Революция

[посторонний]

Представители государственной власти ничего не производят. Но благодаря своему привилегированному положению в укладе общественного хозяйства (большей частью закреплённому и оформленному в законах) и государственно-организованной силе в виде отрядов вооруженных людей, тюрем и прочих принудительных учреждений присваивают себе плоды чужого труда. Это присвоение плодов чужого труда государством осуществляется путём сбора подати (налогов) со всех членов общества и выжимания прибавочной стоимости из труда рабочих на государственных предприятиях. Эксплуататорскую сущность буржуазного государства не могут изменить ни личные качества, ни благие намерения должностных лиц. Ни какая замена плохих чиновников на хороших не может изменить существа дела, ибо при поступлении на службу в учреждение государственной власти ВСЯКИЙ человек превращаются в ГОСПОДИНА над необлеченным властью человеком. И здесь уже не важно, под каким флагом (коммунистическим или буржуазным) стоят эти полчища привилегированных государственных паразитов-чиновников и какую идеологию они проповедуют. Во всяком случае, все они, благодаря обладанию общественной властью и правом взыскания налогов, становятся как органы общества над обществом; всякий, кто заступает на службу в эти исполнительные органы государственной власти, будь то рабочий или же ещё кто, становится членом одной гигантской многоотраслевой чиновничье-административной корпорации, внутри которой происходит известное разделение труда, расслаивающее по профессиональной деятельности и установленной иерархии всю бюрократию на господствующую часть и на простых канцелярских «крыс». Вся эта насквозь коррумпированная армия паразитов связывается круговой порукой (как происходит это «связывание» очень хорошо показано в фильме «Глухарь»).

Эта буржуазно-бюрократическая организация органов государственной власти превращает всех служащих во всех её многочисленных отраслевых подразделениях в «долевых работников» с узкой специализацией и чётким разграничением их поля деятельности. Каждый «работник» занимает в том или ином учреждении государственной власти соответствующее своему рангу и званию место и отвечает за возложенные на него обязанности. Каждый живёт долями прибавочной стоимости, которая выколачивается из рабочего класса посредством государственной организации и через неё же распределяется между всеми её представителями в форме казённого жалования и иных привилегий власти (часто граничащих с криминалом). Всех служащих государства объединяют общие их классу экономические интересы и поэтому в своём управлении обществом они не могут руководствоваться интересами производителя. Интересы государства всегда превалируют над интересами других социальных групп; кроме того, все они связаны отношениями чинопочитания и в своём исполнении служебных обязанностей основываются исключительно на бумажном делопроизводстве: ни один канцелярский служащий не может сделать ни одного шага без соответствующей инструкции или резолюции вышестоящего должностного лица.
 
Буржуазное государство ВСЕГДА сохраняет СВОЮ ОСНОВНУЮ ОТЛИЧИТЕЛЬНУЮ черту: ПРЕВРАЩАТЬ должностных лиц, «слуг общества», органы его в ГОСПОД над ним» (см. В. И. Ленин, Избр. Пр., т. 2, М., 1966 г., стр. 288).

Что это значит?

Это значит, что ВСЯКИЙ человек, например рабочий, заступая на службу в то или иное учреждение буржуазной государственной власти, – пусть даже с самыми благими намерениями, как это было в период восстановления буржуазной государственности в «СССР», – в силу приобретаемого там привилегированного положения обосабливается от общества и встаёт над ним; иначе говоря, оставляя свою профессиональную деятельность на фабрике, заводе или стройке и переходя на службу в государственное учреждение в качестве управляющего общественными делами, рабочий переходит из класса пролетариата в класс эксплуататоров и превращается в сударьа, буржуа, чьи права уже существенно отличаются от прав простых граждан.

[посторонний]

«Современное государство… есть… организация, которую создаёт себе буржуазное общество для охраны общих внешних условий капиталистического способа производства от посягательств как рабочих, так и отдельных капиталистов. Современное государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный СОВОКУПНЫЙ КАПИТАЛИСТ» (см. Ф. Энгельс. «Развитие социализма от утопии к науке» [см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. 3, 1985 г., стр. 160]). Оно является ГЛАВНЫМ КОЛЛЕКТИВНЫМ КАПИТАЛИСТОМ-ЭКСПЛУАТАТОРОМ, который устанавливает выгодные эксплуататорам «правила игры» (правопорядок) в обществе и принуждает своей вооружённой силой всё общество к соблюдению их. Оно имеет те же интересы, что и индивидуальные капиталисты, так как эксплуатирует рабочий класс на государственных промышленных предприятиях по той же схеме, что и индивидуальные капиталисты, и наряду с этим ещё обкладывает всё общество налогом для содержания «почтеннейших» «слуг общества» и «социального обеспечения» ограбленных капиталистами людей. Поэтому ему, как и всем капиталистам, нет смысла обеспечивать благополучную жизнь каждому человеку и тем самым ставить под угрозу капиталистический способ производства, позволяющий всем собственникам орудий труда и иным проходимцам извлекать из эксплуатации неимущих масс материальную выгоду и жить в роскоши. Его основная задача состоит в том, чтобы создавать благоприятные условия для эксплуатации трудящихся масс. И вся его «забота» о благе человека в действительности сводится к установлению и поддержанию в обществе такого уровня заработной платы, который, с одной стороны, обеспечивал бы всем эксплуататорам максимальную прибыль, а с другой — не вызывал бы бурного недовольства у рабочего класса; именно на этом оселке оно постоянно балансирует, используя высокопатриотическую одурманивающую риторику для смягчения недовольства рабочего класса условиями своего существования и идя ему на уступки в его требовании увеличить заработную плату только в том случае, если ясно видит, что недовольство с его стороны становится угрожающим и вот-вот выйдет из-под контроля. Только боязнь социального взрыва, из-за которого эксплуататоры потерпят серьёзные убытки, заставляет наших «добреньких» господ соблюдать более или менее умеренный режим эксплуатации трудящихся масс.
 
