ПОРАБОТАЛ ЛИ РАБОЧИЙ КЛАСС СССР НА КОНТРРЕВОЛЮЦИЮ?

[А. Ю. Экономов]

ПОРАБОТАЛ ЛИ РАБОЧИЙ КЛАСС СССР НА КОНТРРЕВОЛЮЦИЮ?
 
В газете "Мысль" (N8, 2007 г.) Александр Лобанов в заметке под заглавием "Пролетариат остается могильщиком капитала" категорически протестует против высказывания политзаключенного Игоря Данилова "пролетарий - могильщик социализма" в газете "Голос труда" от 1 февраля 2007г. Он приводит аргументы Данилова в подтверждение  нелицеприятного для рабочего класса СССР вывода. Поддержал в годы так называемой перестройки рыночные преобразования - введение хозрасчета, акционирование предприятий, приватизацию и т.д. Это и породило у Данилова сомнение в "последовательной революционности пролетариата".

А Лобанову с этим, конечно же, трудно согласиться, так как перестройку он называет "неудавшейся революцией", скорбит, что в этот период "борьба за подряд и хозрасчет пошла псу под хвост". Он убежден, что "пролетариат в годы перестройки в полной мере доказал свою революционность".

Лобанов считает, что все эти "неверные" выводы Данилов делает потому, что он - "не пролетарий, участия в перестроечной борьбе за хозрасчет и подряд не принимал, а наблюдал за ней со стороны, причем невнимательно. Второе - классиков марксизма он читал также невнимательно и толком прочитанное не анализировал".

Не стоило бы придавать значения этой полемике, если бы вопрос, которого она касается, не носил принципиального характера. Я стараюсь следить за выступлениями Данилова в наших газетах. Согласна с Лобановым, что Игорь с марксизмом плохо знаком. Может быть потому, что он молод и не учился в СОВЕТСКОМ вузе, где марксизм преподавали, а изучать книги Маркса, Энгельса и Ленина самостоятельно очень трудно. Все их работы - НАУЧНЫЕ исследования, а не популярные учебники по пролетарской идеологии. Да и постигать марксизм, находясь в эпицентре революционной практической работы, а потом на тюремных нарах, не так-то просто.

Но, как ни парадоксально, а Данилову удалось ближе подойти к истине, глубже понять произошедшее в нашей стране, чем товарищу (или сударьу?) Лобанову. Во-первых, потому что перестройка была не "неудавшейся революцией", как он пишет, а буржуазной контрреволюцией. Ибо все, что делалось архитекторами и прорабами  перестройки, "работало" на рынок.  Так что и хозрасчет, и подряд, о которых скорбит Лобанов, были инструментами капиталистических преобразований в стране.

Что касается акционирования, то странно, что Александр до сих пор не знаком с известной ленинской идеей о том, что коллективная собственность так или иначе ведет к капитализму. Лобанов же до сих пор не расстался с иллюзией, что акционирование дает "право распоряжаться результатом своего труда" и правом "участия в управлении делами бригады, предприятия, и,  в конечном итоге, делами страны". Его статья  опубликована недавно, и как это он до сих пор не увидел, что более 70% промышленных предприятий в России закрыто, а здания переоборудованы в торговые центры. Оставшиеся заводы и фабрики находятся в частных руках. Большинство рабочих давно уж и забыли, что когда-то у них были акции, их скупили те, кто в перестройку пел гимн акционированию.

Так что видно невооруженным глазом, кто в те далекие годы видел дальше и понимал глубже. Игорь Данилов, который не принимал участия в растаскивании народного достояния, или его нынешний критик Александр Лобанов, который до сих пор сожалеет, что ему достались "только пять акций, молоток да горный компас".

