Наша страна оккупирована. Быть русским в России – это быть человеком вне закона, это быть рабом системы. Бесправным, беспомощным, униженным рабом, которого каждая нерусь может пнуть, а на любую попытку защищаться, тут же привести в действие 282 статью. Режим Путина, это иго неохазарское, мало чем отличается от сталинского режима, да и суть даже не в подавлении инакомыслия, русских, как и в годы красного террора, истребляют миллионами, и если в 1920-30-ых годах действовали расстрельные бригады да организовывались лагеря, то сейчас все делается куда тише и незаметней. Водка, табак, наркотики, пропаганда педерастии и прочих извращений – вот нынешнее оружие геноцида. Миллион человеческих жизней в год. Миллион русских, как минимум миллион, - ежегодные безвозвратные потери нашего народа. Нас вытесняют с наших земель, отдавая их выходцам из Средней Азии, Северного Кавказа и Китая. Наши природные богатства разворовываются и распродаются направо и налево. Россия уже давно превратилась в сырьевой придаток Западной Европы и Китая. Что бы ни кричали медвепутинские патриоты о том, что запад хочет видеть нас лишь своим сырьевым придатком и делает все, лишь бы не дать «нам» встать с колен. А вот кто поставил нашу страну на колени? Царь Владимир и поставил! То, что сегодня Россия не способна производить что-либо высокотехнологическое – заслуга его правления, все эти техногенные катастрофы, нищета и закрытие предприятий, да и многое другое, все это имеет один корень. План Путина – это план по уничтожению России и русского народа, это план по расчленению страны и подготовке оснований для оккупации Русских земель заморскими «миротворческими» войсками. Вы еще удивляетесь, почему недра Сибири проданы Китаю, почему китайцам передаются острова и отдаются в «аренду» гигантские сельскохозяйственные площади? Вы удивляетесь, почему режим ничего не делает, чтобы остановить вымирание русского народа, а лишь усугубляет своими действиями демографическую ситуацию? Да не нужны им русские люди, режиму достаточно 40 миллионов человек, чтобы обслуживать нефтегазовую трубу, остальным приговор уже подписан.
Говорить, что народ в своей рабской покорности спит и не видит, что происходит – нельзя, да и не буду. Народ все видит. Видит и готовится. Готовятся и власти к массовым акциям протеста, готовятся открыто, не скрывая от телекамер и журналистских фотоаппаратов учения ОМОНа или ППСных частей. Готовится режим подавлять массовые беспорядки, готовится к началу гражданской войны: «реформирует», а попросту уничтожает вооруженные силы, особливо наиболее боеспособные части, наращивает Внутренние Войска МВД, правда, предварительно очистив ее от «неблагонадежных» русских милиционеров, которым совесть не позволит стрелять в свой народ, заменяет их на кавказцев. А для тех:
«но за два первых года войны, было очень трудно выветрить из ингушей их чисто азиатский взгляд на войну, как на поход за добычей (Марков А. В Ингушском Конном Полку.Военная Быль. Издание общекадетского объединения. Париж, 1957. № 22. С.9)».
Для них война – промысел, как был, так и остался, вот только враг по нынешним временам для них – русский народ. Что удивляться тому, что менты стреляют в людей, давят колесами своих автомобилей, а опосля выдают жалобные видеообращения в интернете. Правда и народ уже не просто безмолвствует, а по «соизволению» Нургалиева, все чаще пускает кулаки в ход, бьет «лицам в форме» по голове, при этом ссылаясь, естественно, на официальное разрешение.
«Народ безмолвствует!» - ярлык, которым пытаются доказать рабскую сущность русского человека. Безмолвствует…. А что ему делать, радостными воплями приветствовать незаконного царя? Хе-хе, выдрали фразу из «Бориса Годунова», а сути сказанного Пушкином так и не поняли. Затишье перед бурей……..
«Народ! Мария Годунова и сын ее Феодор отравили себя ядом. Мы видели их мертвые трупы.
Народ в ужасе молчит.
Что ж вы молчите? кричите: да здравствует царь Димитрий Иванович!
Народ безмолвствует».
Народ, в отличие от правящей элиты, лжецаря не принял и славу ему не кричал, а потом поднялся ополчением Князя и Купца: Пожарского и Минина. Безмолвствует, не признает, не подчиняется, как тогда, так и сейчас. Тогда за здравье не кричали, сегодня бюллетени никто в урну не бросает. Не верят, не признают власти над собой. От молчания у царских теремов, до окончания польской интервенции тогда прошло 7 лет. Неохазарское иго уже подходит к юбилейному двадцатилетнему рубежу, молчанием уже дело не обходится, по новостной ленте то и дело проходят сообщения о локальных выступлениях то там, то тут. Время вышло.
Время вышло, и это отчетливо понимают многие, точно так же многие понимают, чем грозят будущие потрясения русскому народу и России. Кремляне, правящая элита, нувориши – пакуют чемоданы и готовятся драпать из страны, в ментовских отделениях составляются списки на эвакуацию сотрудников и членов их семей, но почему-то точки сбора оказываются приближенны к западным границам.