Сионизм

[healer]

В какую бы страну ни пришли иудеи, они ... приносят и ненависть к роду человеческому (50 г. до н.э.)
http://ss69100.livejournal.com/614680.html

Из доклада Алексея Шмакова VII Съезду Объединенных Дворянских Обществ в июле 1912 года.
Другую выдержку можно посмотреть здесь.
Важное замечание: раньше все евреи были иудеями - последователями античеловеческого иудаизма. Нынче далеко не все евреи - иудеи. Поэтому любые упоминания об евреях в тексте следует рассматривать исключительно, как упоминания об иудеях. Нормальные люди, евреи - неиудеи к беспределу отношения не имеют.

http://www.russia-talk.org/cd-history/Shmakov/secret/1.htm#_ftn28

[Mby]

В какую бы страну ни пришли иудеи, они ... приносят и ненависть к роду человеческому (50 г. до н.э.)
http://ss69100.livejournal.com/614680.html

а исторические источники как раз утверждают обратное...

 ЗОЛОТОЙ ВЕК


Еврей Луис Маркадо - придворный врач короля Испании Филиппа II.
Евреи Испании владели многими профессиями. Они были земледельцами и виноградарями, ювелирами и портными, сапожниками и парикмахерами. Среди них были мелкие торговцы и видные купцы. Испанские евреи занимались и светскими науками медициной, астрономией, математикой. Многие евреи получали всестороннее образование, часто путешествовали и занимали высокое положение в новом обществе. Очень многие говорили на нескольких языках. Евреи служили послами и переводчиками, выполняли коммерческие и дипломатические поручения в отдаленных странах. Многие заслужили признание как выдающиеся врачи. Одним словом, для евреев Испании наступил золотой век.

В стране был открыт ряд еврейских школ. Евреи Кордовы приняли в свою среду ученых из Вавилонии, привезших с собой копии Талмуда. Учителя из этой далекой страны познакомили испанских евреев с вавилонскими традициями изучения и толкования Закона. Главой новой академии-иешивы в Кордове стал Моше бен Ханох, выдающийся ученый из Вавилонии.

ШМУЭЛЬ ХА-НАГИД (993—1056)

После падения Кордовского халифата Испания распалась на несколько мусульманских государств. На первый план выдвинулись новые города, и среди них Гранада - столица Гранадского халифата, во владения которого входил и цветущий юрод Малага.

Здесь, в Малаге, жил весьма необычный человек - Шмуэль Ибн Haгрела, родом из Кордовы, владелец небольшой лавки пряностей. Прекрасно образованный, он был философом, математиком и знатоком законов иудаизма, а также владел несколькими языками, в том числе ивритом, испанским, арабским, греческим и латынью. Придворные гранадского халифа узнали о том, что в чтении и письме ему нет равных, и многие приходили к нему с просьбой про- честь или составить послание Великий визирь халифа также был наслышан об ученом лавочнике по имени Шмуэль.

Визирь так восхитился почерком Шмуэля, его ученостью и искусством составления писем, что пригласил его в свой дворец в Гранаде и сделал своим секретарем. После смерти великого визиря халиф назначил Шмуэля на его место Шмуэль, как положено визирю, жил в великолепном столичном дворце, но остался скромным человеком и никогда не отрицал, что некогда был простым лавочником.

Подобно своему предшественнику, Хасдаю Ибн Шапруту, Шмуэль, несмотря на многочисленные обязанности государственного порядка, всегда проявлял глубокий интерес к духовной жизни еврейской общины. Он владел наиболее полным и ценным в Испании собранием книг на иврите. Шмуэль Ибн Нагрела писал респонсы и комментарии к Талмуду, а также стихотворные произведения - как на светские темы, так и предназначенные для синагогальной службы, занимался он и грамматикой иврита.

