично помочился бы на мемориал Шоа.
Шаткость культа Холокоста и одновременно легкость, с которой он засасывает в себя миллиарды долларов, доказывают, что за ним стоит реальная сила. Сила темная, невидимая, неназываемая – но реальная. Эта сила не происходит из Холокоста – напротив, культ Холокоста является демонстрацией ее мускулов.
В новой религиозности США, называемой иногда «иудео-христианством», Холокост затмил Страсти Христовы, а образование государства Израиль – Воскресение. Евреи занимают центральное место в американском общественном дискурсе.
Вот почему все усилия ревизионистов обречены. Люди, навязывающие миру культ Холокоста, способны навязать миру что угодно – ведь общественный дискурс в их руках. Культ Холокоста – лишь немногое из того, на что они способны. И откровения доктора Финкельштейна вызовут у них только усмешку, обнажающую клыки.
– Августин Блаженный в свое время писал: «Пусть не будет для нас религией и почитание умерших людей; потому что, если они жили благочестиво, то не следует о них думать так, чтобы они искали подобных почестей; напротив, они хотят, чтобы мы чтили Того, Кем просвещаемые, они радуются, если и мы делаемся участниками их заслуг. Отсюда, их чтить должно ради религии. Если же они жили дурно, то и не заслуживают почтения, где бы они не были» (Об истинной религии). Но люди до сих пор не понимают, что делать из смерти культ грех, более того, они сделали этот культ доходным бизнесом.

[Добрыня Никитич]

Число жертв страшного еврейского погрома, устроенного казаками Хмельницкого в 1648 году, которое обычно оценивается в 500 000 человек, современный еврейский исследователь Джонатан Израэл снижает в десять раз (European Jewry, Jonathan Israel, Oxford, 1985). Кроме того, он отрицает, что имело место истребление евреев: шла гражданская война, и евреи страдали в ней не больше и не меньше других участников – украинцев и поляков.
– Я скажу больше: если сравнивать все религиозные войны в Европе по количеству жертв, то на удивление получится, что евреи пострадали в них меньше всех (евреев всегда отличали только по вере). Язычников христиане истребили полностью, всех еретиков – тоже, Реформация в Германии унесла две трети человеческих жизней немцев, но евреи как-то в этом всеобщем уничтожении обходились стороной.

Эй, наблюдатель, не дремли,
Заметь в углу жидовью кошку -
Во всех трагедиях Земли
Евреи гибнут понарошку.

[Сергей Баландин]

Следующая по оглавлению статья (лекция) также не опубликована в сети и заслуживает нашего рассмотрения:

Очарованный принц

Лекция, прочитанная в Стэнфордском университете, Калифорния, и в Американском университете, Каир. Предлагает политически корректный путь обсуждения еврейской власти и ее возможных последствий для США

– Что он в ней нашел? – ревниво шепчут завистницы. – Почему осыпает ее дарами? Что есть в ней такого, чего нет у нас?
Она стоит ему огромных денег, времени и сил; она рассорила его со старыми товарищами. А ведь имя этой стервы давно сделалось синонимом обмана и всяких грязных трюков! Но он, прежде неизменно скупой и прижимистый, осыпает ее щедрыми подарками, выполняет любое ее желание, низвергает ее врагов, заставляет умолкнуть критиков. Что же за секрет помог Дочери Сиона приворожить Дядю Сэма?
Эти вопросы дразнят наш ум и заставляют искать разгадку величайшей аномалии нашего века. Подобно поискам истоков Нила в прошлом столетии, разгадка этой тайны требует от нас не только детективных талантов Шерлока Холмса, но и способности с презрением к смерти, свойственным белому охотнику, смотреть в глаза львам.
– Да, но разве только Дядю Сэма очаровала блудливая Дочь Сиона? На протяжении всей истории еврейства, начиная от фараонов, повторялся один и тот же сценарий: евреи находили себе покровительство у самых могущественных властителей гойского мира. Функция еврея – это всегда быть «евреем королей».