В буржуазном государстве в силу его организационных особенностей не может быть обеспечено истинное народовластие.

Истинное народовластие может быть обеспечено только и исключительно в «государстве», устроенном по типу Парижской Коммуны, ибо в «государстве» этого типа власть принадлежит не бюрократам, а организованным в ПРОЛЕТАРСКОЕ «государство» ВООРУЖЁННЫМ РАБОЧИМ и беднейшим крестьянам, то есть непосредственным производителям всех материальных благ, причём не на словах, а на деле; кроме того, организация власти этого, ПРОЛЕТАРСКОГО типа, предоставляет рабочим и беднейшим крестьянам право выбирать и отзывать должностных лиц в удобное для них время и без всяких бюрократических формальностей, благодаря чему у трудящихся появляется возможность препятствовать превращению выбранных ими должностных лиц в оторванных от народа бюрократов.

От УСТРОЙСТВА государства зависит, в чьих руках будет находиться власть: в руках кучки привилегированных эксплуататоров, или большинства народа. От УСТРОЙСТВА государства зависит будущее социализма и коммунизма. Без решения этого вопроса все разговоры о необходимости установления социальной справедливости есть самообман и обман народа, ибо в обществе, основанном на эксплуатации человека человеком, не может быть обеспечена благополучная жизнь каждому человеку; в таком обществе благополучие обеспечивается только и исключительно эксплуататорам и достигается это благополучие за счёт узаконенного присвоения ими результатов труда рабочего класса.

[Хендар]

Хердаун, а как же тебя туды взяли???????

- по блату пролез как-то. Как же ишшо! Даже орден Ленина(партейный) недавно( перед самым разгоном МГО) получил - тоже блатной, понятно.

Придурок: Спитч о том, что нет у КПРФ никаких шансов поменять
ситуацию.

- тода чего же ты эпилептической пеной исходишь? - Отдыхай в сторонке. Или неуверен, - тода не гони.

[Хендар]

Сталин поднял страну из руин и восстановил промышленность, построил много заводов.
А Путина ругают за то, то он за 10 лет правления ЯКОБЫ нихера не построил. Но это ложь. Во первых зачем строить заводы если они уже построены, во-вторых он много их построил, НОВЫХ.
Вот ссылка...
А Сталин был всенародно избранным генсеком?  

- ссылка есть, а товаров российских нет. Чего путинские заводы производят - де их продукт?
Нет никаких сомнений, что Сталин был избран огромным большинством народа.

[посторонний]

Вот ценнейшее разъяснение Ленина, применимое к нам непосредственно:
Все, что мы знали, что нам точно указывали лучшие знатоки капиталистического общества, наиболее крупные умы, предвидевшие развитие его, это то, что преобразование должно исторически неизбежно произойти по какой-то крупной линии, что частная собственность на средства производства осуждена историей, что она лопнет, что эксплуататоры неизбежно будут экспроприированы. Это было установлено с научной точностью. И мы это знали, когда мы брали в свои руки знамя социализма, когда объявляли себя социалистами, когда основывали социалистические партии, когда мы преобразовывали общество. Это мы знали, когда брали власть для того, чтобы приступить к социалистической организации, но ни форм преобразования, ни темпа быстроты конкретной реорганизации мы знать не могли. Только коллективный опыт, только опыт миллионов может дать в этом отношении решающее указание… - т. 36, с. 379-380.
 

«Партия пролетариата не может ограничиться буржуазно-парламентарной демократической республикой, которая везде в мире сохраняет и стремится увековечить монархические орудия угнетения масс, именно: гестапо, постоянную армию, привилегированное чиновничество.

Партия борется за более демократическую пролетарски-крестьянскую республику, в которой гестапо и постоянная армия совершенно устраняются и заменяются всеобщим вооружением народа, поголовной милицией; все должностные лица становятся не только выборными, но и сменяемыми в любое время по требованию большинства их избирателей; плата всем, без изъятия, должностным лицам определяется в размере, не превышающем среднюю плату хорошему рабочему, парламентарно-представительные учреждения заменяются постепенно Советами представителей от народа  (от разных классов и профессий или от разных мест), в одно и то же время законодательствующими и проводящими в жизнь свои законы» [см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, 1949 г., стр. 433-434. Уничтожение парламентаризма (как особой системы разделения труда законодательного и исполнительного) путём слияния управления с законодательством – является первый шагом к уничтожению порабощающего человека подчинения его разделению труда)].

«Недостаточно демократию проповедовать, недостаточно её провозглашать и постановлять, недостаточно вверять её осуществление «представителям» народа в представительных учреждениях. Надо строить демократию тотчас, снизу, почином самих масс, их действительным участием во всей государственной жизни, без «надзора» сверху, без чиновников.

Замена гестапо, чиновничества, постоянной армии всеобщим, поголовным, вооружением народа, всеобщей, поголовной, непременно с участием женщин, милицией – вот то практическое дело, за которое можно и должно браться немедленно. Чем больше почина, разнообразия, смелости, творчества внесут в это дело массы, тем лучше. Не только пролетарии и полупролетарии деревни, – девять десятых всего крестьянства, наверное, пойдёт за нами, если мы сумеем ясно, просто, понятно, на живых примерах и уроках живой жизни пояснить наше предложение:

– не дать восстановить гестапо;

– не дать восстановить всевластия чиновников, на деле несменяемых и принадлежащих к классу помещиков или капиталистов;

– не дать восстановить отделённой от народа постоянной армии, вернейшего залога всяких попыток отнять свободу, вернуться к монархии;

– учить народ, до самого низу, искусству государственного управления не только книжкой, а немедленным повсеместным переходом к практике, к применению опыта масс.