Как и Хасдай, Шмуэль помогал найти работу и средства к жизни многим поэтам и сочинителям, ученым и учащимся. Он участвовал в сборах средств для бедных евреев Малаги, а также для поддержки талмудических академий в Испании, в Вавилонии и в Эрец-Исраэль. Евреи Малаги считали Шмуэля Ибн Нагрелу главой своей общины. Его называли Шмуэль ха-Нагид, то есть "Шмуэль - князь (Израиля)"

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗОЛОТОГО ВЕКА


Фонтан львиного дворика во дворце Альгамбра (Испания), Этот Фонтан упомянут в одном из стихотворений Шломо Ибн Габироля.
Мусульманские правители Испании вели друг с другом мелочную борьбу за власть, то и дело ввязываясь в ненужные стычки и войны. Тем временем на севере страны христианские короли, сохранившие в своих руках небольшие владения, готовились изгнать мусульман из Испании. Они выступили против арабских властелинов и заняли город Толедо. Евреи немало страдали в это неспокойное время, иногда они подвергались гонениям по приказу нетерпимых правителей-арабов. И все же величайшие еврейские поэты и философы продолжали творить в это время, и благодаря им продолжался золотой век арабско-еврейской культуры.

Многие еврейские ученые, писатели и поэты жили в городах Андалусии - так арабы называли Южную Испанию. Пользовались известностью здешние евреи-врачи, евреи-астрономы и евреи-математики. Богатые еврейские купцы ездили в дальние страны, евреи-архитекторы строили красивые дома и синагоги, а садовники насаждали и взращивали прекрасные сады и парки.

[healer]

а исторические источники как раз утверждают обратное...

 ЗОЛОТОЙ ВЕК


Еврей Луис Маркадо - придворный врач короля Испании Филиппа II.
Евреи Испании владели многими профессиями. Они были земледельцами и виноградарями, ювелирами и портными, сапожниками и парикмахерами. Среди них были мелкие торговцы и видные купцы. Испанские евреи занимались и светскими науками медициной, астрономией, математикой. Многие евреи получали всестороннее образование, часто путешествовали и занимали высокое положение в новом обществе. Очень многие говорили на нескольких языках. Евреи служили послами и переводчиками, выполняли коммерческие и дипломатические поручения в отдаленных странах. Многие заслужили признание как выдающиеся врачи. Одним словом, для евреев Испании наступил золотой век.

В стране был открыт ряд еврейских школ. Евреи Кордовы приняли в свою среду ученых из Вавилонии, привезших с собой копии Талмуда. Учителя из этой далекой страны познакомили испанских евреев с вавилонскими традициями изучения и толкования Закона. Главой новой академии-иешивы в Кордове стал Моше бен Ханох, выдающийся ученый из Вавилонии.

ШМУЭЛЬ ХА-НАГИД (993—1056)

После падения Кордовского халифата Испания распалась на несколько мусульманских государств. На первый план выдвинулись новые города, и среди них Гранада - столица Гранадского халифата, во владения которого входил и цветущий юрод Малага.

Здесь, в Малаге, жил весьма необычный человек - Шмуэль Ибн Haгрела, родом из Кордовы, владелец небольшой лавки пряностей. Прекрасно образованный, он был философом, математиком и знатоком законов иудаизма, а также владел несколькими языками, в том числе ивритом, испанским, арабским, греческим и латынью. Придворные гранадского халифа узнали о том, что в чтении и письме ему нет равных, и многие приходили к нему с просьбой про- честь или составить послание Великий визирь халифа также был наслышан об ученом лавочнике по имени Шмуэль.

Визирь так восхитился почерком Шмуэля, его ученостью и искусством составления писем, что пригласил его в свой дворец в Гранаде и сделал своим секретарем. После смерти великого визиря халиф назначил Шмуэля на его место Шмуэль, как положено визирю, жил в великолепном столичном дворце, но остался скромным человеком и никогда не отрицал, что некогда был простым лавочником.

Подобно своему предшественнику, Хасдаю Ибн Шапруту, Шмуэль, несмотря на многочисленные обязанности государственного порядка, всегда проявлял глубокий интерес к духовной жизни еврейской общины. Он владел наиболее полным и ценным в Испании собранием книг на иврите. Шмуэль Ибн Нагрела писал респонсы и комментарии к Талмуду, а также стихотворные произведения - как на светские темы, так и предназначенные для синагогальной службы, занимался он и грамматикой иврита.

Как и Хасдай, Шмуэль помогал найти работу и средства к жизни многим поэтам и сочинителям, ученым и учащимся. Он участвовал в сборах средств для бедных евреев Малаги, а также для поддержки талмудических академий в Испании, в Вавилонии и в Эрец-Исраэль. Евреи Малаги считали Шмуэля Ибн Нагрелу главой своей общины. Его называли Шмуэль ха-Нагид, то есть "Шмуэль - князь (Израиля)"

...брехня...

