ЧТО есть ДЕМОКРАТИЯ?

[VadimE]

И в пику этому:

Когда человек может не делать того, чего он не хочет, это СВОБОДА.

Когда человек делает все, что хочет, это БЕСПРЕДЕЛ.

А ведь неделание это тоже желание, поэтому желание не делать то что необходимо делать относится ко второй части вашего высказывания -  деланию всего чего захочется. Поэтому согласно вашему же определению ваша свобода является одновременно и беспределом.

[VadimE]

И в пику этому:

Когда человек может не делать того, чего он не хочет, это СВОБОДА.

Истинная свобода это гарантированное право и возможность полноценной жизни, развития и самореализации.

[Наперстянка]

Хочется узнать,Культура народа как-то связана с этой темой,или все-таки демократия и культура в этой теме являются антагонизмами.

[belvic]

ВЕЛИКАЯ ЛОЖЬ ДЕМОКРАТИИ
 
      В ЗДРАВОМ ДУШЕВНОМ СОСТОЯНИИ русское общество естественным образом стремится самоорганизоваться на началах одухотворенной, державной государственности. Свидетельством тому — вся наша тысячелетняя история, не исключая и советского периода. Ибо когда коварным разрушителям удалось путем неправедным обрушить исторически сформировавшуюся Державу Российскую, то несмотря ни на что — вопреки яростным усилиям «пламенных революционеров-интернационалистов», вопреки репрессиям и террору, оголтелому богоборчеству и злобной русофобии — в стране тут же начался медленный, болезненный, непоследовательный, но все же неотвратимый возврат к традиционным принципам русской державности.
      На протяжении всех 75 лет советской власти это, пожалуй, больше всего пугало наших зарубежных недругов. Для того, чтобы остановить процесс возвращения России на естественный путь своего исторического развития, и была запущена «перестройка», настоящая цель которой — заменить исчерпавшую свои разрушительные силы интернационал-коммунистическую доктрину на новую, интернационал-демократическую, которая должна довершить разгром исторической России, начатый еще под «доблестным» руководством Троцкого и Кагановича.
      Несостоятельность большевистских теорий доказана сегодня самой жизнью. И практические последствия демократии нынче тоже у всех на виду. Однако так же, как пытались раньше обмануть народ лукавыми побасенками о том, что корень бед в «искажениях» изначально верной марксистской идеи — пытаются и сегодня одурачить Русь циничной ложью об «истинной» демократии, обретя которую, мы-де, — наконец, заживем припеваючи.        Правда же такова: безбожный коммунизм терзал Россию, паразитируя на многовековых русских общинных традициях, на прочной народной приверженности к коллективизму и взаимопомощи, на всеобщей могучей русской тяге к социальной справедливости. Бессовестная демократия собирается терзать ее, паразитируя на древних вечевых соборных обычаях Руси, на исконном уважении русского человека к общему мнению, совместно принятому решению, коллективному разуму Собора.
      Все идеи демократии замешаны на лжи. Уже в определении — ложь! Слово это переводится на русский язык как «власть народа» или «народоправство», но ни в одной из стран, считающихся демократическими, народ на деле не правит. Заветный плод государственной власти всегда в руках узкого слоя, немногочисленной и замкнутой корпорации людей, чье ремесло — политика, профессия — жестокая и беспощадная борьба за эту власть.
      Более того, человеческая история на всем своем протяжении не знала ни одного государства, где был бы на деле реализован принцип народоправства. Древняя Греция, Древний Рим — страны — родоначальницы демократии, ее классические представители — одновременно являлись классическими рабовладельческими хищниками, относя сам термин «народ», «граждане» лишь к элитарному кругу людей, составлявшему ничтожный процент от общего населения страны...