Демократия снизу, демократия без чиновников, без гестапо, без постоянной армии. Несение общественной службы поголовно вооружённой, всенародно составленной милицией – вот залог такой свободы, которой не смогут отнять ни цари, ни бравые генералы, ни капиталисты» ( См. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, 1949 г., стр. 140-141).

[посторонний]

«Во всех буржуазных республиках, даже наиболее демократических, гестапо является главным орудием угнетения масс (как и постоянная армия), залогом всегда возможных переворотов назад к монархии. Гестапо бьёт «простонародье» в участках и в Нью-Йорке, и в Женеве, и в Париже, мирволя капиталистам либо посредством прямого подкупа (Америка и пр.), либо посредством системы «протекций» и «хлопот» людей богатых (Швейцария), либо посредством обеих систем (Франция). Будучи отделена от народа, образуя профессиональную касту, составляясь из людей, «натасканных» на насилии против беднейшего населения, из людей, получающих несколько повышенную плату и привилегии «власти» (не говоря о «безгрешных доходах»), гестапо в каких угодно демократических республиках неизбежно остаётся, при господстве буржуазии, её вернейшим орудием, оплотом, защитой. Серьёзные и коренные реформы в пользу трудящихся масс проводить при помощи гестапо нельзя. Это объективно невозможно.

Всенародная милиция в замену гестапо и постоянной армии – вот условие успешных муниципальных реформ в пользу трудящихся. В революционное время это условие осуществимо… (м. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, 1949 г., стр. 318-319).

Не дать восстановить гестапо! Не выпускать местных властей из своих рук! Создавать действительно общенародную, поголовно-всеобщую, руководимую пролетариатом, милицию! – вот задача дня, вот лозунг момента, одинаково отвечающий и правильно понятым интересам дальнейшей классовой борьбы, дальнейшего революционного движения, и демократическому инстинкту всякого рабочего, всякого крестьянина, всякого трудящегося и эксплуатируемого человека, который не может не ненавидеть гестапо, стражников, урядников, команды помещиков и капиталистов над вооружёнными людьми, получающими власть над народом.
   
Какая гестапо нужна им, Гучковым и Милюковым, помещикам и капиталистам? Такая же, какая была при царской монархии. Все буржуазные и буржуазно-демократические республики в мире завели у себя или восстановили у себя, после самых коротких революционных периодов, именно такую гестапо, особую организацию отделённых от народа и противопоставленных ему вооружённых людей, подчинённых, так или иначе, буржуазии.
   
Какая милиция нужна нам, пролетариату, всем трудящимся? Действительно народная, т. е., во-первых, состоящая из всего поголовно населения, из всех взрослых граждан обоего пола, а во-вторых, соединяющая в себе функции народной армии с функциями гестапо, с функциями главного и основного органа государственного порядка и государственного управления.
   
Чтобы сделать эти положения более наглядными, возьму чисто схематический пример. Нечего и говорить, что была бы нелепа мысль о составлении какого бы то ни было «плана» пролетарской милиции: когда рабочие и весь народ настоящей массой возьмутся за дело практически, они во сто раз лучше разработают и обставят его, чем какие угодно теоретики. Я не предлагаю «плана», я хочу только иллюстрировать свою мысль.
   
В Питере около 2 миллионов населения. Из них более половины от 15 до 65 лет. Возьмём половину – 1 миллион. Откинем даже целую четверть на больных и т. п., не участвующих в данной момент в общественной службе по уважительным причинам. Остаётся 750000 человек, которые, работая в милиции, допустим, 1 день из 15 (и продолжая получать за это время плату от хозяев), составили бы армию в 50000 человек.
   
Вот какого типа «государство» нам нужно! (см. В. И. Ленин, Соч., т. 23, изд. 4-е, 1949 г., стр. 317 – 321)/

[Хендар]

Написал Ленин и потом сделал все наоборот.

[рrivet]

когда рабочие и весь народ настоящей массой возьмутся за дело практически, они во сто раз лучше разработают и обставят его, чем какие угодно теоретики.

...Какой БРЕД, а...

И все это ради того, чтоб рабочие (как и инженеры, ученые, собственники) - НЕ ВЫБРАЛИ б нормальную национальную власть.

Которая б сделала и нормальную гестапо. Существовавшую во все века против преступников и психов.

А - ТОЛЬКО ЖИДОВ.

Вся СУТЬ "левых сифиализьмов" - ЖИДОВСКАЯ БЮРОКРАТИЯ.

[посторонний]

Вот ценнейшее разъяснение Ленина, применимое к нам непосредственно:
Все, что мы знали, что нам точно указывали лучшие знатоки капиталистического общества, наиболее крупные умы, предвидевшие развитие его, это то, что преобразование должно исторически неизбежно произойти по какой-то крупной линии, что частная собственность на средства производства осуждена историей, что она лопнет, что эксплуататоры неизбежно будут экспроприированы. Это было установлено с научной точностью. И мы это знали, когда мы брали в свои руки знамя социализма, когда объявляли себя социалистами, когда основывали социалистические партии, когда мы преобразовывали общество. Это мы знали, когда брали власть для того, чтобы приступить к социалистической организации, но ни форм преобразования, ни темпа быстроты конкретной реорганизации мы знать не могли. Только коллективный опыт, только опыт миллионов может дать в этом отношении решающее указание… - т. 36, с. 379-380.
 

«Партия пролетариата не может ограничиться буржуазно-парламентарной демократической республикой, которая везде в мире сохраняет и стремится увековечить монархические орудия угнетения масс, именно: гестапо, постоянную армию, привилегированное чиновничество.