[Сергей Баландин]

Наиболее популярное в наше время объяснение туманно ссылается на некие «стратегические интересы американских корпораций»; иногда поясняется, что речь идет о желании оружейных компаний США продавать свой товар арабам. Другие полагают, что «Америке необходима своя база» или, как иногда выражаются, «полицай» в неспокойном ближневосточном регионе. Идеалисты верят в «чувство вины американцев», якобы вызванное тенью Холокоста, или указывают на «психологическое сходство». Еще одно распространенное объяснение связано с нефтью. Арабская нефть должна находиться под контролем США – и кто выполнит эту задачу лучше свирепых хасидов?
Впрочем, у нынешних политических мыслителей принято нефтью объяснять все – будь то война в Афганистане, ожидаемое нападение США на Ирак, напряжение между Индией и Пакистаном или беспорядки в Палестине. Такие люди напоминают мне древнегреческих философов, полагавших, что все сущее в мире образовалось из одного-единственного элемента.

       Фалес сказал: основа всех вещей – вода.
       Анаксимен сказал: основа всех вещей – воздух.
       Гераклит сказал: все есть огонь.

«Дело – в трубе!» – восклицает хор экспертов всякий раз, когда заходит речь о причинах политики США на Ближнем Востоке.
Звучит убедительно, пока нам не вспомнится шутка Афифа Сафийе, остроумного представителя Палестинской автономии в Лондоне: «Да, в Палестине много масла (По-английски «нефть» и «масло» обозначаются одним словом (прим. пер.)) – оливкового».
– Ну допустим, кому-то сделки с еврейством приносят выгоду, ну так что с того? Это удовлетворительная причина для оправдания беззакония? Ну а если кому-то выгодной покажется сделка с Коза Нострой? Давайте уж тогда и мафию легализуем ради «прибыли интересной».

[Сергей Баландин]

Чтобы разгадать секрет темных чар Дочери Сиона, стоит вспомнить, что Дядя Сэм – не первый, кого обольстила эта решительная девица. Предшественниками Буша были в 1917-1922 гг. – Британская империя, а в 1945-1949 гг. – Советский Союз. Об этих романах мы имеем полное представление: все документы давно опубликованы и изучены виднейшими историками, так что нам остается лишь подвести итог их трудов – и тогда мы поймем, «что они в ней нашли».
– Романы эти отнюдь не первые, да и Дщерь Сионова уже не одну тысячу лет до них как не девочка.

[Сергей Баландин]

Первым «очарованным принцем» стал Секретарь иностранных дел Великобритании лорд Балфур: поддавшись медовому голосу нашей красотки, он пообещал ей превратить Палестину в страну евреев. Презрев обещания, ранее данные арабам, Британия оккупировала Палестину, навязала стране еврейское правительство, истребила или изгнала неподчинившихся палестинских лидеров, разрушила палестинскую экономику, а для взаимодействия с местным населением начала тренировать будущую Армию Обороны Израиля. Взамен англичане получили очень немногое. Палестина дорого им стоила и создавала множество проблем. Гордый Альбион сделался на Ближнем Востоке объектом всеобщей неприязни. Британских солдат и офицеров убивали как палестинцы, так и сионисты, которых оказалось не так-то легко ублаготворить.
Традиционные объяснения странного поведения британцев – те же, какими сейчас объясняется поддержка Израиля со стороны США. Упоминаются «империализм», «нефть», «стратегическая ценность», «разделять и править» и прочие банальности (не считая «чувства вины» и Холокоста, поскольку дело происходило еще до Гитлера). Однако полное «собрание официальных документов, записок и писем представителей власти в Великобритании и в Палестине» за 1917-1922 год содержит всего одно упоминание об экономической ценности Палестины; по утверждению британских политиков того времени, «никакой стратегической ценностью Палестина не обладает» (Palestine Papers, Seeds of Conflict, составление и аннотация: Doreen Ingrams, John Murray: London, 1972, стр. 77). Что же до «нефти» – о ней в документах и помину нет.
– Ну говорить серьезно о «палестинской экономике» до британского мандата трудновато. До англичан Палестина была провинцией (колонией) Оттоманской империи с типично колониальной экономикой, когда почти все производство, ресурсы и земля находятся в иностранном владении.