[belvic]

Предки наши были весьма умными и предусмотрительными людьми. Веками, из поколения в поколение строя державу, предназначенную быть надежной опорой мирной, немятежной и одухотворенной жизни (а не инструментом удовлетворения властолюбивых страстей и политических амбиций), они свято блюли себя от соблазнов демократической заразы, и других предупреждали от такого неразумия.
      «Демократия выражает доверие к силе количественной, — писал некогда Тихомиров. — Если в обществе не существует достаточно напряженного верования, охватывающего все стороны жизни в подчинении одному идеалу, то связующей силой общества является численная сила, которая создает возможность подчинения людей власти даже в тех случаях, когда у них нет внутренней готовности к этому». Иными словами, воплощение демократической идеи означает преимущественную власть количества над качеством, власть невежественной, искусно управляемой из-за кулис толпы над многовековым народным идеалом — абсурдную ситуацию, в которой понятия Истины и справедливости, добра и зла пытаются определить арифметическим большинством голосов.
      Сколько-нибудь осмысленное существование народа, отдающего себе отчет в собственных религиозных и нравственных устремлениях, в наличии державной общенациональной идеи и возвышенной цели своего соборного бытия — предполагает отказ от механического принципа количественного превосходства в пользу качественного, духовного начала.
      Лишь таким путем можно обуздать безудержные злоупотребления, свойственные демократическим чиновникам в погоне за голосами избирателей. «Каждый голос сам по себе ничего не значит, — говорил Победоносцев, описывая этот механизм. — Но тот, кто сумеет прибрать к себе самое большое количество этих голосов, становится сударьом силы, сударьом правления и вершителем воли...». Таким образом, «при демократическом образе правления победителями становятся ловкие подбиратели голосов, механики, искусно орудующие закулисными пружинками, которые приводят в движение кукол на арене демократических выборов».

[belvic]

Политическая основа демократии — всеобщее прямое избирательное право — явление аморальное и разрушительное, ибо развивает политический цинизм до невероятных размеров, делает народ объектом бесчестных манипуляций, получающих, при современном развитии средств массовой информации, поистине безудержный размах. Почему-то никому не приходит в голову выбирать при помощи всеобщего голосования хирурга или следователя, шофера или летчика. А разве управляться со скальпелем, машиной, самолетом труднее, чем с гигантской страной, отягощенной сложнейшими проблемами?
      Это не значит, что принцип выборности должен быть вообще исключен из политической жизни страны. Более того, в некоторых ситуациях он незаменим, ибо является инструментом становления соборной общности народа и государства. Но во избежание злоупотреблений должна быть четко и ясно определена область его применения, которая будет безусловно исключать публичные выборы там, где пост или должность требуют высоких профессиональных качеств, оценить которые человек несведущий просто не в состоянии. И уж конечно, если и будет признана необходимость избрания высших должностных лиц страны, дело это недопустимо превращать во всенародный балаган. Ответственными выборщиками в таком случае могут быть лишь авторитетные представители всех общественных классов, сословий, профессиональных и этнических групп, пропорционально представляющие их удельный вес в нашем обществе.
      Идеологическая основа демократии как мировоззрения выражается знаменитым лозунгом французской революции: «Свобода, равенство, братство». Поддавшись внешней привлекательности этого броского призыва, миллионы людей в течение долгих столетий безуспешно пытались воплотить его в жизнь. Очень многие, даже весьма умные и образованные люди не разобрались в отвлеченном, абстрактном характере лозунга, не заметили противоречия призывов между собой (и в самом деле, как совместить свободу с равенством?). Стоит оглянуться вокруг, чтобы уяснить себе их лукавство: в природе нет равенства — она бесконечно разнообразна и строго иерархична; нет и абсолютной свободы, ограниченной взаимозависимостью и закономерной упорядоченностью явлений; нет бессодержательного братства — ибо нравственное чувство человека всегда избирательно.
      «Когда эту формулу захотели обратить в обязательный закон для общественного быта, когда из нее захотели сделать формальное право, связующее народ внутри себя и с правительством во внешних отношениях, когда ее возвели в какую-то новую религию для народов и правителей, — она оказалась роковой ложью, и идеальный закон любви, мира и терпимости, сведенный на почву внешней законности, явился законом насилия, раздора и фанатизма». Это утверждение Победоносцева лучше всяких слов подтверждается тем, что две самые кровавые и разрушительные в истории человечества революции: французская в восемнадцатом веке и русская в двадцатом, прошли под аккомпанемент громогласных призывов к «свободе, равенству, братству».
      Губительные в области государственной, сии понятия, по мнению обер-прокурора, благотворны лишь «тогда, когда заключают в себе вечную истину нравственного закона в нераздельной связи с вечной идеей долга и жертвы, на которой держится весь организм нравственного миросозерцания».