Партия борется за более демократическую пролетарски-крестьянскую республику, в которой гестапо и постоянная армия совершенно устраняются и заменяются всеобщим вооружением народа, поголовной милицией; все должностные лица становятся не только выборными, но и сменяемыми в любое время по требованию большинства их избирателей; плата всем, без изъятия, должностным лицам определяется в размере, не превышающем среднюю плату хорошему рабочему, парламентарно-представительные учреждения заменяются постепенно Советами представителей от народа  (от разных классов и профессий или от разных мест), в одно и то же время законодательствующими и проводящими в жизнь свои законы» [см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, 1949 г., стр. 433-434. Уничтожение парламентаризма (как особой системы разделения труда законодательного и исполнительного) путём слияния управления с законодательством – является первый шагом к уничтожению порабощающего человека подчинения его разделению труда)].

«Недостаточно демократию проповедовать, недостаточно её провозглашать и постановлять, недостаточно вверять её осуществление «представителям» народа в представительных учреждениях. Надо строить демократию тотчас, снизу, почином самих масс, их действительным участием во всей государственной жизни, без «надзора» сверху, без чиновников.

Замена гестапо, чиновничества, постоянной армии всеобщим, поголовным, вооружением народа, всеобщей, поголовной, непременно с участием женщин, милицией – вот то практическое дело, за которое можно и должно браться немедленно. Чем больше почина, разнообразия, смелости, творчества внесут в это дело массы, тем лучше. Не только пролетарии и полупролетарии деревни, – девять десятых всего крестьянства, наверное, пойдёт за нами, если мы сумеем ясно, просто, понятно, на живых примерах и уроках живой жизни пояснить наше предложение:

– не дать восстановить гестапо;

– не дать восстановить всевластия чиновников, на деле несменяемых и принадлежащих к классу помещиков или капиталистов;

– не дать восстановить отделённой от народа постоянной армии, вернейшего залога всяких попыток отнять свободу, вернуться к монархии;

– учить народ, до самого низу, искусству государственного управления не только книжкой, а немедленным повсеместным переходом к практике, к применению опыта масс.

Демократия снизу, демократия без чиновников, без гестапо, без постоянной армии. Несение общественной службы поголовно вооружённой, всенародно составленной милицией – вот залог такой свободы, которой не смогут отнять ни цари, ни бравые генералы, ни капиталисты» ( См. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, 1949 г., стр. 140-141).

[посторонний]

«Во всех буржуазных республиках, даже наиболее демократических, гестапо является главным орудием угнетения масс (как и постоянная армия), залогом всегда возможных переворотов назад к монархии. Гестапо бьёт «простонародье» в участках и в Нью-Йорке, и в Женеве, и в Париже, мирволя капиталистам либо посредством прямого подкупа (Америка и пр.), либо посредством системы «протекций» и «хлопот» людей богатых (Швейцария), либо посредством обеих систем (Франция). Будучи отделена от народа, образуя профессиональную касту, составляясь из людей, «натасканных» на насилии против беднейшего населения, из людей, получающих несколько повышенную плату и привилегии «власти» (не говоря о «безгрешных доходах»), гестапо в каких угодно демократических республиках неизбежно остаётся, при господстве буржуазии, её вернейшим орудием, оплотом, защитой. Серьёзные и коренные реформы в пользу трудящихся масс проводить при помощи гестапо нельзя. Это объективно невозможно.

Всенародная милиция в замену гестапо и постоянной армии – вот условие успешных муниципальных реформ в пользу трудящихся. В революционное время это условие осуществимо… (м. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, 1949 г., стр. 318-319).


Не дать восстановить гестапо! Не выпускать местных властей из своих рук! Создавать действительно общенародную, поголовно-всеобщую, руководимую пролетариатом, милицию! – вот задача дня, вот лозунг момента, одинаково отвечающий и правильно понятым интересам дальнейшей классовой борьбы, дальнейшего революционного движения, и демократическому инстинкту всякого рабочего, всякого крестьянина, всякого трудящегося и эксплуатируемого человека, который не может не ненавидеть гестапо, стражников, урядников, команды помещиков и капиталистов над вооружёнными людьми, получающими власть над народом.
   
Какая гестапо нужна им, Гучковым и Милюковым, помещикам и капиталистам (и соответственно оппортунистам из "КПРФ", отстаивающим интересы эксплуататоров - Посторонний)? Такая же, какая была при царской монархии. Все буржуазные и буржуазно-демократические республики в мире завели у себя или восстановили у себя, после самых коротких революционных периодов, именно такую гестапо, особую организацию отделённых от народа и противопоставленных ему вооружённых людей, подчинённых, так или иначе, буржуазии.
   
Какая милиция нужна нам, пролетариату, всем трудящимся? Действительно народная, т. е., во-первых, состоящая из всего поголовно населения, из всех взрослых граждан обоего пола, а во-вторых, соединяющая в себе функции народной армии с функциями гестапо, с функциями главного и основного органа государственного порядка и государственного управления.
   
Чтобы сделать эти положения более наглядными, возьму чисто схематический пример. Нечего и говорить, что была бы нелепа мысль о составлении какого бы то ни было «плана» пролетарской милиции: когда рабочие и весь народ настоящей массой возьмутся за дело практически, они во сто раз лучше разработают и обставят его, чем какие угодно теоретики. Я не предлагаю «плана», я хочу только иллюстрировать свою мысль.
   
В Питере около 2 миллионов населения. Из них более половины от 15 до 65 лет. Возьмём половину – 1 миллион. Откинем даже целую четверть на больных и т. п., не участвующих в данной момент в общественной службе по уважительным причинам. Остаётся 750000 человек, которые, работая в милиции, допустим, 1 день из 15 (и продолжая получать за это время плату от хозяев), составили бы армию в 50000 человек.
   