А над фразой Лобанова "Пролетариат в годы перестройки в полной мере доказал свою революционность" просто хохотать некому. Большая часть рабочих аплодировала, так же как Лобанов, рыночным нововведениям. На Иркутском релейном заводе, на собрании лишь один рабочий проголосовал против акционирования. До сих пор его встречают бывшие товарищи и говорят: "Как ты был прав..." Но поезд уже ушел. Из 4 тысяч работавших на заводе осталось две-три сотни. Остальные разбрелись по другим предприятиям, иные подались в охранники. В помещениях многих цехов - мебельный магазин. Впрочем, такая же картина на Иркутском ордена Трудового Красного Знамени заводе тяжелого машиностроения имени В.В. Куйбышева, Радиозаводе, заводе "Эталон" и других. А шахтеры Кузбасса просто млели при имени Ельцин, даже отправились эшелоном в Москву для его поддержки в начале девяностых. Так в чем же революционность рабочего класса СССР? Факты, сударь Лобанов, вещь упрямая.

 

[А. Ю. Экономов]

Дальше читаем в его заметке: "19 августа мы ждали, что ГКЧП пообещает нам выполнение наших чаяний на создание хозрасчетно-паритетных отношений с администрацией, призовет на помощь, объявит об организации отрядов Красной Гвардии". Рабочие ждали, рабочие надеялись... Замечу, кстати, пока друзья Лобанова ждали и надеялись, такие, как Данилов, уже вступили в смертельную схватку с антинародной властью, за что и были отправлены ею за решетку на длительные сроки.

Нельзя не признать, что наш рабочий класс не разглядел контрреволюционной сущности начавшихся в середине 80-х годов в стране изменений, у него не получилось предвидеть катастрофических последствий предлагаемых им "благ" - акционирования, хозрасчета и вожделенного подряда. Он "купился" на красивые мыльные пузыри - "демократию", "социализм с человеческим лицом", "самоуправление" - и поддержал псевдодемократов-контрреволюционеров (активно или пассивно, это другой разговор). А, значит, могильщиком социализма, стал как бы ни прискорбно было это осознание.

Другое дело, почему в начале XX века, пролетариат был гегемоном социалистической революции и созидателем нового справедливого строя, первого в мире рабоче-крестьянского государства, а в конце века приложил руку к его разрушению. И если более серьезно говорить о трагедии, постигшей великую страну и ее народ, не на публицистическом, а научном уровне, проанализировать все принятые руководством КПСС решения, постановления за последние десятилетия, то придется признать, что главную роль в разрушении СССР сыграла правящая партия. Именно партия, а не только ее руководство.

Мы же знаем, что КПСС уже с хрущевских времен "заболела" оппортунизмом, стала отходить от классовых позиций,  прививать народному хозяйству страны капиталистические рыночные механизмы. К восьмидесятым годам она стала многочисленной, аморфной, обюрократившейся, зараженной МЕЛКОБУРЖУАЗНЫМИ вирусами. Провозгласив  СССР общенародным государством, отказавшись от главного в марксизме - диктатуры пролетариата,  руководство партии утратило ориентацию на стержневую коммунистическую идею - защиту интересов рабочего класса, как главной созидательной силы общества.

А XXVIII съезд КПСС, состоявшийся в июле 1990 года, уже вошел в историю советского государства и международного коммунистического движения как съезд предателей. Большинством голосов делегаты проголосовали за РЫНОК, сделав поворот в развитии на 180 градусов, направив тем самым страну по капиталистическому пути развития, ибо рынка некапиталистического не бывает. Съезд отказался продолжать дело Ленина и партии большевиков - построить справедливое общество, в котором трудовой народ не будет объектом эксплуатации и угнетения. КПСС, таким образом, сдала рабочих, крестьян и трудовую интеллигенцию буржуазии, уже вышедшей на свет из подполья теневой экономики. Она предала не только советский народ, но и рабочий класс всей планеты, лишив его опоры и поддержки в классовых битвах. Предала и национально-освободительное движение. Так что по большому счету КПСС - нет прощения!

Что касается сегодняшнего дня, то оснований для эйфории, которой пронизан конец заметки Лобанова, я думаю, у нас нет. В этом вопросе тоже нужен спокойный трезвый анализ экономической ситуации в стране, расстановки классовых и политических сил, необходима объективная оценка коммунистического движения в России. А вот этот анализ к оптимистическим выводам вряд ли приведет.