[Сергей Баландин]

В приватных беседах за закрытыми дверьми Уайтхолла не найти и следов империалистического желания разделять и править. Напротив, британские лидеры «ожидали от сионистов больших неприятностей» (генерал Алленби). Лорд Сесил выразился вполне определенно: «Ничего мы [т.е. англичане] от этого [владения Палестиной] не получим». Британцам не нужна была Палестина; они бы с удовольствием от нее избавились – но не решались. Собрание документов по Палестинскому вопросу ясно показывает: в бурном романе между Британской империей и сионистами ни «империализм», ни «нефть» ровно ничего не объясняют.
Иное решение этого вопроса предлагает израильский автор Том Сегев в своей содержательной книге «Палестина, одна, полный комплект». Эту книгу, вышедшую в Англии в прошлом году, еврейские ученые мужи Америки объявили «глубокомысленным исследованием» (Jewish Week), «потрясающей» (Hadassa Magazaine), «кладезем информации» (Hewston Jewish Herald), а Рон Гроссман из Chicago Tribune, большой почитатель Шарона, назвал ее «великолепным... поистине блестящим рассказом об этом периоде».
Сегев не церемонится с ответом. В самом начале книги он отвергает нефтяные объяснения и заявляет прямо: Англия захватила Палестину, поскольку ее правители «верили в силу мирового еврейства (Tom Segev, One Palestine, Complete, Henry Holt: New York, 2001, стр. 36) и его способность влиять на ход событий как в самой Англии, так и в объятой революцией России. Британское правительство пришло к выводу: стоит захватить Палестину, подавить сопротивление местных жителей и передать ее сионистам, если это поможет Англии завоевать расположение мирового еврейства».
Премьер-министр Ллойд-Джордж «страшился евреев»: в мемуарах он объяснял свое историческое решение поддержать сионистов необходимостью немедленно заключить союз, «контракт с еврейством», «влиятельнейшей силой, благосклонность которой дорого стоит», чтобы выиграть войну.
Исход войны определяли евреи. Они могли повлиять на США, побудив их активнее вмешиваться в военные действия; они же, стоя за революционной властью в России, определяли ее отношение к Германии. Они предлагали за свои услуги наивысшую цену, и, если бы англичане не поторопились, их перекупили бы немцы.
 Проницательный Ллойд-Джордж основывал свои заключения на единодушных донесениях британских послов. «Влияние евреев очень велико, – отмечал его человек в Вашингтоне. – Они хорошо организованы: в прессе, в финансовом мире и в политике их влияние особенно весомо». Посол в Турции сообщал, что Ататюрк добился успеха благодаря связям с международными еврейскими кругами. Заместитель Секретаря иностранных дел лорд Сесил подвел итоги так: «С интернациональной властью евреев нелегко справиться». Королевский Институт Иностранных Дел утверждал, что «для того, чтобы выиграть войну, необходимо заручиться поддержкой евреев».
– Любому должно быть ясно, что «влияние евреев» или еще какой ОПГ не может быть для государственного деятеля оправдательной причиной предавать интересы своей страны и своего народа. По-моему, логика здесь весьма простая: если тот или иной чиновник не может объяснить свое решение государственным интересом, то за этим скрывается интерес личный: он получил взятку.

[Сергей Баландин]

Представление о едином и влиятельном еврействе, пишет далее Сегев, полностью разделяли и сами евреи. Министр почт Герберт Сэмюэл, еврей и сионист, в 1915 году предложил отдать евреям Палестину, чтобы «миллионы евреев, рассеянных по всему свету, в том числе два миллиона в США, показали свою благодарность всем последующим поколениям англичан». (До начала сионистского антибританского террора оставалось меньше двух десятилетий.) С характерным для британцев преуменьшением Сэмюэл писал: «Не может быть, чтобы благорасположение всей еврейской расы вовсе ничего не стоило и не значило». Лидер сионистов Хаим Вейцманн, пишет Сегев, «сделал все, чтобы укрепить и усилить это впечатление». Он «призвал себе на помощь миф о еврейском могуществе» и «укреплял предрассудок британцев, заставляющий их за любым значительным событием видеть руку евреев». Однако бритты не поддавались до 1917 года, когда ситуация на фронтах стала отчаянной. Русский фронт рухнул под влиянием большевиков, и немцы начали перебрасывать войска на Западный фронт. Тогда-то Британия и решила заключить сделку с евреями, чтобы они втянули США в войну в Европе.
– Интересно, что когда кто-нибудь из антисемитов не за любым, а хотя бы каким-нибудь одним событием видит руку евреев, все дружно его объявляют «сумасшедшим», мол, нет и не бывает никаких «еврейских рук», однако для самих евреев, как мы видим, намеки на «еврейские руки» вполне естественны. Более того, из еврейских уст нередко услышишь почти дословно и весь текст «Протоколов сионских мудрецов», и ничего, все «нормально». Воистину, важно не что утверждается, а кем утверждается.