[belvic]

Юридически-правовая основа демократии — тезис о естественных (прирожденных) правах человека, на реализацию которых посредством формального законодательства должна быть направлена вся работа государственного механизма. Эта основа столь же искусственна и лжива, как предыдущие. По сути своей она является лишь абсолютизацией индивидуализма, свойственного западно-европейскому «менталитету» и исторически глубоко чуждого русскому национальному и религиозному самосознанию.
      Воплощение в жизни общества идеи о «правах человека», превращенной в правовую догму и не уравновешенной — ни нравственно, ни юридически, — идеей «естественных обязанностей», свойственных каждому гражданину, ведет ни к чему иному, как к неизбежной деградации общественной морали и нравственности, к разрушению самого соборного тела народа. Читайте Достоевского — особенно «Бесов» да «Преступление и наказание», и все встанет на свои места. Убийца Раскольников, мучающийся вопросом «тварь я дрожащая или право имею?» — иллюстрирует вышесказанное лучше всяких глубокомысленных высоконаучных рассуждений.
      «Человек есть олицетворенный долг», — согласно утверждают все святые отцы,. Русское общество, всегда стремившееся настроить свое бытие в унисон с требованиями христианского мировоззрения, от века строилось на воспитании в человеке прежде всего твердого осознания своих религиозных, гражданских и семейных обязанностей. Горький опыт междоусобных распрей крепко-накрепко выучил наших предков: акцент на «права» неизбежно порождает упреки в их несоблюдении, взаимные претензии, обиды и склоки. Благородная, на первый взгляд, идея абсолютизации «прав» питает гордыню, высокоумие и тщеславие, ведет к обособлению, разделению, противопоставлению интересов и, в конечном счете, к сословной и классовой вражде, к войне «всех против всех», по-живому рассекающей народное тело.
      Еще в конце прошлого века блестящий русский публицист, убежденный державник, многолетний редактор «Московских Ведомостей» М. Н. Катков писал: «Плодотворно лишь то право, которое видит в себе ничто иное как обязанность. Право, которое не есть обязанность, оказывается мыльным пузырем; ничего не выходит из него, и ни к чему не ведет оно. Такое право есть не сила, а слабость... Нет пользы в том, что я имею право то и это делать, если я не чувствую себя обязанным сделать то, что должно».
      Формальное право есть лишь инструмент реализации в жизни общества определенного нравственного идеала. Как всякий инструмент, само по себе право нейтрально, оно может быть использовано как на пользу, так и во вред. На пользу — тогда, когда способствует воплощению в жизнь высших религиозно-нравственных законов праведности, милосердия и любви. То есть тогда, когда помогает созданию условий для торжества добродетели и обуздания порока.
      Придавать же формальному праву самодовлеющее значение — гибельная ошибка! Еще хуже, когда говорят, что право должно фиксировать существующее положение вещей, «естественные» человеческие запросы. Таким образом подспудно признается законность, легальность страстей, греховных язв, равно гибельных для духовного здоровья личности и основ государственной безопасности. «Настроив» правовую систему определенным образом, можно исподволь и незаметно, действуя полностью в рамках закона, развалить изначально прочную страну, растлить здравый и нравственный народ.
      Такова реальная цена «правового идолопоклонства», являющегося одной из основополагающих черт демократической квазирелигии.