Одно несомненно: экономическое положение в стране стремительно ухудшается. Протестное движение нарастает. Но российский пролетариат еще не осознает себя, как класс. Не видит своей революционной миссии в грядущей борьбе. Он является сегодня носителем мелкобуржуазной психологии, за пределы экономических требований не выходит. Его редкие  протестные акции носят в основном стихийный характер. До сих пор он верит лживым обещаниям власти. Запуган ее репрессивными законами. Ходит на буржуазные спектакли, называемые выборами.

Рабочие не владеют марксизмом, в котором выражены ЕГО коренные экономические и политические интересы. Учение Маркса и Ленина для них, к сожалению, является вчерашним днем. А между тем сегодня марксизм, социалистическая пролетарская идеология, более актуален, чем сто лет назад. Ибо Россия идет по пути капитализма, а сущность капитализма за последние три сотни лет не изменилась.

А вот коммунистической партии ленинского типа в стране пока нет. Некому использовать стихийное народное возмущение и направлять его в сознательное революционное русло. Нет коммунистов, которые бы помогали рабочим понять, за какие цели надо бороться, какие задачи решать, какие средства в борьбе использовать. Стихия же еще никогда к победе не приводила. Пролетариат, конечно, является могильщиком капитализма, но пока - только потенциальным.
 
Л. ПРИБЫТКОВА, г. Иркутск
 

[А. Ю. Экономов]

Широко и привольно плещется поток, выливаемый "патриотами" всех мастей на прорабов перестройки, интеллегенцию как инженерно-техническую, так и гуманитарную, зарубежных зложелателей и только ваньки-дурачки на селе и в городе, так называемые пролетарии оказались вне поля зрения этих критиков. А ведь именно они своим равнодушием породили все эти катаклизмы, именно они позволили думать ворам всех мастей, что УЖЕ ВСЕ позволено. Именно они гремели касками на московском мосту требуя удовлетворения "своих конкретных" потребностей. Именно их как бездумный, безмолвный, но крикливый и бездушный инструмент использовали во всех катаклизмах предпоследнего века.
Пора и этой группе общества получить свою часть хулы за случившееся.

Эта часть хулы вполне и заслуженно получена - читай Ю.И. Мухина и С.Г. Кара-Мурзу. 

[А. Ю. Экономов]

*Пример поразительной неспособности составить в уме простую цепочку причинно-следственных связей даже в отношении собственных шкурных интересов дает история шахтерских забастовок 1989-1991 гг. в СССР. Тогда шахтеры были использованы как таран против центральной власти и советской системы - политиками из Москвы и директорами шахт, которые надеялись поживиться в ходе приватизации.

_*Парадоксально в действиях шахтеров, которые поддались на посулы Ельцина с его “демократами”, то, что именно этот отряд рабочего класса должен был сильнее всех остальных пострадать при переходе от советской системы к “рыночной”. Во-первых потому, что почти вся угольная промышленность в России была нерентабельной и процветала лишь как часть целостного советского хозяйства на плановой основе. Большие издержки при добыче угля были обусловлены уже геологическими характеристиками пластов. Например, как уже грилось, в США вообще не добывают уголь с глубины более 150 м, а 95% добычи угля США сосредоточено в Аппалачском бассейне с глубиной залегания пластов 63 м. В СССР средняя глубина залегания пластов была в Донецком и Печорском бассейнах 395-420 м, в Карагандинском 300 м и в Кузнецком 200 м[1]. В 80-е годы добывали уголь уже с глубины более 700 м.

_*Во-вторых, исторически шахтеры были в советское время выделены как привилегированная часть рабочих. Вот средняя месячная зарплата в 1990 г. рабочих одинакового уровня квалификации – 5 разряда (без надбавок). Аппаратчики в химической и нефтехимической промышленности – 307 руб., слесари-инструментальщики в машиностроении – 326 руб., сталевары – 451 руб., проходчики в угольной промышленности – 611 руб. По всем отраслям промышленности шахтеры имели самую высокую зарплату в сравнении с рабочими того же разряда. Средняя зарплата рабочих по всем отраслям промышленности составляла в 1990 г. 285,6 руб.[2].