[Mby]

...брехня...

типичный для лживой нежиди ответ..., в лучших традициях средневекового кретинизма... +@> и российского свино- быдла...

[healer]

Потому что Гитлер был плохой, а мы, израильтяне – хорошие.

Факты: Визит 27 германских епископов в Яд ва-Шем был историческим: это был первый подобный визит германской церковной делегации в Музей катастрофы европейского еврейства. После него епископы ездили по святым для христиан местам и встречались с представителями христианских конфессий, а затем отправились в Палестинскую автономию.
У современного поэта Владимира Вишневского есть великолепное одностишие: «О, только б не обиделись евреи!» Что называется, не в бровь, а в глаз – конечно, ко всему народу это неприменимо, но по крайней мере официальные представители Израиля – люди обидчивые до невероятности. И недавние события еще раз подтвердили эту истину.
Делегация католических священников из Германии посетила Израиль, в том числе оккупированные территории на западном берегу Иордана, населенные палестинцами. То, что они увидели, произвело на них сильное впечатление, которое церковные иерархи не преминули выразить в словах. Так, Грегор Мария Ханке, епископ Айхштэта, заявил: «Утром мы видели в Музее холокоста фотографии из бесчеловечного Варшавского гетто, вечером мы проезжали через гетто в Рамалле».
Да, сказано весьма резко – но епископ Ханке не одинок в своих суждениях. Кардинал Иоахим Майснер отметил, что «никогда не думал увидеть такое снова», и сравнил построенную на палестинских землях бетонную стену с Берлинской, предсказав ей ту же судьбу. Дальше всех пошел аугсбургский епископ Вальтер Микса, назвав израильскую власть расистской.



Разумеется, высказанные поэтом Вишневским опасения здесь в полной мере оправдались. Реакция на откровенность немецких священнослужителей последовала со стороны израильского посла в Германии Шимона Штейна. Дипломат заявил: «Когда Варшавское гетто или расизм упоминаются в связи с палестино-израильскими отношениями, это свидетельствует либо о забвении истории, либо о ее полном незнании и моральном падении». Никакими аргументами посол это высказывание не обосновал, посоветовав лишь епископу Ханке «лучше подбирать выражения».
Однако на слова германских священников отреагировал не только посол. Шарлотта Ноблок, руководитель Центрального совета евреев Германии, охарактеризовала эти высказывания как «ужасные» и «совершенно недопустимые». По ее мнению, «сравнение израильской политики с режимом нацистской Германии говорит о том, что епископы не в состоянии оценить ближневосточный конфликт и ситуацию в сфере безопасности в еврейском государстве».
Казалось бы, эти факты не нуждаются в комментариях. Однако мы все же советуем нашим читателям обратить внимание вот на что. Ни израильский посол, ни сударыня Ноболк не сказали: «Помилуйте, что за бред вы несете? Как нас можно сравнивать? Нацисты подвергали евреев тотальному уничтожению, а мы обходимся с палестинцами со всей возможной гуманностью и права их соблюдаем неукоснительно».
Не сказали – так откровенно лгать на весь мир было бы уж совершенно неприлично. Иными словами, по сути высказывания церковных иерархов никто не опроверг – просто им указали на то, что они говорят недопустимые вещи (но ведь не лгут же).
А, собственно, почему? Политолог Борис Кагарлицкий недавно публично недоумевал: «Если «Россия для русских» – это фашизм, «Германия для немцев» – тоже фашизм, то почему «Израиль для евреев» – не фашизм?» Действительно, почему к разным народам подходят с разными мерками? Действия израильского правительства в отношении палестинцев не только ненаказуемы – их даже нельзя осуждать, это считается какой-то непристойностью. Ни посол, ни глава немецких евреев не объяснили, почему, собственно, события в Палестине нельзя сравнивать с историей Варшавского гетто. Нельзя, и все тут! Потому что Гитлер был плохой, а мы, израильтяне – хорошие. Как говорится, по определению.

http://russbalt.ucoz.ru/news/2007-03-08-618#.UL8HZNpWkT0.livejournal "=?