[belvic]

Экономическая основа демократии — финансовый, спекулятивный капитал. Это им сконструирована современная бездуховная «технологическая» цивилизация, в которой человек лишается последних остатков совести и душевного здравия, превращаясь в полуживотное-полумеханизм — безличный винтик в гигантской машине, имеющей единственную всепоглощающую цель: деньги, деньги, деньги...
      Под сладкий убаюкивающий говорок об удовлетворении «естественных» потребностей человека эта демократическая «цивилизация» насаждает культ насилия и разврата, терпимость ко злу и извращениям человеческого естества. Грехи и страсти падшего человека раздуваются до невероятных размеров, сознательно стимулируются и становятся источником бессовестной, бесчестной наживы. Лозунги такой цивилизации — «Все на продажу!», «Обогащайтесь!», «Живем один раз!» и им подобные — разъедают общественную мораль, в народе происходит распад национального самосознания, государство криминализируется, опутывается всепроникающими мафиозными связями и — неотвратимо движется к распаду.
      И в России грядущий государственный распад — неизбежное следствие практического применения принципов демократии в практике государственного строительства. Капиталистьно-демократическая идея для того, собственно говоря, и предназначена, чтобы подточить, ослабить устои крепкого, традиционного общественного устройства, разрушить его духовные, религиозные опоры, разложить национальные государства и — постепенно, незаметно, неощутимо для одурманенного демократическим хаосом общества — передать бразды правления над ними транснациональной «мировой закулисе», тем ловким политическим механикам, о которых предупреждал Победоносцов.
      Эта операция уже неоднократно была проделана над «развитыми» западными странами. Там национальная государственность сегодня служит в значительной мере декоративным прикрытием реальной власти — называйте ее как угодно: властью мирового масонства или международного капитала, транснациональных корпораций или космополитической элиты... Важно другое: сегодня эта теневая власть рвется к мировому господству. И Россию пытаются подвергнуть той же операции, что и прочих, чтобы превратить в покорное орудие выполнения своих глобальных планов.
      Так что же, — будем ли мы покорно ждать, когда яд бездуховности и религиозного одичания окончательно затуманит наше сознание и подорвет основы государственного бытия Руси? Или все же попытаемся вернуть им изначальный священный смысл, возвысимся до понимания своего служения, своего долга — не только индивидуального, личного, но и всенародного, соборного?
      Хранить Божественные истины веры, ее благодатные дары и древние святоотеческие устои — а именно такова обязанность народа русского, промыслительно возложенная на него Самим Богом, — непросто и нелегко. Для этого потребен тяжелый душевный труд — труд христианского подвижничества и покаяния, державного мужества и стойкости. Но лишь такой труд придает смысл человеческой жизни, обнажает ее высшую ценность и проясняет ее великую, вечную, небесную цель.
      Самое время нам сейчас прислушаться к призыву Слова Божиего, к отеческому зову Самого Христа, Синьоры нашего: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною. Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его.

[revkom]