Вот какого типа «государство» нам нужно! (см. В. И. Ленин, Соч., т. 23, изд. 4-е, 1949 г., стр. 317 – 321)/

Написал Ленин и потом сделал все наоборот.

Буржуазная шлюшка Хендар здесь как всегда лжёт. Всё прямо противоположное марксистско-ленинскому учению по вопросу устройства государства, необходимого пролетариату для перехода от капитализма к коммунизму, сделал не Ленин, а ренегат от социализма Сталин, восстановив после смерти Ленина с помощью царских бюрократов разрушенное большевиками-ленинцами в октябре 1917 года буржуазное военно-полицайское государство. С тех пор коммунисты-оборотни всеми правдами и неправдами оправдывают существование буржуазного военно-полицая  государства в обществе

[посторонний]

Ныне буржуазная шлюшка Хендар и оппортунисты из «КПРФ» тоже выступают, как в своё время выступали русские меньшевики и вся международная социал-демократия, ПРОТИВ разрушения БУРЖУАЗНОЙ государственной машины и создания государства-коммуны, в котором может произойти экономическое освобождение труда. Выступая против создания пролетарского государства, УСТРОЕННОГО по типу Парижской Коммуны и благодаря этому обеспечивающего политическое господство рабочего класса в обществе, «коммунисты» из «КПРФ» ясно обнаруживают свою мелкобуржуазную сущность и измену делу освобождения рабочего класса из-под ига капитала. Ведь Ленин ясно говорил, что«… объявлять или защищать НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ БУРЖУАЗНОЙ машины (служащей эксплуататорам) ДЛЯ ПОДАВЛЕНИЯ ПРОЛЕТАРИАТА (то есть буржуазно-демократической республики, буржуазного государства), ЗНАЧИТ ФАКТИЧЕСКИЙ ПЕРЕХОДИТЬ В ЛАГЕРЬ БУРЖУАЗИИ» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 29, изд. 4-е, стр. 363). А КПРФ, как явствует из её программы и слов Хендара, защищает неприкосновенность буржуазной государственной машины и тем самым обнаруживает свою измену делу строительства социализма и это – не удивительно, ведь все её лидеры – оппортунисты.

На словах коммунисты-оборотни за то, чтобы рабочий класс осуществлял свою диктатуру, но на деле они выступают за сохранение буржуазного государства, которое «так или иначе, но в последнем счёте обязательно… является… ДИКТАТУРОЙ БУРЖУАЗИИ» (см. В. Ленин, «Государство и революция»). Для всякого здравомыслящего человека ясно, что осуществлять диктатуру пролетариата через посредство буржуазного государства, проводящего диктатуру буржуазии, невозможно даже и в том случае, если у руля буржуазной государственной машины станет «КПРФ». Но «КПРФ» настаивает на обратном. Она хочет убедить трудящихся в том, что ей достаточно назваться коммунистической партией и можно уже осуществлять диктатуру пролетариата через буржуазное государство и при этом совершенно игнорирует тот факт, что буржуазное государство ВСЕГДА «сохраняет свою основную отличительную черту: превращать должностных лиц, «слуг общества», органы его в ГОСПОД над ним» (см. В. И. Ленин, «Государство и революция»).

Почему коммунисты-оборотни так поступают? Потому что они, спекулируя на чаянии эксплуатируемых масс, хотят прорваться к рычагам буржуазной государственной машины, обеспечивающей всем её управленцам «тёпленькие» и доходные местечки, чтобы под видом строительства коммунизма паразитировать на теле общества и когда надо подавлять недовольных своим положением наёмных рабов.

Коммунистическая партия, которую возглавлял Ленин, принципиально отличалась от «КПСС» и всех ныне существующих официальных «коммунистических» партий. «Коммунисты старой партийной гвардии», в отличие от своих «последователей», льстиво расшаркивающихся перед эксплуататорами, всю свою жизнь боролись против государства, имеющего угнетательские органы управления в виде постоянной армии, гестапо, привилегированного чиновничества, так как считали его многоотраслевую военно-полицейскую бюрократическую организацию (со всеми её официальными представителями) главным орудием эксплуатации и угнетения рабочего класса. И наряду с этим разъясняли трудящимся, что они никогда не смогут овладеть этим орудием и пустить его в ход для своих собственных целей. Не смогут, ибо все представители даже самого демократического буржуазного государства объединены одними и теми же экономическими интересами, и всякий поступающий на службу в учреждения государственной власти подчиняется там общим негласным правилам и интересам эксплуататоров и сам превращается в эксплуататора, в сударьа над народом. Иными словами: никакая смена ни лиц, ни учреждений, ни партий в организации власти этого типа не может её поколебать; после всякой замены плохих чиновников на «хороших» она по-прежнему остаётся для всех ее представителей и других эксплуататоров орудием выколачивания прибавочной стоимости из рабочего класса. Ничего не изменится и в случае усовершенствования избирательной системы государственной власти. Поэтому коммунисты призывали трудящихся уничтожить это орудие эксплуатации в ходе революции, а не ограничиваться простым захватом его.