[Сергей Баландин]

Том Сегев не открыл Америки, однако ввел весьма полезное риторическое орудие – так называемое «впечатление». Он не говорит прямо: «Евреи обладали такой властью, что ради союза с ними Британия захватила Палестину, пожертвовав жизнями миллионов палестинцев и тысяч британских солдат». Нет, израильский автор использует формулу, против которой не возразит самый строгий блюститель политической корректности: не «власть евреев», но «впечатление, что евреи обладают властью». Движущим фактором стала «вера во власть евреев» – то есть нечто вроде «веры в ведьмовство». Изобретение Тома Сегева позволяет нам спокойно продолжать свое исследование, оставив до лучших времен опасные размышления о соотношении «впечатления» и действительности.
Впечатление – почти то же, что реальность, говорит Марк Твен в своем рассказе «Банковый билет в миллион фунтов стерлингов». Герой этого рассказа казался окружающим миллионером, хотя на счету у него не было ни пенни – и на основе этого впечатления сумел и в самом деле разжиться несколькими миллионами.
В рецензии на книгу Сегева в «Нью-Йорк Таймс» отмечается, что Балфур и другие британцы, поддерживавшие сионистов, «действовали из антисемитских побуждений». Интересное определение: даже рьяные сионисты-христиане, безоговорочно поддерживавшие Израильское государство, оказываются «антисемитами», если верят во власть евреев. Перед Второй Мировой войной антисемитом считался только тот, кто рассматривал могущество евреев как явление отрицательное. После войны, чтобы тебя не обвинили в антисемитизме, лучше всего вовсе не замечать, что на свете существуют евреи. Вот почему открытый разговор о том, каково реальное влияние евреев в мире, неизбежно будет нелегким: это влияние чрезвычайно трудно измерить и доказать, и ни одна газета, ни одна телепередача Западного мира не посмеет отправиться в плавание по этим гиблым водам.
– Тот, кто рассматривает могущество евреев как явление положительное, тоже, по сути, антисемит, ибо его «филосемитизм» состоит в определенном «интересе» в сделке с евреями. Статус гоя – это всегда статус зависимости от еврейства. Для кого-то эта зависимость более выгодна, для кого-то менее (эти разные степени зависимости дали нам основу для классификации гоев: http://www.balandin.net/Jewish/Jew3.htm ). Поэтому и говорят, что у Израиля нет друзей, могут быть только подельники по интересам. Но поскольку все хотят свободы, власти, а не подчинения и зависимости, постольку любой еврейский подельник, в каких бы выгодных отношениях с евреями он не находился, он всегда антисемит, пусть и латентный, ибо рано или поздно его латентный антисемитизм становится активным, особенно тогда, когда сделка с еврейством расстраивается или приходит «фараон, который не знал Иосифа».

[Сергей Баландин]

Далее Сегев подстраховывается, приписывая англичанам дурацкую веру в то, что «евреи правят миром» (Стр. 33). Ни один умственно здоровый человек, от Ллойд-Джорджа до Гитлера включительно, никогда в это не верил. Мир слишком велик и слишком сложен, чтобы кто-то им «правил» (хотя конечно, на него можно влиять). Но апологеты еврейства вечно приписывают своим оппонентам это убеждение, торжественно его опровергают и на этом закрывают обсуждение. Мы не станем поддаваться на их удочку и пока оставим вопрос открытым.
– Апологеты еврейства всегда спорят с некими «виртуальными антисемитами» и приписываемыми им убеждениями.