_*Недавно Теймураз Авалиани (народный депутат СССР, депутат Госдумы 1996-2000 гг.), который был председателем забастовочного комитета Кузбасса с 17.07.1989 г. по 27.01.1990 г., написал воспоминания о первой забастовке, в ходе которой он и был избран руководителем стачкома[3]. Мимоходом он сообщает бытовые подробности о жизни шахтеров, из которых определенно видно их привилегированное положение и даже самоуверенность. Он пишет, в частности, о строительстве жилья через ЖСК: “Что интересно. В 1985 – 1989 гг. я агитировал шахтеров брать ссуду на 20 лет под 3% годовых с условием, что 50% за них будут гасить шахты. Желающих было мало. Такова психология человека!” И это при том, что зарплата шахтеров доходила до 1 тыс. руб. в месяц, а квартира площадью 65 кв. м. стоила в ЖСК 7 тыс. руб. Вот эту социальную систему и стали ломать шахтеры.

_*Известно, что забастовки шахтеров были спровоцированы необъяснимым ухудшением снабжения и одновременно созданием психоза посредством интенсивной идеологической кампании. Т.Авалиани пишет: “Начались перебои с мясом и продуктами из мяса, молочной, кондитерской продукцией и многим др. К давно исчезнувшим с прилавков магазинов красной рыбе, икре, копченым колбасам, винам, консервам дополнительно стали исчезать кондитерские изделия и мясо. Потом дошло до постельного белья, носков, лезвий, сигарет, водки. Но когда шахтеры ехали отдыхать летом в Крым или на Кавказ – там все это было. Все это люди видели и обсуждали между собой, приехав, домой. Невольно в груди закипала ненависть. Она тлела и разгоралась...”.

_*Сам он подозревает злой умысел: “Обстановка накалялась. Ситуация выходила из-под контроля властей. Власти не могли не знать о настроениях в рабочих коллективах. Для того и существовали органы КГБ. Однако сами подливали масла в огонь. С прилавков магазинов исчезло все мыло – и туалетное, и хозяйственное. Исчез стиральный порошок. Исчез чай...

_*Что стоило в октябре 1988 года перебросить в Кузбасс 2-3 эшелона мыла? Пару пустяков... Будучи ген.директором объединения с 1973 по 1984 годы, я прекрасно знал, что при желании властей можно в течении одного месяца перебросить из Латинской Америки, Океании, Азии в Кузбасс все, что требуется. Но можно было в течение недели взять из гос. резерва то же мыло, мясо, стиральный порошок, консервы с последующим восполнением. Раз это не сделано в течении полугода, значит кому-то из верховного руководства это надо. При этом я видел, как легко поддаются шахтеры манипулированию ими проходимцев... Мне и тогда, и сегодня кажется, что вопрос не решали специально. Исподволь готовили взрыв. И взрыв не заставил себя ждать”.

[А. Ю. Экономов]

_*Но гипотеза о заговоре не обязательна. Пусть даже начались перебои со снабжением из-за того общего хаоса, который был создан в ходе перестройки. Разве разумно поехать из Сибири “отдыхать летом в Крым или на Кавказ”, увидеть там изобилие носков и лезвий, и чтобы из-за этого “невольно в груди закипела ненависть”? Ведь для того человеку и дан разум, чтобы ненависть у него не закипала невольно. Даже более того, если у образованного человека, инженера, крупного руководителя, каким был Т.Авалиани, возникло подозрение, что какие-то враждебные силы “исподволь готовят взрыв”, то тем более его долг был собрать коллег-интеллигентов и призвать их вести с шахтерами разговор в рациональном, рассудительном ключе. Такого разговора как социального явления не было. В целом интеллигенция - как московская, так и местная, сыграла поджигательскую роль.

_*Т.Авалиани вспоминает: “Общественное мнение ежедневно подогревалось информациями о неудовлетворительном состоянии дел в Кузбассе и в стране. Почти во всех СМИ появлялись рубрики, передачи такие, как на центральном телевидении передача “Прожектор перестройки”. Масла в огонь подлила ХIХ партконференция и ХХVII съезд КПСС. ЦК КПСС, организовал, по сути дела, травлю партийных и хозяйственных кадров, обвинив во всем местные власти. Апофеозом травли и распространения анархии стали выступления Горбачева в Красноярске, Донбассе, Москве с призывами к рабочим: “Вы их давите снизу, а мы будем давить сверху”.