[Mby]

ИЦХАК БЕН ЯАКОВ ХА-КОХЕН АЛФАСИ (1013—1103)


Рабби Ицхак бен Яаков ха Кохен Алфаси.
Еврейские академии-иешивы процветали на земле Испании из них вышли многие выдающиеся знатоки Талмуда. Крупнейшим из ученых талмудистов того периода был Ицхак бен Яаков ха Кохен Алфаси. Он прибыл в Испанию в возрасте 75 лет из города Фес в Северной Африке, а до того учился и работал в большой академии в Кайруане. Он занялся преподаванием в Кордове, затем в Гранаде и, наконец, поселился в Лусене, где возглавил еврейскую общину. Здесь он основал крупную академию и центр изучения Талмуда, прославившийся по всей Испании.

Алфаси составил большой свод галахических установлений, служащий комментарием к Талмуду. В этой книге он исследует талмудический материал, сосредотачиваясь, в основном, на тех частях Галахи (законоведческой части Талмуда), которые казались ему особенно важными. Целью Алфаси было создание руководства для еврейских ученых и судей своего времени, сталкивавшихся с проблемами еврейского Закона. Этот блестящий труд является ценным пособием тля кодификаторов и исследователей Талмуда и в наши дни.


Однако оригинальный метод кодификации Талмуда, к которому прибег Алфаси, нравился не всем, и многие ученые критиковали его труд. Хотя Алфаси был тверд и непреклонен в своих научных взглядах, в жизни он был мягким и незлобивым человеком. Однажды один из его основных оппонентов, находясь при смерти, решил примириться с Алфаси и в знак этого послал своего сына учиться у него Алфаси взял сироту к себе в дом, где учил его вместе с собственными сыновьями и любимыми учениками.

Академию Алфаси в Лусене посещали не только талмудисты. Среди его блестящих учеников, которых было немало, были литераторы и будущие руководители общины. Великие поэты Моше Ибн Эзра и Иехуда ха-Леви тоже учились у Алфаси.

[healer]

типичный для лживой нежиди ответ..., в лучших традициях средневекового кретинизма... +@> и российского свино- быдла...

...а зачем хуцпированной и брехливой нелюди отвечать - все равно нагадит... +@> Нелюдь-быдло не исправляется годами - века нужны...

[Mby]

 МОШЕ ИБН ЭЗРА (1055-1139)

Моше Ибн Эзра создал множество поэм и других стихотворных произведений — светских и религиозных. Более всего он известен своими покаянными молитвами — слихот, которые до наших дней читают в Дни покаяния (Ямим нораим). Как и все великие поэты тех времен, Моше писал и философские сочинения.
 

Интерьер церкви Санта Мария ла Бланка в Толедо (Испания). Прежде это была синагога.

 

[Mby]

 АВРАХАМ ИБН ЭЗРА (ОКОЛО 1090 - ОКОЛО 1165)

Младший современник Моше — Аврахам Ибн Эзра оставил родительский кров, семью, пользовавшуюся всеобщим уважением в городе Толедо, и совершил ряд путешествий в отдаленные страны. Он посетил еврейские общины Северной Африки и Вавилонии и побывал даже в далекой Англии. Где бы ни путешествовал Аврахам Ибн Эзра, всюду находились желавшие послушать его ученики, а также ученые, с которыми он мог обсудить занимавшие его вопросы. Несмотря на скитания, он никогда не переставал писать. Он написал много комментариев к Библии и считался одним из крупнейших знатоков и толкователей Священного писания своего времени. Он внес немалый вклад в исследование грамматики иврита и был видной фигурой в средневековой ивритской поэзии. Еврейская община Италии с радостью приняла Аврахама Ибн Эзру, когда он поселился здесь, и школа в Риме, где он занялся преподаванием, привлекла в тот период множество ученых и учеников.
 

Страница первого издания комментария Аврахама Ибн Эзры к Пятикнижию. Неаполь 1488.