[Сергей Баландин]

Сегев не объясняет, почему суровые британские политики и чиновники пали жертвами столь странной иллюзии, отчего они приписывали «огромное влияние» евреям, а не колдунам из Западной Африки или китайским мастерам Дао. Но этот пробел заполняет пространное сочинение профессора Калифорнийского университета Альфреда С. Линдеманна «Слезы Исава», опубликованное «Кембридж Юниверсити Пресс» (Cambridge University Press, 1997).
Линдеманн рассказывает, как во время русско-японской войны 1905 года американский финансист Джейкоб Х. Шифф блокировал попытки русских получить на международных биржах кредиты, которые дали бы им возможность финансировать войну, и обеспечил финансовую помощь Японии, что повлекло за собой унизительное поражение России. Впоследствии Шифф хвалился, что «международное еврейство все-таки кое-чего стоит» (Стр. 302). Саймон Вулф, еще один видный американский еврей, доверенное лицо нескольких президентов, поучал русских:
Евреи контролируют большую часть мира. Нет смысла скрывать, что в США евреи оказывают большое влияние на формирование общественного мнения и на финансовые дела... их влияние могущественно и вездесуще.
В 1905 году, после русско-японской войны, такая похвальба считалась нормальной и уместной. Уинстон Черчилль и Теодор Герцль твердо верили, что еврейство всего мира обладает огромным влиянием в международных отношениях. «Они не ошибались, – заключает профессор Линдеманн, – в том, что еврейство представляло собой силу, и сила эта все росла, прежде всего потому, что росло могущество страны, в которой евреи обладали наибольшим влиянием – США».
Линдеманн указывает: за Декларацией Балфура стоял страх Балфура и президента США Вильсона перед тем, что такую декларацию объявят немцы – и тем перекупят евреев, что гарантирует англо-американским силам поражение в войне (Стр. 417). Вот почему англичане так спешили и не жалели никаких средств в борьбе за драгоценное еврейское влияние.
– Вот вам и причина т.н. «холокоста»: немцы проиграли тендер на сделку с еврейством!

[Сергей Баландин]

Мы не стремимся решать или даже обсуждать вопрос о том, в самом ли деле евреи выполнили свои обещания, и могли ли они это сделать, и даже – существовали ли такие евреи. Достаточно сказать, что Америка в самом деле бросила на поле битвы свежие силы, усталая германская армия была разбита, и Версальский договор решил судьбу Германии – и Палестины. Союз евреев с врагами Германии – или, по крайней мере, впечатление такого союза – разрушило традиционные добрососедские отношения между немцами и немецкими евреями. Рядовые евреи, рядовые немцы и рядовые палестинцы принуждены были страшной ценой заплатить за амбиции американской еврейской верхушки.
После войны британцы не осмелились обмануть евреев, снова опасаясь еврейского дезертирства, на сей раз – в отношениях с Россией. Глава британской военной разведки генерал Макдонаф предупреждал высшие круги империи:
В Палестине наиболее важно не ее топографическое расположение по отношению к Сирии или что-либо иное, а тот интерес, который она представляет для евреев всего мира. Сионисты говорят мне: если еврейский народ не получит то, чего просит в Палестине, мы всех евреев превратим в большевиков и убедим поддерживать большевиков во всех странах так же, как это случилось в России. (PRO.CAB. 27/24, цит. по: Palestine Papers)
– Можно подумать, большевики, даже евреи, были когда-нибудь сионистами! +@>

[Сергей Баландин]