_*Руководила шахтерами местная отраслевая номенклатура. Социолог В.И.Ильин, излагающий ту историю, пишет: “Менеджмент подставил под шахтерский удар руководство КПСС и правительство СССР... Региональные угольные объединения приняли активное участие в разработке квалифицированных требований бастующих”[4].

_*Какие же “требования рабочего класса” подсунули шахтерам в конторах? В.И.Ильин продолжает: “На начальных этапах рабочего движения очень громко звучал призыв к ликвидации объединений как паразитических структур, выдвигались требования предоставления шахтам полной экономической самостоятельности... Б.Ельцин, став в 1990 г. председателем Верховного Совета РСФСР, смог использовать [шахтерское движение] в борьбе против союзного Центра... Утвердившись у руля власти, Б.Ельцин в 1992 г. пошел на резкое повышение зарплаты шахтерам, что, ясно, было платой за их политическую поддержку”.

_*Примечательно, что на митингах самих шахтеров был умело создан “синдром толпы” - иррационального безответственного поведения с бессмысленными требованиями и переменчивостью настроения. Т.Авалиани пишет: “15 июля 1989 года. К бастующим присоединились шахтеры городов Мыски и Анжеро-Судженска. Уже бастует 125 предприятий и более 110 тысяч человек. Во всех городах идут митинги круглосуточно. В скверах на газонах появились палатки, горят костры. С шахт работники столовых привозят горячее питание. Из города в город перемещается Первый секретарь обкома КПСС А.Г. Мельников, Председатель облисполкома А.Ф. Лютенко и Министр М.И. Щадов. Везде эмоции захлестывают здравый смысл. Руководителей, где слушают, где свистят. А по сути никто никого не слушает...

_*В городе Киселевске рядом с трибуной был установлен свободный микрофон, которым мог воспользоваться каждый, кто хотел. Подходит женщина и эмоционально высказывает наболевшее, что три дня не может купить мужу колбасы на забутовку (забутовка – бутерброд, который берут шахтеры в шахту перекусить). Что начальство обжирается колбасой, а шахтеры голодные. Предлагает ввести талоны на продажу колбасы. Ведущий ставит вопрос на голосование. Тысяч пять собравшихся граждан голосуют за введение талонов на колбасу. Сотни три против талонов.

_*Через полчаса к микрофону прорывается другая женщина. Кричит, что купить колбасу можно любому человеку, что она вчера купила целый батон 3 кг “Докторской” свободно. “Теперь же всю жизнь будем есть колбасу по талонам. Я требую отменить талоны на колбасу и проголосовать за это”. Ведущий митинг ставит требование на голосование. Тысяч пять голосуют за отмену талонов на колбасу. Сотни три голосуют против отмены”.

(С.Г. Кара-Мурза "Потерянный разум" Отрывок)

[А. Ю. Экономов]

Продолжение

*А вот в актовых залах, где преобладали ИТР, обстановка совсем другая. Здесь в резолюции забастовщиков проталкивались важные требования. Т.Авалиани, уже избранный председателем стачечного комитета, пишет о таком собрании: “Похоже, собрались представители всех бастующих городов: Анжеро-Судженска, Березовского, Кемерово, Белово, Ленинск-Кузнецкого, Киселевска, Прокопьевска, Новокузнецка, Мысков, Осинников, Междуреченска. Про себя отмечаю – самим забастовочным комитетам, причем разрозненным, такая организация непосильна. Помогал обком и угольные генералы... Опять говорили о снабжении шахтеров, о снабжении шахт, о мыле и колбасе, о едином выходном дне. Более серьезные вопросы были затронуты электрослесарем с шахты “Первомайская” из города Березовского Голиковым В.М. о региональном хозрасчете и самостоятельности шахт. Но это были мысли не его, а ученых-теоретиков, выступавших уже 2 года в областных газетах. Мысли путанные, рассчитанные на то, что все нам, а государству – фиг. В зале даже развернулась дискуссия. Кто-то предлагал отчислять государству 10% прибыли, кто-то 40%, кто-то 20% - местным советам, а кто никому не отчислять ничего. Дискуссия зашла в тупик”.

