ОТ БУРБУЛИСА ДО ГАЙДАРА- Кто задал тон в резиденции в Вискулях?
- Геннадий Бурбулис, Госсекретарь РСФСР. Перед началом нашего обсуждения он сказал: «СССР как геополитическая реальность и субъект международного права прекращает свое существование». Я позавидовал емкости формулировки. Сам до такого, честно говоря, не додумался бы .
- Проект соглашения привезла российская сторона?
- Никакого готового проекта у них не было. Все разговоры о великом проекте и о великом пьянстве в Беловежской пуще — сказки. Проект договора составлялся ночью с 7 на 8 декабря экспертами от трех сторон. Выработали 18 статей. В 10 утра они нам представили проект. Мы обсуждали каждую статью детально. Четыре статьи убрали, осталось 14.
- Кто именно обсуждал детали?
- Мы нашей шестеркой, Ельцин, Бурбулис, Кравчук, Фокин, Кебич и я, сидели почти 4 часа — пока полностью единогласно не приняли.
- Недавно избранный украинский президент настаивал на том, чтобы нигде не было слова «Союз»?
- Это все легенды. Никто из участников резко не высказывался ни против одного из пунктов. Высказывались соображения, почему ту или иную статью надо поправить или исключить. Приглашали экспертов, делились сомнениями. Ельцин меньше других возражал. Когда приходили к консенсусу, он произносил «ну вот, понимаешь!».
- Кто из экспертов был активнее всех?
- Гайдар и Шахрай. Гайдар обронил фразу, что Беловежское соглашение было подписано у него на коленках. Это было буквально так. Часто на сложные вопросы, которые не находили сразу четких формулировок, отвечал он - на листах, которые были у Гайдара на коленках.

Главы РСФСР, Украины и Беларуси уместили заявление о создании СНГ на одном листе. Фото: Юрий Иванов/РИА Новости
ОТ ГОРБАЧЕВА ДО БУША- Когда и кто предложил поставить в известность Михаила Горбачева?
- Мы подготовили документ к подписанию. Но это надо было делать публично, перед телекамерами. Ельцин в шутку говорит мне: «Мы посоветовались с Леонидом Макаровичем, у вас такие хорошие отношения с Горбачевым, так, может, вы ему и позвоните? И расскажите, что мы хотим принять. Игнорировать президента СССР нельзя...».
- А вы?
- Я также в шутку отвечаю Ельцину: «А мы с Кравчуком посоветовались, Борис Николаевич, что вы, имея хорошие отношения с Бушем-старшим, позвоните после меня в Вашингтон. И объясните, что произошло».
- Вы звонили по спецсвязи?
- Я по «тройке», аппарату правительственной связи, начал звонить Горбачеву. Долго не отвечали. Потом трубку взял помощник, потом Михаил Сергеевич соизволил со мной говорить. Говорил я с Горбачевым долго, объяснял подробно.
- А Ельцин?
- Ельцин увидел, что разговор затягивается и из другого конца своих апартаментов, где стоял аппарат связи, набрал, через главу МИДа Козырева, Белый дом. И начал говорить с Бушем-старшим.
- То есть, в какой то момент вы говорили с президентами СССР и США параллельно, из одной комнаты?
- Да, но я то начал раньше! И когда Горбачев стал поучительно, перейдя с «ты» на «вы», мне говорить «А вы представляете, что об этом подумает международная общественность?», я ответил, что представляю. Потому, что сейчас рядом Ельцин звонит Бушу. И, судя по отдельным репликам, американскому президенту все нравится. Тут была немая сцена.
- Горбачев был поражен?
- Да, он был поражен. А в это время глава российского МИДа Козырев переводил Ельцину слова Буша, но я слышал не все.