Совсем недавно израильские правые политики, а именно Шарон, Либерман и Нетаньяху, в который раз заявили, что, если еврейский народ не получит то, к чему стремится в Палестине, евреи отдадут свою поддержку президенту России Путину. Несколько поездок израильских министров в Россию заставили американскую верхушку поддержать Израиль, хотя «союз с Россией» был пустой угрозой. Сейчас, в первый раз за несколько столетий, евреи утратили свое привычное положение «третьей силы». Путинская Россия слишком слаба, чтобы угрожать Америке; левые радикалы еще слабее, к тому же среди них нет заметных еврейских фигур; европейские евреи так и не оправились после Второй Мировой войны. Израилю очень повезло (впрочем, возможно, это не простое везение), что Соединенными Штатами сейчас правит простофиля Буш, а не человек вроде президента Никсона или лорда Керзона, человека, сказавшего в марте 1920 года:
«Сионисты мечтают о еврейском государстве, в котором арабы будут рубить дрова и носить воду. Я не разделяю это желание. Мне нужно, чтобы у арабов был свой шанс, а еврейское государство мне не нужно» (C20/3, цит. по: Palestine Papers).
Но Никсон подвергся импичменту благодаря усилием еврейской Washington Post, а лорд Керзон погиб при странных обстоятельствах.
Как он и предсказывал, от сделки с евреями Британская империя выиграла очень немного. Победа над Германией в 1918 году стала для Великобритании пирровой: она ускорила закат империи. Многие политики замечали, что в 1915-1917 годах вместо того, чтобы молить о помощи сионистов и стремиться к победе, разумнее было бы заключить с Германией мир.
– По-моему, не Россия заинтересована в израильской поддержке, но наоборот, Израиль в Российской. Шарон, Либерман и Нетаньяху ездили как раз для того, чтобы заручиться израильской поддержкой, умолить Путина не продавать Ирану военную технику и технологии. А вот в чем Израиль Россию поддержал – это еще вопрос.

[Сергей Баландин]

Британское правление в Палестине не принесло Англии ни влияния, ни выгоды, ни стратегических достижений. Оно даже не гарантировало англичанам поддержку евреев, не говоря уж о их благодарности. Организованный еврейский мейнстрим поддерживал США, евреи-коммунисты – Россию, а еврейское правое крыло с надеждой смотрело на Муссолини и Гитлера. Сионистские военизированные организации «Хагана», «Иргун» и «банда Штерна» унижали, терроризировали и убивали британских солдат, чиновников и политиков. Очень скоро англичане начали понимать, что напрасно заключили эту сделку. Они узнали – как многие другие до них и после них, в том числе Ясер Арафат – что трудно есть из одной миски с дьяволом, не имея очень-очень длинной ложки.
– Ну у англичан тоже была достаточно длинная ложка, англичане, например, запретили иммиграцию евреев в Палестину и дали тем самым Гитлеру с ними расправиться. «Любовники» еще те! Хотя ходит миф, будто бы в Англии нет антисемитизма...  

[Сергей Баландин]

Роман между английским очарованным принцем и Дочерью Сиона завершился, однако она не осталась в одиночестве. Место британского джентльмена занял Иосиф Сталин. В 1945-1949 гг. Советский Союз активно поддерживал новорожденное еврейское государство. Россия голосовала за раздел Палестины, Россия первой признала Израиль, Россия (через свой сателлит – Чехословакию) была основным поставщиком оружия армии сионистов, в то время как Запад настаивал на блокаде палестинской стороны. Однако со временем русский поклонник, как и его английский предшественник, покинул бедную девушку и занял в конфликте сторону палестинцев. Этот странный зигзаг российской политики занимает государственных мужей и ученых, однако их объяснения предсказуемы: «Сталин хотел укрепиться на Ближнем Востоке»; «СССР верил в прокоммунистические симпатии палестинских евреев»; «Русские стремились подорвать британский империализм». Как обычно, во всем оказываются виноваты «нефть», «экспансионизм» и «империализм».
Все эти объяснения выглядят вполне правдоподобно. Нам, израильтянам, приятнее всего то, что связывает русских с израильскими «левыми». В 1948 году бойцы «Пальмаха» подражали Красной армии и пели русские песни: многие из них происходили из семей русских или польских коммунистов. Геополитики предпочитают думать, что русские стремились приобрести порты в Средиземноморье, а политологи утверждают, что между русским медведем и британским львом шла борьба за влияние на Ближнем Востоке.
Мы так и не узнали бы правды, если бы в прошлом году Министерства иностранных дел Москвы и Тель-Авива не опубликовали два тяжелых (я держал их в руках) тома документов, относящихся к этому периоду. В них содержится тайная конфиденциальная переписка Сталина, проливающая свет на Историю Второго Любовника.
«Да, наша поддержка сионистского государства идет полностью вразрез с традиционной советской политикой поддержки антиколониальных и антиимпериалистических движений. Да, это решение отравит наши отношения с арабским миром. Да, оно поработит исконных жителей Палестины. Но оно привлечет на нашу сторону американских евреев, а американские евреи преподнесут нам США». Вот как рассуждал Сталин и его люди.
– Сейчас все сильны «задним умом», но кто тогда знал, как поведет себя Израиль? Почитайте Декларацию Независимости, и вы нигде не увидите утверждение того еврейского превосходства и подавления других народов: «Оно осуществит полное общественное и политическое равноправие всех своих граждан без различия религии, расы или пола. Оно обеспечит свободу вероисповедания и совести, право пользования родным языком, право образования и культуры. Оно будет охранять святые места всех религий и будет верно принципам Хартии ООН» – что плохого в этих словах!