_*Насколько можно судить по документам, присланная в Кузбасс для переговоров комиссия Верховного Совета СССР на сумела разумно объяснить (и, вероятно, понять), что многие требования шахтеров означают подрыв хозяйственной и социальной системы СССР. Она пошла на поводу у забастовщиков и подписала соглашение, означающее гибель советского строя. Чего стоит хотя бы такой пункт: “Всем предприятиям Кузбасса предоставить право с 1 июля 1989 г. продавать сверхплановую продукцию по договорным ценам, как внутри страны, так и за рубеж. С 01.01.90 разрешить продавать в этом же порядке 30% фактически выпускаемой продукции, без каких-либо ограничений. Все инвалютные поступления в 1989-1990 годах оставлять в распоряжении предприятий региона”. Или такой: “Прерогативу составления норм и расценок передать предприятиям с 01.07.89 с учетом требований техники безопасности”.

[А. Ю. Экономов]

*Кстати, тысячи инженеров-горняков и ученых-экономистов, принявших участие в забастовке, не могли не видеть ее “международного измерения”. Как можно было не понять, что они становятся союзниками врага своей страны пусть в холодной, но войне! Т.Авалиани пишет: “Необходимо отметить, что уже 17 июля в область налетело более ста иностранных корреспондентов телевидения и газет. Они оперативно и с глубоким анализом освещали забастовку, даже предсказывали ее развитие. Еще не утихли волнения, а американская газета “Вашингтон пост” уже писала: “Правительство Горбачева, похоже, действительно поддерживает требования шахтеров об улучшении условий жизни и предоставлении им более широких прав по управлению своими шахтами. Оно без промедления предложило им новый комплекс мер по повышению заработной платы, льготы и улучшение снабжения потребительскими товарами, а также, по всей видимости, пытается использовать вес шахтеров в борьбе с бюрократами и консерваторами, сопротивляющимися экономическим реформам”...

_*Многие из иностранных журналистов не только писали, снимали, а и подбирали из числа актива забасткомовцев “студентов” для своих курсов. Буквально начиная с августа подобранных ими членов забасткомов различные профсоюзные, внеправительственные организации Греции, Англии, Франции, США стали приглашать к себе на различные семинары, курсы, просто ознакомительные поездки за счет приглашающей стороны. Цель приглашающих сторон была одна – пропаганда своего образа жизни и агитация за создание независимого профсоюза горняков. Когда наши группы возвращались из этих поездок, следом контейнерами, автотранспортом шла гуманитарная помощь: сигареты, макароны, мыло, мочалки, компьютеры, ксероксы, бумага, лекарства и т.д. Помощь раздавалась тем, кто переходил из углепрофсоюза в НПГ. Так создавался НПГ при полном непротивлении действовавшего профсоюза и при активнейшей поддержке сначала межрегионалов, а затем ВС РСФСР во главе с Ельциным”.

_*После того как маховик забастовок был запущен, шахтеры были оттерты от выработки требований, из-за их спин вышли действительные “движущие силы”. Т.Авалиани пишет: “В октябре развернулась подготовка к IV Конференции рабочих комитетов Кузбасса. И тут на политическую авансцену повыскакивали “демократы” из числа кузбасской интеллигенции, нахраписто предлагая свою помощь, свои разработки. Они сумели, как цыганки, загипнотизировать шахтеров своими прожектами свободных экономических зон, экономической самостоятельностью, блефом свободы и т.д. У них уже были свои структуры во главе с Гайдаром, Бурбулисом, Шумейко и другими... Рабочими комитетами овладели люди мерзкие. Такие же, как пришедшие к власти в Москве, в августе 1991 года. Наивное, подавляющее большинство рабочих не могло поверить, что ради личной наживы вчерашние соратники не только тебя, не только народ, но и родную мать продадут. Уверен, что сегодня почти все осознали это, но поздно.

(С.Г. Кара-Мурза "Потерянный разум" Отрывки)