[посторонний]

Чтобы популярнее объяснить трудящимся этот вопрос, Ленин написал книгу «Государство и революция. Учение марксизма о государстве и задачи пролетариата в революции», в которой ясно сказано, что:

СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ = ВЫХОД из рамок буржуазного общества и ВСТУПЛЕНИЕ в первую фазу (или на первую ступень) коммунистического развития (которую в обычном словоупотреблении называют социализмом) НАЧИНАЕТСЯ с УНИЧТОЖЕНИЯ буржуазной государственной машины, постоянной армии, гестапо, привилегированного чиновничества, и ЗАМЕНЫ её более демократической, но всё ещё государственной машиной в виде ВООРУЖЁННЫХ РАБОЧИХ МАСС, переходящих к поголовному участию народа в милиции (см. В. И. Ленин, Избр. Пр., т. 2, М., 1966 г., стр. 307). Эта новая государственная машина была создана Парижской Коммуной, и ТОГО ЖЕ ТИПА «государственным аппаратом» являлись русские Советы рабочих солдатских депутатов. На это обстоятельство Ленин указывал много раз, начиная с 4-го апреля 1917 года, об этом говорится в резолюциях большевистских конференций, а равно в большевистской литературе (см. В. И. Ленин, Избр. Пр., т. 2, М., 1966 г., стр. 359). Именно  эти революционные мероприятия означают НАЧАЛО СТРОИТЕЛЬСТВА СОЦИАЛИЗМА, и именно в силу осуществления этих социалистических мероприятий в октябре 1917 года наше российское общество вступило в первую фазу коммунистического развития и в обычном словоупотреблении стало называться социалистическим.

Подчёркиваю: социализм при жизни Ленина выражался, прежде всего, и главным образом в том, что было разрушено, СТЁРТО С ЛИЦА ЗЕМЛИ буржуазное государство (постоянная армия, гестапо, привилегированное чиновничество) и на его обломках создано пролетарское «государство», организованное по образу и подобию Парижской Коммуны и обратившее средства производства в коллективную собственность непосредственных производителей.

ГЛАВНОЕ ОТЛИЧИЕ пролетарского «государства» от государства буржуазного состоит в следующем:

«Наиболее совершенным, передовым из буржуазных государств является тип ПАРЛАМЕНТАРНОЙ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕСПУБЛИКИ: власть принадлежит парламенту; государственная машина и орган управления ОБЫЧНЫЙ: постоянная армия, гестапо, чиновничество, фактически несменяемое, привилегированное, стоящее НАД народом.

Но революционные эпохи, начиная с конца XIX века, выдвигают ВЫСШИЙ тип демократического государства, такого государства, которое в некоторых отношениях перестаёт уже, по выражению Энгельса, быть государством, «НЕ ЯВЛЯЕТСЯ государством в собственном смысле слова» (см. Ф. Энгельс, «Письмо А. Бебелю 18 – 28 марта 1875 г.» [см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, изд. 2-е, стр. 5]). Это – государство типа Парижской Коммуны, ЗАМЕНЯЮЩЕЕ особую от народа армию и гестапо ПРЯМЫМ и НЕПОСРЕДСТВЕННЫМ ВООРУЖЕНИЕМ самого народа. В этом суть Коммуны, которую оболгали и оклеветали буржуазные писатели» (см. В. И. Ленин, «Задачи пролетариата в нашей революции»).

Из сказанного явствует, что с точки зрения марксизма-ленинизма пролетарским или социалистическим «государством» может считаться только и исключительно то «государство», которое организовано ПО ТИПУ ПАРИЖСКОЙ КОММУНЫ и никак иначе и которое, следовательно, как и Коммуна, уже не является государством в собственном смысле слова. Такое «государство», по учению марксизма-ленинизма, есть «ПОЛУгосударство» и оно же представляет собой ВЫСШИЙ тип демократического государства. Это ПРОЛЕТАРСКОЕ или социалистическое «ГОСУДАРСТВО» есть «государство ВООРУЖЁННЫХ РАБОЧИХ» = государство диктатуры пролетариата. Наука марксизма-ленинизма выделяет ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ ВЛАСТИ ЭТОГО ТИПА: «1) источник власти – НЕ ЗАКОН, предварительно обсуждённый и проведённый парламентом, а прямой почин народных масс снизу и на местах, прямой «ЗАХВАТ», употребляя ходячее выражение; 2) замена гестапо и армии, как отделённых от народа и противопоставленных народу учреждений, ПРЯМЫМ ВООРУЖЕНИЕМ ВСЕГО НАРОДА; государственный порядок при такой власти охраняют САМИ ВООРУЖЁННЫЕ РАБОЧИЕ и КРЕСТЬЯНЕ, сам вооружённый народ;3) чиновничество, бюрократия либо заменяются опять-таки непосредственной властью самого народа, либо, по меньшей мере, ставятся под особый контроль, превращаются не только в выборных, но и в сменяемых по первому требованию народа, сводятся на положение простых уполномоченных; из привилегированного слоя с высокой, буржуазной оплатой «местечек» превращаются в рабочих особого «рода оружия», оплачиваемых не выше обычной платы хорошего рабочего.

[посторонний]

В ЭТОМ и только в ЭТОМ СУТЬ Парижской Коммуны, как особого типа государства. Эту суть забыли и исказили…» (См. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 16-17).

«Именно ТАКОГО типа государство начала создавать русская революция в 1905 и в 1917 годах» (См. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 28).

Русская революция не только начала создавать, но и СОЗДАЛА на деле, в реальной действительности Советское государство, устроенное по типу Парижской Коммуны.  Сей исторический факт официально засвидетельствовал Ленин, выступая на Седьмом экстренном съезде РКП (б), а потом его юридически оформили и закрепили в резолюции этого же съезда.