[Сергей Баландин]

В те годы сильнейшие симпатии американских евреев к СССР, которых не случайно так опасался сенатор Маккарти, привели к процессу Розенбергов. Как и британцы до него, Сталин не интересовался Палестиной. Британскую империю он не считал серьезным врагом – после двух мировых войн Англия лежала в руинах. Не интересовала его и нефть. Как и британцы, он мечтал о договоре с евреями: дать им то, чего они хотят, и получить взамен их поддержку.
Однако через некоторое время он понял свою ошибку. Израильский лидер Давид Бен-Гурион развеял иллюзии своих московских друзей, ясно дав понять, что первейшим и важнейшим другом и хозяином Израиля остается американская еврейская верхушка.
Когда в Москву приехала Голда Меир, первый посол государства Израиль, Сталин стал свидетелем невероятного всплеска еврейской солидарности. Еврейские жены кремлевских комиссаров, начиная с милостивой государыни Молотовой и кончая женами мелких чиновников, встречали ее со слезами, словно потерянную и обретенную сестру. Евреи в России занимали слишком много важных постов, и тысячи их заполнили улицы перед израильским посольством. Сталин надеялся, что поддержка Израиля поможет ему пленить умы американских евреев; однако вместо того, чтобы ввести пятую колонну в Нью-Йорк, он позволил американцам (через их союзников-израильтян) ввести пятую колонну в Москву. Сталин недооценил власть Израиля над умами евреев – и едва успел отступить, когда под его ногами разверзлась пропасть.
– Все-таки отношения Сталина с американскими и даже израильскими евреями были намного лучше, нежели с евреями советскими. С засильем последних он быстро справился и при этом сумел остаться кумиром для многих евреев за рубежом. В израильских кибуцах долго еще висели портреты Сталина. Поэтому я бы не сказал, что в данной политике Стали что-то там «недооценил».

[Сергей Баландин]

Предыдущие двое партнеров еврейского государства поддерживали его, потому что надеялись заручиться дружбой американских евреев как ключом к победе. Они верили: дав евреям то, чего они хотят (Палестину), и сами они получат то, чего хотят (Америку). Была ли это реальность или только их «впечатление» – результат был один. В классическом английском рассказе «Обезьянья лапа» волшебный предмет выполняет все желания его владельца, однако такими ужасными способами, что несчастный горько об этом жалеет. Так же действуют и союзы с евреями. Союзник евреев получает то, что хочет – победу в войне или симпатии американских евреев – однако ему остается об этом только пожалеть.
И все же среди мировой элиты до сих пор сильна вера в еврейское могущество. Вот почему многие страны направляют в Тель-Авив лучших и опытнейших послов, как правило, перед тем или после того, как послать их в Вашингтон. Вот почему всякая страна, желающая чего-то добиться от Вашингтона, отправляет своего эмиссара в Тель-Авив. Предполагается, что израильтяне передадут просьбу нужным людям в США – и, как правило, так и происходит.
Чрезвычайно распространена эта вера и в самих США. Американские политики поддерживают Израиль, потому что рассуждают так же, как Ллойд-Джордж и Герцль. Но уважают они и условия, выдвинутые наследниками Джейкоба Шиффа, и потому никогда, никогда не произносят вслух ужасных слов: «еврейское могущество». В мире, свободном от табу, новому Генри Миллеру придется шокировать читателей не сексуальными сценами, а рассуждениями о евреях и их невидимой власти.
Неужели все это – только «впечатление»? Быть может. Но традиционная американская элита платит за него вполне реальную – и очень высокую – цену: уже в третий раз за столетие американцы отправляют своих сыновей на войну за чужие интересы, и положение их в мировой политике ощутимо колеблется. Это «впечатление» обескровливает Ирак и Палестину, накачивает деньгами Израиль, создает искажения и умолчания в публичном дискурсе. Не случайно Марк Твен заметил: впечатление порой не слишком отличается от реальности.
– Да, рядовые американцы гибнут за чужие интересы, но эти интересы не только еврейские, и далеко также не интересы всех евреев, как и не всех американцев. Это интересы империалистических элит, состоящих, как из евреев, так и из гоев, но имеющих между собой общие антинародные интересы.