[Mby]

 ИЕХУДА ХА-ЛЕВИ (ОКОЛО 1075—1141)


Первые строки знаменитой "Оды Сиону" Иехуды ха-Леви. Из рукописи XV в.
Из всех еврейских поэтов Испании самым любимым остается Иехуда ха-Леви, друг Моше Ибн Эзры. Иехуда ха-Леви родился в Толедо* и, как и Моше, учился в Лусене в академии Алфаси, где получил образцовое еврейское образование. Знаток арабской литературы, он был сведущ в целом ряде предметов, включая астрономию и математику, и был выдающимся врачом.

     * Или, судя но новым данным, в Туделе. (Прим. пер.)

Стихи Иехуды ха-Леви затрагивают многие темы. Он тщательно изучил Библию, и его поэзия насыщена библейскими образами. С возрастом в Иехуде развилась страстная тоска по Стране Израиля, побудившая его к созданию прекрасного цикла стихов — "Песни Сиона" ("Сиониды").
 


Как и большинство других поэтов Испании, Иехуда ха-Леви интересовался философией. Он написал по-арабски книгу, сокращенное название которой "Кузари" (полное - "Сефер ха-Куэари" - "Книга хазара"). Содержание книги имеет своим истоком письмо, написанное хазарским царем Иосефом Хасдаю Ибн Шапруту за два столетия до того. Подзаголовок сочинения таков: "Книга доказательств и доводов в защиту униженной веры". Это труд, объясняющий глубокий смысл иудаизма. Аргументы изложены в форме диалога между ученым-раввином и хазарским царем, жаждущим знания и ищущим истинной веры. Они обсуждают идеи иудаизма и сравнивают их с воззрениями греческих философов, а также с убеждениями христианского и мусульманского богословов, участвующих в дискуссии. Автор подчеркивает важность веры и преданности Богу и традициям Израиля, особенно выделяя избранность Израиля и Завет (союз), заключенный Богом с Его народом. Иудаизм основан скорее на Божественном Откровении, как оно изложено в Горе и книгах пророков, чем на философских концепциях. В конце книги главный ее герой — раввин — прощается с царем хазар и отправляется в Эрец-Исраэль, которую жаждет увидеть.

Уже в преклонном возрасте Иехуда ха-Леви, как и раввин из "Кузари", решил тоже отправиться в путешествие в Страну Израиля. Друзья пытались отговорить его: ведь такое путешествие было тогда долгим и опасным, корабли часто попадали в руки пиратов, а сухопутные пути перерезались отрядами враждующих племен. Но поэт стоял на своем. Он пересек Средиземное море и продолжал путь по странам Северной Африки, где посетил различные еврейские общины. В Фостате (Старый Каир) он обрел добрых друзей в лице нагида главы еврейской общины, и ученого, возглавлявшего местную академию. Евреи Фостата также убеждали Иехуду ха-Леви отказаться от поездки в Эрец-Исраэль и предупреждали о возможных опасностях. Но, несмотря на преклонный возраст, он был полон решимости осуществить свою мечту.
 

Герб или знак семьи ха-Леви.

 
Иехуда ха-Леви не вернулся из путешествия. Согласно легенде, достигнув ворот Иерусалима, он упал на колени, чтобы поцеловать священную землю, и в этот миг его растоптал арабский всадник. Так умер поэт Иехуда ха-Леви — в миг, когда ступил он на землю Израиля, в виду горы Сион, которую так долго воспевал и к которой стремился с такой страстной любовью. Однако, согласно новейшим научным исследованиям, Иехуда ха-Леви умер в Египте в 1141 году.
 

Страница первого издания "Куэари".

[Mby]

Нелюдь-быдло не исправляется годами - века нужны...

да...это ты себя правильно охарактеризовал....

[Mby]

 БИНЬЯМИН ИЗ ТУДЕЛЫ, ПУТЕШЕСТВЕННИК (XII ВЕК)


Страница из рукописи, описывающей путешествия Биньямина из Туделы.
В те времена многие евреи ездили в дальние страны по торговым и прочим делам. Наиболее знаменитым из евреев-путешественников золотого века Испании был Биньямин из Туделы. Куда бы ни направлялся Биньямин, всюду он посещал еврейские общины. Он вел путевой дневник, в котором подробно описывал многие места, где в то время жили евреи, число евреев в каждом из этих мест, их занятия, обычаи и образ жизни.

