Хотя коронным номером выступления стал, конечно, ответ про цены на бензин. Который у нас, в нефтедобывающей стране, не дешевеет, хотя нефть упала в 3 раза. И потому не дешевеет, что кто-то же должен компенсировать нефтяным компаниям снижение экспортной прибыли. И этот кто-то — вы, дорогие мои сограждане, умудрившиеся от большой стабильности купить зачем-то автомобиль. Стань пешеходом, говорит тебе Путин, и перестань беспокоиться о розничном топливе. Если ты, конечно, не кот из дьявольской свиты, которому бензин необходим для посторонних причин.
Но все-таки главное было не про бензин. Главное — это девочка Даша Варфоломеева. Из далекого бурятского села.
Только полная этическая глухота и эстетическая слепота могли привести путинолюбивых комментаторов к мысли, что перед нами — гениальная политтехнологическая комбинация главы правительства. Давайте вспомним, как прозвучал вопрос.
Дядя Володя! Скоро Новый год. Живем на бабушкину пенсию. Работы в деревне нет. Мы с сестрой мечтаем иметь новые платья… Я хочу попросить у вас платье, как у Золушки…
Это почти цитата из Чехова, в пределе достигающая Достоевского. Жестяной гвоздь, убийственно вбитый в основание черепа трепещущего «нацлида». И если Путин, вослед своим обожателям, этого тоже не понял, — тем страннее, дамы и синьоры.
Потом, конечно, можно, везти девочку Дашу в Москву и водить на кремлевскую елку. Но гвоздь из головы уже не вынуть, как ни тряси.
Когда выпадет снег? — Когда Бог даст.
И еще антинародный вопрос, который Владимир Владимирович, похоже, решил задать себе сам:
Скажите, пожалуйста, когда кончится этот кризис? Так тяжело! (Вздыхает).
Да не переживайте. Все когда-нибудь закончится. (Путин в жизни так не отвечал).
Кроме всего прочего, нельзя не заметить: несмотря на тщательную фильтрацию и предварительный отбор, вопреки холуйской проникновенности наличных активистов «Единой России», процентов 80 вопросов получились какими-то очень неласковыми. Не про колени, с которых встала страна, а про задницу, где она очутилась. И премьер Путин, хотя его должны были трижды предупредить, явился на столь прямую линию форменным Рональдом Рейганом из старого советского анекдота: сейчас от калифорнийского обкома партии выступит товарищ Рейган — а я, представляете, не готов!
Еще: в разговоре с народом Владимир Путин показал, что про отечественную экономику знает не очень много. Ну, например, думает, что недвижимость в Москве стоит 42 тысячи, а в Ленинграде — 44 тысячи рублей за метр. (На самом деле — 120 тыс., в среднем).. Что пособие по безработице в РФ составляет 4 900 рублей в месяц. (На самом деле — в среднем 1378 руб. при прожиточном минимуме для трудоспособного человека в 7288 руб).. Что 175 млрд. руб. выделено в помощь реальному сектору экономики (на самом деле — на поддержку виртуального фондового рынка). И так далее. Хотя тут от премьера можно отвязаться. Что он в экономике, мягко говоря, не копенгаген, поняли только образованные. Остальным было довольно и нервического блеска его расхристанных глаз.
Что же из всего этого разговора следует?
Первое. Народ утратил священный трепет перед Путиным, позволив себе задать премьеру вполне безжалостные вопросы. С Царем-Отцом так не разговаривают.
Второе. Путин перед всеобщим лицом народа обнаружил бурную премьерскую несостоятельность.
Третье. Премьер-министр точно показал населению РФ, кто за весь гигантский кризис отвечает — он лично, и никто иной.
В общем, пойдя на «прямую линию» — но не президентом в эпоху экономического роста, а главным бюрократом в разгар кризиса — Путин изощренно замочил сам себя. И сортира не потребовалось.
Повезло же в тот день президенту Дмитрию Медведеву, укрывшемуся от такого кризисного позора за широкой стеной Гималаев.
Так что напоследок хотелось бы принести искренние извинения организаторам «Разговора с Владимиром Путиным». Они могут не уходить в запой. Ведь они честно отработали на своего президента.
P. S. Все-таки элитная путинофилия — болезнь столь же трудноизлечимая, сколь и заразная. Передается воздушно-капельным путем почище любой холеры.
В субботу, 6 декабря, некоторые СМИ сообщили, что Владимир Путин как политик очень выиграл от «прямой линии». Ибо рейтинг трансляции на канале «Россия» составил 7.9%, а доля — сорок один с половиной.
Шоу состоялось именно потому, что Путин позволил себе проиграть.
Больше скажу. Если б премьер-министр выложил на стол те избранные места, за которые он так и не повесил Саакашвили, рейтинг с долею выросли б еще пуще. И снова заговорили бы путинофилы о великом государственном банке, сорванном премьером на ровном месте.
Так что не будем завидовать доле Владимира Путина. Лучше подождем, куда выведет его кривая линия с русским народом.
Станислав Белковский