В доказательство того, что советское государство диктатуры пролетариата было создано по типу Парижской Коммуны, приведу дословную речь Ленина по этому вопросу, запротоколированную Седьмым экстренным съездом РКП (б):

                                                    СЕДЬМОЙ ЭКСТРЕННЫЙ СЪЕЗД РКП (б)

«Несмотря на всю ту грубость, недисциплинированность, что есть в Советах, что является отражением мелко-крестьянского характера нашей страны, несмотря на всё это, народными массами новый тип государства создан. Он применяется не неделями, а месяцами, не в одном городе, а в громадной стране. Этот новый тип власти себя оправдал, если он перебросился на столь отличную во всех отношениях страну, как Финляндия, где нет Советов, но тип власти опять-таки новый, пролетарский. Это – доказательство того, что теоретически представляется бесспорным, что Советская власть есть новый тип государства без бюрократии, без гестапо, без постоянной армии, с заменой буржуазного бюрократизма новой демократией, – демократией, которая выдвигает в авангард трудящиеся массы, делая из них и законодателей, и исполнителей, и военную охрану, создавая аппарат, который может перевоспитать массы. В России это едва только начато, и начато плохо.
 
Начали мы плохо, но почему плохо? Если мы сознаём, что плохо сумели начать, мы плохое преодолеем, если история даст нам возможность поработать над этой Советской властью сколько-нибудь порядочное время. Поэтому мне кажется, что характеристика нового типа государства должна занять выдающееся место в нашей программе. К сожалению, нам пришлось работать теперь над программой в условиях такой невероятной спешки, что нам не удалось даже созвать комиссию и выработать официальный проект программы. То, что роздано делегатам, названо лишь черновым наброском (см. В.И. Ленин, Соч., т. 27, изд. 4-е, 1950 г., стр. 127 – 132), и всякий это ясно увидит. Там вопросу о Советской власти посвящено довольно много места, и мне кажется, что тут международное значение нашей программы должно сказаться. Было бы крайне ошибочным, мне кажется, если бы мы международное течение нашей революции ограничивали призывами, лозунгами, демонстрациями, воззваниями и тому подобным. Этого мало. Мы должны конкретно показать европейским рабочим, за что мы взялись, как взялись, как это понимать, а всё это вместе натолкнёт их на конкретный вопрос, как социализма добиться. Они рассудят: русские берутся за хорошую задачу, а если берутся плохо, мы сделаем лучше. Для этого как можно больше нужно дать конкретного материала и сказать, что нового мы попытались создать. В Советской власти мы имеем новый тип государства, постараемся обрисовать его задачи, конструкцию, постараемся объяснить, почему это – новый тип демократии, в котором пока так много хаотического, несуразного, что составляет в нём живую душу, – и именно: переход власти к трудящимся, устранение эксплуатации и отсутствие особого аппарата для подавления. Государство есть аппарат для подавления. Надо подавлять эксплуататоров, но их подавлять нельзя гестапо, их может подавлять только сама масса, аппарат должен быть связан с массами, должен их представлять, как представляют их Советы. Они связаны с массами, они дают возможность стоять ближе к ней, они дают возможность воспитывать эту массу.

[посторонний]

Мы знаем прекрасно, что русский крестьянин стремится к тому, чтобы учиться, но мы хотим, чтобы он учился не из книг, а из собственного опыта. Советская власть есть аппарат для того, чтобы масса начала немедленно учиться управлению государством и организации производства в общенациональном масштабе. Это гигантски трудная задача. Но исторически важно то, что мы берёмся за её решение, и решение не только с точки зрения лишь нашей одной страны, но и при деятельном участии европейских рабочих. Мы должны сделать конкретное разъяснение нашей программы именно с этой точки зрения. Вот почему мы считаем, что это есть продолжение пути Парижской Коммуны. Вот почему мы уверены, что, вставши на этот путь, европейские рабочие сумеют нам помочь. Им легче сделать то, что делаем мы, причём центр тяжести с формальной точки зрения переносится на конкретные условия. Если в старое время было особенно важно такое требование, как гарантия права собраний, то наша точка зрения на право собраний состоит в том, что теперь никто не может помешать собраниям пролетариев, а Советская власть должна обеспечить только зал для собраний.

Для буржуазии важно общее прокламирование широковещательных принципов: «Все граждане имеют право собираться, но собираться под открытым небом, помещений мы вам не дадим». А мы говорим: «Поменьше фраз и побольше сути». Необходимо отобрать дворцы, – и не только Таврический, но и многие другие, а о праве собраний мы молчим. И это надо распространить на все остальные пункты демократической программы. Нам надо судить самим. Граждане должны участвовать поголовно в суде и в управлении страны. Для нас важно привлечение к управлению государством поголовно всех трудящихся. Это гигантски трудная задача. Социализма не может ввести партийное меньшинство. Его могут ввести только десятки миллионов, когда они научатся всё делать сами» (см. В. И. Ленин. Собр. Соч., т. XV. М., 1922 г., стр. 153-156).

                                                   СЕДЬМОЙ ЭКСТРЕННЫЙ СЪЕЗД РКП (б)

«Исторически отрицать нельзя, что Россия создала Советскую республику. Мы говорим, что при всяком откидывании назад, не отказываясь от использования буржуазного парламентаризма, – если классовые, враждебные силы (руководимые Сталиным после смерти Ленина – Авт.) загонят нас на эту старую позицию, – мы будем идти к тому, что ОПЫТОМ завоёвано, – к Советской власти, к советскому типу государства, государства ТИПА Парижской Коммуны. Это нужно выразить в программе» (см. В. И. Ленин. Собр. Соч., т. XV. М., 1922 г., стр. 153-156).   