Биньямин, путешественник из Туделы, был истинно смелым и предприимчивым человеком. Бесстрашно встречая морские штормы, нападения пиратов и кораблекрушения, разбойников с большой дороги и приступы болезни, он продолжал свой путь из Испании во Францию, из Франции в Италию и оттуда в Грецию. Потом он отправился в Сирию и в Эрец-Исраэль. Он объездил Вавилонию, где видел Багдад, столицу могущественных халифов Востока. Он посетил евреев отдаленного Йемена, Египта и других стран Северной Африки. Последним местом, где он остановился на обратном пути в Испанию, был остров Сицилия.

Подробный путевой отчет Биньямина из Туделы включает в себя историю горького разочарования, постигшего евреев Вавилонии после того, как некий Давид Алрои, образованный молодой человек, объявил себя Мессией, но был, в конце концов, разоблачен. Биньямин рассказывает и о еврейских золотых дел мастерах в Йемене, прядильщиках шелка в Греции, богатых судовладельцах в Сирии и искусных красильщиках тканей в Эрец-Исраэль.

Дневники путешественника Биньямина из Туделы дают нам подробную и захватывающую картину жизни еврейских общин тех дней. Они переведены на несколько языков.

[Mby]

 Испания в XI в.
Тысячи евреев проживали среди 8-9 миллионого населения Испании, пользуясь широкой автономией и играя заметную роль в экономической, политической и культурной жизни полуострова. Если не считать тяжелого и более чем произвольного налогообложения евреев, оснований для жалоб было немного. Гранаду, к примеру, испанцы называли "еврейской Гранадой", не только потому, что признавали, что евреи были ее основателями и первыми жителями, но из-за колоссального влияния таких евреев, как Шмуэль ха Нагид, советник короля, или семейства Ибн-Эзра, определявших во многом интеллектуальную жизнь Гранады. Вообще говоря, многочисленность, экономический статус и культурный уровень делали евреев Гранады исключительно заметными. Сам ха Леви в юности был привлечен из христианской Испании в мусульманскую Андалусию ее славой культурного центра.     Но этот мирный период завершился вместе с окончанием периода стабильности в Испании. Наступление новой эпохи неуверенности и страха остро почувствовала еврейская община Гранады, все еврейское население Испании.     В конце XI в. христиане вели все более упорные войны, с целью отвоевать Испанию у мусульман. В 1085 г., под энергичным руководством Альфонса У1 Кастильского, была завоевана и так и осталась под властью католиков древняя столица королевства визиготов — Толедо. Чтобы противодействовать экспансии христиан, мавританские короли, правившие многочисленными мелкими княжествами, призвали на помощь альморавидского властителя Марокко, Юсуфа ибн-Ташуфина, который в 1086 г. остановил продвижение кастильской армии. Вскоре, однако, недавний союзник превратился в завоевателя. В 1090 г. Ташуфин вернулся и захватил Гранаду и всю мусульманскую Испанию, объединив ее на время под властью альморавидов. Мусульманско-христианский конфликт приобрел теперь все черты религиозной войны, где фанатичные мусульмане, уверенные, что попадут прямо в рай, искали смерти на поле сражения. Это столкновение христианства и ислама приобрело глобальный характер. Крестоносцы двинулись на завоевание Святой Земли, что им временно удалось осуществить в 1099 г.     Религиозный характер войны имел немедленные последствия по отношению к евреям и был источником неисчислимых страданий. С этого момента история испанских евреев стала историей преследований, экономических притеснений, насильственных обращений, завершившись полным изгнанием евреев из Испании в 1492 г. Иегуда ха Леви, несомненно, выразил общее настроение испанских евреев, когда писал в одном из своих стихотворений, что евреи стали жертвами "полчищ Сеира и Кедара", т.е. христианства и ислама, и что "когда они в смертельной схватке — мы падаем вместе с ними".     В результате вторжения альморавидов, еврейские беженцы из мусульманской Испании стали стекаться в христианские области страны, но жизнь там оказалась нелегкой.