[Кисмет]

Спасибо.Очень интересно. И очень...то ли страшно,то ли грустно. Скорее,и так и так. Не остаётся добрых надежд.На мир,покой и справедливость.

[Сергей Баландин]

Следующая по оглавлению статья «Девы и воины» также была написана в оригинале на английском: «Maidens and Warriors» http://www.israelshamir.net/English/maidens.htm , но ее русский перевод до сих пор не публиковался в сети, порэтому нам стоит ее прочитать и разобрать. Статья замечательна тем, что показывает подлинное отношение настоящего христианина Адама Шамира к иноверцам, попавшим в беду, пострадавшим от разбойников, как то описано в Иисусовой притче о Добром Самаритянине (Лк. 10:29-37).

Девы и воины

Это апология ислама и мусульман, вызванная чувством стыда перед ними. Я живу в Дар аль-Ислам, исламском Мире, и каждый день ощущаю его чудесную человечность и терпимость

[Сергей Баландин]

В наши дни быть мусульманином на Западе, или даже быть принятым за такового, – небольшое удовольствие. Я прочувствовал это на собственной шкуре, когда летал в США. Увидев перед собой мужчину средиземноморской внешности с большими усами, американский таможенник спросил меня, часто ли я читаю Коран. Кусок обертки от жевательной резинки с забавными полосками таможенник принял за инструкцию для молитвы на борту самолета, с последующим кличем «Аллах акбар!» и нападением на экипаж.
– Вы задумали что-то недоброе, – заключил он. Я растерялся. Наши палестинские братья и мы, израильтяне, внешне очень похожи; меня часто принимают за палестинца, но я не ожидал, что служба иммиграции США начнет подражать израильским пограничникам.
Может, стоило сказать прямо: «Я не мусульманин»? Но это нечестно. В оккупированной Дании в 1940 году немцы приказали евреям носить желтую звезду Давида, и, согласно легенде, король Дании тоже носил такую звезду в знак солидарности со своими подданными-евреями. Мог ли я провалить эту проверку на общую человечность и заявить о своем немусульманском, кошерном происхождении? Тогда бы я чувствовал, что принес мусульман в жертву. И я решил пойти на компромисс:
– Я не часто читаю Коран.
Таможенник, некий Гомес, крупный смуглый мужчина, не сдавался.
– Но ведь читаете?
Я предпринял вторую попытку:
– Иногда.
Этот трусливый ответ стал началом моей гибели. Меня обыскали и словесно оскорбили; весь мой багаж был тщательно проверен и перепроверен.
Личное оскорбление ничего не значит. В книге «Война и Мир» Толстого французский солдат на улицах оккупированной Москвы в 1812 году остановил русского аристократа Пьера Безухова. «Этот солдат не пустил мою бессмертную душу», – подумал Безухов и засмеялся. Святой Франциск Ассизский обрадовался еще больше, когда его не впустили в монастырь в холодную и дождливую ночь. Унижения полезны для души, объяснил он своему закадычному другу св. Бернару.
– Если продолжить литературные аллюзии, то можно вспомнить и Марину Цветаеву. Доживи она до наших времен, она бы непременно написала: «В сем наижидовском из миров поэты – мусульмане» (по Поэме конца).