К.Маркс тонко подметил, что татарское иго "не только подавляло, но оскорбляло и иссушало самую душу народа, ставшую его жертвой"12. Татары старались всеми силами деморализовать, запугать подчиненные им народы.
Армянский автор Смбат Спарапет, побывавший в 1247 г. в районе Самарканда записал:
"Я видел несколько городов, разрушенных татарами. Я видел некоторые из них за три дня пути и несколько удивительных гор, состоящих из груды костей тех, кого умертвили". Эти горы должны были напоминать всем о владычестве монголов. Люди, жившие на землях, через которые прошли монголы, были настолько запуганы, что это поражало иностранных путешественников. Арабский автор Ибн-ал-Асир записал ряд примеров проявления поразительного страха перед одним только именем монголов: "Так, например, рассказывалось, что один человек из них (татар) заехал в деревню или улицу, где находилось много людей, и, не переставая, перебил их одного за другим, и никто не решился поднять руку на этого всадника. Передавали мне, что один из них схватил человека, и так как при татарине не было чем убить его, то он сказал ему: "Положи голову свою на землю и не уходи". Тот и положил голову на землю, а татарин ушел, принес меч и им убил его. Рассказывал мне человек также следующее: был я с 17 другими людьми в пути, подъехал к нам всадник из татар и сказал, чтобы один из них связал другого. Мои товарищи начали делать, что он им приказал. Тоща я сказал им: он один, отчего бы нам не убить его и не убежать. Они ответили: мы боимся, а я сказал: он ведь хочет убить вас сейчас, так мы лучше убьем его, может быть, Аллах спасет нас. Клянусь Аллахом, ни один из них не решался сделать это. Тогда я взял нож и убил его, а мы убежали и спаслись. Таких примеров много."
Этот животный ужас, это подавленное состояние духа, эта потеря гордости может быть встречена и в Китае, и в Средней Азии, и в Иране, и на Кавказе, и в Восточной Европе. Русь не исключение в этом списке. Неслыханные зверства восточных завоевателей породили у средневековых христианских историков и богословов убеждение в том, что эти завоеватели являются сыновьями дьявола и вышли из преисподней. Преисподняя по-гречески называлась "тартарос". Это название было созвучно тому названию монголов, которое давали им их соседи - татары. На Руси многие верили, что пережили Конец Света. То, что произошло в 1237-1242 гг., действительно напоминало Апокалипсис. Где тут было развиваться бодрости, о которой пишет Л.Н.Гумилев. Само радостное и светлое русское православие после нашествия монголов стало сухим и аскетичным. Была заложена благодатная основа для проникновения на Русь исихазма.
Великий страх перед монголами оказывал влияние на развитие идеологии. Некоторые летописцы, особенно конца XIII-начала XIV вв., старались угодить татарам, дают искаженную картину Батыева погрома, преуменьшая зверства захватчиков. Так, в Лаврентьевской летописи ничего не говорится о героической обороне Козельска, очень скупо освещаются события обороны Киева и других южнорусских городов, в записях второй половины XIII в. по отношению к ордынским ханам выдерживается вполне лояльный тон.