[Mby]

"ИЗГНАННЫЕ ИЗ ИЕРУСАЛИМА"
 
Существует предание, что евреи появились на испанской земле еще в VI веке до нашей эры, когда храм Соломона в Иерусалиме был разрушен вавилонянами и самые ученые и знатные люди были насильно уведены в изгнание. Большинство из них вынуждены были в течение многих десятилетий томиться в "вавилонском плену", однако какая-то часть оказалась, по словам библейского пророка Овадьи, "в Сефараде". Слово "Сефарад" впоследствии прочно закрепилось за территорией Испании, хотя точно не известно, какое именно место имел в виду сам пророк.
Как бы то ни было, в Средние века евреи Испании с гордостью считали себя потомками тех аристократических иерусалимских изгнанников и находили в этом объяснение своим культурным достижениям.
Эпоха небывалого расцвета науки и литературы началась для евреев Испании после завоевания Иберийского полуострова мусульманами в VIII в. Столкновение с энергично развивавшейся арабской цивилизацией позволило еврейской культуре реализовать свой творческий потенциал во многих новых науках и литературных жанрах. Однако потребовалось несколько поколений, прежде чем появились те выдающиеся произведения еврейских поэтов, грамматиков, астрономов, математиков, философов и мистиков, благодаря которым испанский период в еврейской истории стали называть "Золотым веком".

[Mby]

   ХАСДАЙ ИБН ШАПРУТ. ЗВЕЗДА ПРИДВОРНОГО ЕВРЕЯ
 
В середине X века на небе Андалусии взошла звезда придворного еврея. Мусульмане и евреи шептались, говоря, что этот еврей - фаворит халифа, что в его власти навлечь на кого-либо милость или гнев. Сначала это были лишь слухи, и внешне человек, которого они касались, ничем не выделялся, но затем халиф стал давать ему разные поручения, и его имя стало широко известно: Хасдай бен Ицхак ибн Шапрут.
Его семья была родом из Хаена, важного города на востоке Андалусии. Отец - богатый и благочестивый Ицхак бен Эзра ибн Шапрут - переехал в столицу мусульманской Испании Кордову, где построил синагогу и материально поддерживал изучавших Тору.
Около 910 г. у него родился сын Хасдай. В детстве Хасдай получил традиционное образование, однако его душа особенно лежала к изучению языков. Не считая арабского, он прекрасно знал латинский и романсе (испанский разговорный диалект). Затем эти познания сыграют важную роль в его карьере, однако пока молодой человек решил полностью посвятить себя медицине. День и ночь он изучал труды арабских медиков Ближнего Востока, включавшие в себя и великое наследие греков. Кроме того, у него проявился виде один талант: умение общаться и завоевывать доверие людей. Все это, вкупе с амбициозностью, стремлением к славе и успеху, помогло ему стать одним из самых знаменитых практикующих врачей в Кордове. Вскоре он сообщил, что ему удалось открыть секрет древнего лекарства, которое помогает от укуса змеи, яда, желудочных болезней, близорукости, астмы и других недугов. Это чудесное средство греки называли териака, арабы - фарук, а евреи - мошиа ("спаситель"). Уже несколько сот лет никто не мог его приготовить. После этого молодой медик был приглашен ко двору.
Очень скоро он становится ближайшим советником халифа и получает под свое начало таможенное ведомство. Абд ар-Рахман хотел было сделать его главным казначеем, но назначение еврея на такой пост могло вызвать гнев мусульман. Тогда халиф, желая оказать ему должный почет, поставил его главой над всеми евреями халифата, присвоив титул Наси ("Князя"). Хасдай воспринимал свое возвышение как знак божественного провидения - он защищал евреев, раздавал помощь бедным, для которых он был живой легендой.
Кроме того, халиф стал с ним советоваться по вопросам дипломатии. Кордова была центром дипломатической деятельности, и халиф разделял это бремя с Хасдаем ибн Шапрутом, который не только отличался проницательным умом, но и знал много языков.
Императором в Константинополе в это время был Константин VII Багрянородный. Он отправил в Кордову дипломатическую миссию, которая привезла в качестве одного из подарков греческую рукопись знаменитого фармакологического компендиума Диоскорида (I в.), являвшегося настольной книгой фармацевтов в течение полутора тысяч лет. Хасдай ибн Шапрут вместе с монахом Николаем, приехавшим из Византии, взялся за полный перевод этой книги на арабский, чем заслужил еще большее уважение халифа.
В Кордову прибыла также делегация от короля Германии Оттона I, которую возглавлял аббат бенедиктинского монастыря Иоганн. Из-за возникшего в связи с его миссией религиозного и политического конфликта Иоганну пришлось задержаться в Кордове на целых три года. Все это время он находился в контакте с Хасдаем ибн Шапрутом и, вернувшись домой, написал в своих воспоминаниях, что "никогда не встречал человека столь мудрого и проницательного, как этот еврей".
Находясь на вершине успеха, Хасдай, однако, не мог не испытывать горечи, ибо он был одинок, его положение целиком зависело от воли халифа, а тот, опасаясь гнева своих единоверцев, не давал Ибн Шапруту заслуженного официального поста. Хасдай никогда не забывал своего происхождения. Он поддерживал отношения с еврейскими обшинами Палестины и Ирака (Вавилонии), обменивался письмами с сыном Саадьи Гаона р. Досой, писал в Константинополь к императорской чете с целью улучшить положение евреев на юге Италии.