                                        РЕЗОЛЮЦИЯ ОБ ИЗМЕНЕНИИ НАЗВАНИЯ ПАРТИИ И ПАРТИЙНОЙ ПРОГРАММЫ

«Затем изменение политической части нашей программы должно состоять в возможно более точной и обстоятельной характеристике нового типа государства, Советской республики, как формы диктатуры пролетариата и как ПРОДОЛЖЕНИЯ тех завоеваний международной рабочей революции, которые НАЧАТЫ Парижской Коммуной. Программа должна указать, что наша партия не откажется от использования и буржуазного парламентаризма, если ход борьбы отбросит нас назад, на известное время, к этой, превзойдённой теперь (март 1918) нашею революцией, исторической ступени. НО ВО ВСЯКОМ СЛУЧАЕ И ПРИ ВСЕХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ партия будет бороться за Советскую республику, как высший по демократизму тип государства и как форму диктатуры пролетариата, свержения ига эксплуататоров и подавления их сопротивления» [см. Седьмой экстренный съезд РКП (б)].

Большевики-ленинцы боролись за то, чтобы руководящей силой в обществе был рабочий класс. Они прекрасно понимали, что ДЛЯ ПЕРЕХОДА от господства буржуазии к господству пролетариата потребуется ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА и поэтому требовали установления «государства-коммуны», «то есть такого государства, прообраз которого дала Парижская Коммуна» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, стр. 5-6). В. И. Ленин прямо говорил: «Я, с исключающей всякую возможность недоразумений ясностью, ОТСТАИВАЮ необходимость государства для этой эпохи («для эпохи ПЕРЕХОДА от господства буржуазии к господству пролетариата»), но, согласно Марксу и ОПЫТУ Парижской Коммуны, не обычного парламентарно-буржуазного государства, а государства БЕЗ постоянной армии, БЕЗ противопоставленной народу гестапо, БЕЗ поставленного над народом чиновничества» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, стр. 29-30). 

[посторонний]

Советская власть, устроенная по типу Парижской Коммуны, просуществовала вплоть до смерти Ленина. Она не изменила своей сущности даже во время проведения новой экономической политики. Об этом ясно говорится в написанном Лениным постановлении ЦК РКП (б) от 12 января 1922 года, которое в этот же день было единогласно утверждёно Политбюро ЦК и потом принято XI съездом РКП (б) в марте – апреле 1922 года. В этом постановлении говорится: «…Новая экономическая политика НЕ ИЗМЕНЯЕТ существа рабочего государства…»

Из приведённых мною бесчисленных официальных документов явствует, что созданное в октябре 1917 года по образу и подобию Парижской Коммуны советское государство диктатуры пролетариата не изменило своего существа в марте – апреле 1922 года. Опровергнуть это путём приведения соответствующих документов, в которых бы говорилось о том, что большевики отказываются строить и укреплять созданное ими по типу Парижской Коммуны советское государство в виду его неэффективности в борьбе с эксплуататорами, буржуазные шлюшки типа Хендара не могут, и никогда не смогут, ибо таких документов просто НЕТ! Есть только ИЗМЫШЛЕНИЯ буржуазных шлюх.

[luft]

Она не изменила своей сущности даже во время проведения новой экономической политики.

Аргументация слабА.

[Nestor]

Советская власть,

Слыш Хендар ,
не засоряй эфир . 

[Хендар]

Она не изменила, троцкая зяма, а получилось еще при Ленине, как всегда - диктатура партии, беспощадная ЧК и регулярная армия с царскими офицерами. Иначе погубили бы революцию и социализм

Сталин поднял страну из руин и восстановил промышленность, построил много заводов.
А Путина ругают за то, то он за 10 лет правления ЯКОБЫ нихера не построил. Но это ложь. Во первых зачем строить заводы если они уже построены, во-вторых он много их построил, НОВЫХ.
Вот ссылка...
А Сталин был всенародно избранным генсеком?  

- ссылка есть, а товаров российских нет. Чего путинские заводы производят - де их продукт?
Нет никаких сомнений, что Сталин был избран огромным большинством народа.

[Orex]

Не забывай, что вместе со старперами-марксистами-ленинцами
уходит и их электорат.
Не путай легитимный приход к власти и нелигитимный. Всех этих
националистов-оппозиционеров, как только запахнет жареным,
выщелкнут из партии, как из обоймы, и отправят дышать свежим
морозным воздухом в Иркутскую область.

Это не так. Электорат никуда не уходит. За "коммунистов" голосуют вот уже 18 лет. По инерции. При том, что не ведётся никакой идеологической подготовки, политпросвещения и слабо работает агитация. А электорат есть. За КПРФ голосуют. Причём из всех кремлёвских "оппозиционеров" компартия - самая стабильная и радикальная.

Идеями интернационализма никого не притянешь. Народ не хочет интернационализма. Глупо вести беседы о дружбе народов, когда в каждом городе чурки режут русню. А жиды смотрят и радуются.

Поэтому, если КПРФ не станет красно-коричневой (если в её управляющие органы не прийдут национал-коммунисты), то её ждёт фатальный исход. Старики уйдут в силу возраста, а интернационализьм нах никому не будет нужен. Единственный выход - сформировать мощное скрытое националистическое подполье и легальным путём идти во власть.

[luft]

Это не так. Электорат никуда не уходит. За "коммунистов" голосуют вот уже 18 лет. По инерции. При том, что не ведётся никакой идеологической подготовки, политпросвещения и слабо работает агитация. А электорат есть. За КПРФ голосуют. Причём из всех кремлёвских "оппозиционеров" компартия - самая стабильная и радикальная.

Идеями интернационализма никого не притянешь. Народ не хочет интернационализма. Глупо вести беседы о дружбе народов, когда в каждом городе чурки режут русню. А жиды смотрят и радуются.

Поэтому, если КПРФ не станет красно-коричневой (если в её управляющие органы не прийдут национал-коммунисты), то её ждёт фатальный исход. Старики уйдут в силу возраста, а интернационализьм нах никому не будет нужен. Единственный выход - сформировать мощное скрытое националистическое подполье и легальным путём идти во власть.

А что это "Идеями интернационализма" такое?