https://2ch.hk/news/res/16090782.htmlНеделя забастовок в Германии: бунтуют фермеры и машинистыПервая неделя нового года в Германии началась с забастовок фермеров и машинистов. Железнодорожный профсоюз GDL остановит поезда с 9 по 12 декабря. А вот автомобильное движение полностью восстановится лишь 15-го числа. Требования бастующих сходны: одним сокращают льготы на технику и дизель, другие требуют повысить зарплаты и сменить график. Но так ли близки пути фермеров и машинистов?
Что стряслось у фермеров?
По планам кабмина ФРГ, сокращение субсидий на дизельное топливо и льгот на сельхозтехнику позволит сэкономить 920 млн евро. Эти масштабные сокращения неслучайны — так правительство решило подлатать дыры в бюджете.
В ответ, 18 декабря прошлого года фермеры устроили масштабные протесты у Бранденбургских ворот в Берлине. Уже 4 января стало известно, о смягчениях: сокращать будут постепенно и не всё. Но и такой расклад фермеров не устроил.
7 января к столице начинают стягиваться трактора. Глава союза фермеров Германии Йоахим Руквид объявляет, что на следующий день начинается недельная забастовка.
8 января трактора и грузовики перекрывают федеральные трассы A2, A4, A13, A14, A17 и A63. Полмиллиона машин следует к центру Мюнхена. Снова готовится акция в столице.
Чего требуют машинисты?
В такт с фермерами выступили машинисты. Они продолжают борьбу, которая началась ещё раньше.
Отраслевой профсоюз GDL требует от Deutsche Bahn повысить зарплаты на 555 евро и сократить сменный график работы: с 38 до 35 часов в неделю с сохранением зарплаты. Компания же согласна на единоразовую премию и жалкие 11% надбавки на 32 месяца.
Нетрудно заметить, что фермеры и машинисты сошлись не только в датах, но и в методах защиты своих интересов. Может и сами эти интересы сходны? Это верно, но лишь до определённой степени.
Интересы и классовое положение бастующих
Те, кто кормится землёй и те, колесит по ней, подвергаются эксплуатации. Фермерами вертят агрохолдинги и крупные торговые сети. Они создают монопсонию — власть одного покупателя, который диктует свои цены поставщикам. Машинисты — наёмные работники. Своих заводов, газет и пароходов у них нет, а значит, всё, что им остаётся делать — работать на известных персонажей.
Но с другой стороны, сами фермеры — это крупные хозяйственники, работодатели, которые используют труд многих тысяч работников. И вполне ожидаемо, если в родных краях они слияние «права и бесправия» не считают зазорным. Иными словами, положение фермеров двойственно: с одной стороны, они — эксплуататоры не меньше, чем чиновники и крупные магнаты. С другой, они сами страдают от экономии и сокращений.
Поэтому, до поры до времени фермеры, таксисты, лавочники и др. могут выступать вместе с рабочими. Однако как только им удаётся отстоять свои права, они тут же оборачиваются против трудяг. Значит, рабочим нужно отмежеваться от мелких собственников?
Рабочий и лавочник
Вопрос о рабочих и «мелкой буржуазии» — фермерах, самозанятых, таксистах и т. д. — стоит давно. Существует две противоположные точки зрения.
Одни утверждают, что рабочим и мелкому бизнесу нужно непременно брататься, только вместе они отстоят свои права. Однако эта позиция несостоятельна. Её опровергает и сказанное ранее и опыт. Всякий раз, когда рабочие вставали в один ряд с предпринимателями, они становились резервом, пушечным мясом.
Значит, рабочие должны вести борьбу самостоятельно.
Должны ли они полностью отстраниться от действий мелких буржуа? Сторонники второй точки зрения считают, что да. Однако и эта позиция ложна. Тактика полной самостоятельности ведёт к тому, что рабочим приходится бодаться с правительствами и работодателями в одиночку. Естественно, что в этой борьбе они будут терпеть крах за крахом.
Получается, что рабочие должны вести борьбу самостоятельно, но использовать все резервы, все возможности, чтобы ударить по противнику. Говоря в общем, рабочему движению не стоит замыкаться на каких-то методах и догмах, нужно действовать так, как того требует ситуация.