[Mby]

   МЕНАХЕМ ИБН САРУК. СУДЬБА УЧЕНОГО
 
Одним из выдающихся молодых ученых и литераторов при дворе Хасдая ибн Шапрута был Менахем ибн Сарук. Он родился в одном из городов северо-восточной Испании и еще в ученические годы увлекался ивритской филологией и комментариями к Библии. Однако в провинции одаренному молодому человеку было трудно проявить себя, и после смерти отца, оставшись без средств, он отправляется в Кордову, где находит покровителя в лице человека, который доводился Хасдаю ибн Шапруту братом и во славу которого Менахем написал много стихов.
Оказавшись в среде, где он мог полностью посвятить себя ученым занятиям, Менахем погрузился в изучение трудов первых еврейских грамматиков - Иегуды ибн Курайша и Саадьи Гаона. Вдохновленный ими, он начал писать свое собственное филологическое сочинение, впоследствии ставшее знаменитым под названием "Махбэрет". Менахему пришлось, однако, испытать на себе и шаткость положения придворного литератора, целиком зависящего от расположения патрона. Однажды наступил час, когда ему пришлось вернуться в родной город и заняться торговлей.
Когда Хасдай ибн Шапрут достиг высочайшего положения при дворе халифа, он вспомнил о талантливом молодом человеке, которому когда-то покровительствовал его брат, и пригласил его к себе секретарем. Ибн Сарук на свой страх и риск бросил все дела и отправился в столицу, где продолжил писать "Махбэрет", а также стихи, в том числе на смерть отца и матери Хасдая. Именно он написал для Хасдая письма в Константинополь и к хазарскому царю, а также внес большой вклад в еврейскую филологию, разрабатывая теорию корня, анализируя редко встречающиеся в Библии слова и высказывая полемические возражения в адрес своих предшественников против сравнения иврита с арабским; все эти филологические изыскания вошли в его книгу. Вокруг талантливого ученого собралась группа учеников, многие из которых впоследствии стали великими грамматиками и поэтами.
Ученые занятия Менахема имели важнейшее значение для еврейской поэзии "Золотого века". Нелитургическая поэзия, возникшая в это время в Испании, используя арабскую тематику и принципы стихосложения, ставила своей задачей возрождение чистого библейского иврита. Для того, чтобы превратить слова древнего священного текста в язык литературного творчества, необходимо было изучить и систематизировать его лексику, грамматику, фразеологию, одним словом - необходимо было сделать Писание предметом филологии. Все без исключения еврейские поэты этой эпохи были выдающимися грамматистами (хотя не все филологи были поэтами). Таким образом, Менахем стал не только основателем самой значительной школы в еврейской филологии того времени, но и одним из зачинателей новой поэтической традиции.

[Mby]

...сивый кобыл на марше... +@> +@> +@>

вот и все на что нежидь способна...   Кретинизм - главный ее признак...

[healer]

вот и все на что нежидь способна...  Кретинизм - главный ее признак...

...попал в точку ... понравилось +@>...еще медалька для БСК есть...
...копипастер...

[Mby]

...попал в точку ...

с тобой приятно иметь дело... у тебя получается доказывать свой идиотизм еще лучше, чем у меня, твой...  Бывают латентные идиоты.., а ты, так явно выраженный...

[Mby]

...если бы тут не стирали, то что пишу.... ты бы ...

ну да...я тебе верю... +@>