Экономическая основа демократии — финансовый, спекулятивный капитал. Это им сконструирована современная бездуховная «технологическая» цивилизация, в которой человек лишается последних остатков совести и душевного здравия, превращаясь в полуживотное-полумеханизм — безличный винтик в гигантской машине, имеющей единственную всепоглощающую цель: деньги, деньги, деньги...
      Под сладкий убаюкивающий говорок об удовлетворении «естественных» потребностей человека эта демократическая «цивилизация» насаждает культ насилия и разврата, терпимость ко злу и извращениям человеческого естества. Грехи и страсти падшего человека раздуваются до невероятных размеров, сознательно стимулируются и становятся источником бессовестной, бесчестной наживы. Лозунги такой цивилизации — «Все на продажу!», «Обогащайтесь!», «Живем один раз!» и им подобные — разъедают общественную мораль, в народе происходит распад национального самосознания, государство криминализируется, опутывается всепроникающими мафиозными связями и — неотвратимо движется к распаду.
      И в России грядущий государственный распад — неизбежное следствие практического применения принципов демократии в практике государственного строительства. Капиталистьно-демократическая идея для того, собственно говоря, и предназначена, чтобы подточить, ослабить устои крепкого, традиционного общественного устройства, разрушить его духовные, религиозные опоры, разложить национальные государства и — постепенно, незаметно, неощутимо для одурманенного демократическим хаосом общества — передать бразды правления над ними транснациональной «мировой закулисе», тем ловким политическим механикам, о которых предупреждал Победоносцов.
      Эта операция уже неоднократно была проделана над «развитыми» западными странами. Там национальная государственность сегодня служит в значительной мере декоративным прикрытием реальной власти — называйте ее как угодно: властью мирового масонства или международного капитала, транснациональных корпораций или космополитической элиты... Важно другое: сегодня эта теневая власть рвется к мировому господству. И Россию пытаются подвергнуть той же операции, что и прочих, чтобы превратить в покорное орудие выполнения своих глобальных планов.
      Так что же, — будем ли мы покорно ждать, когда яд бездуховности и религиозного одичания окончательно затуманит наше сознание и подорвет основы государственного бытия Руси? Или все же попытаемся вернуть им изначальный священный смысл, возвысимся до понимания своего служения, своего долга — не только индивидуального, личного, но и всенародного, соборного?
      Хранить Божественные истины веры, ее благодатные дары и древние святоотеческие устои — а именно такова обязанность народа русского, промыслительно возложенная на него Самим Богом, — непросто и нелегко. Для этого потребен тяжелый душевный труд — труд христианского подвижничества и покаяния, державного мужества и стойкости. Но лишь такой труд придает смысл человеческой жизни, обнажает ее высшую ценность и проясняет ее великую, вечную, небесную цель.
      Самое время нам сейчас прислушаться к призыву Слова Божиего, к отеческому зову Самого Христа, Синьоры нашего: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною. Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его.

Исчерпывающе !!

[filosa]

Хочется узнать,Культура народа как-то связана с этой темой,или все-таки демократия и культура в этой теме являются антагонизмами.

Демократия - это понятие менее объёмное, чем культура. Культура включает в себя содержательно конкретные нравственные общепринятые ценности народа, а демократия - всего лишь один из возможных механизмов формализации в социальной жизни этих ценностей. Однако, сожержания самих ценностей, получается, демократия не определяет, а только использует количественные параметры в социуме.

Доказательством могут служить западные капиталистические демократии, которые, практически большинством поддерживают безнравственные ценности, которые позволяют бомбить другие народы ради завладения их ресурсами. Также доказательным фактом является, что демократическими обществами себя назвали рабовладельческие системы. То есть, демократия не определяет, что нравственно, а что безнравственно в отношениях между людьми. Она только считает, больше в обществе нравственного, или безнравственного, чтобы проводить это формализованным законом в устройстве социума.

Культура же содержит в себе сами нравственные ценности, которые могут  подавляться  формализованным законом и псевдодемократически организованным  большинством.

Наверно, понятие демократии столь же абстратно в отношении нравственных ценностей, как и понятие свободы. Есть свобода и несвобода питаться своим трудовым хлебом, а  есть свобода и несвобода питаться нетрудовым халявным хлебом. Если большинство общества теряет нравсенную основу, становится безнравственным, то такое общество неизбежно погибает, само себя уничтожает. Иногда говорят, что это Бог наказывает так безнравственные общества, но на самом деле Бог только соблюдает неизменный нравственный закон, внутри которого уже закономерно каждое общество само себя сохраняет, или уничтожает, соотвествуя, или не соответствуя нравственному закону, изложенному в заповедях Божиих.

Если народ только обманут врагом душ человеческих через псевдодемократические механизмы и психотехнологические приёмы, но не лишился своей нравственности, такой народ, поимев много жертв обмана, всё же восстанавливается и выживает, возрождается из пепла. Если же народ выбирает безнравственные ценности, то он неизбежно погибает.

Видимо, при слове демократия, как и при слове свобода, чтобы они не были абстрактного употребеления, всегда должно стоять дополнение этой формы нравственным содержанием, понятием, определяющим нарвственные ценности, поддерживаемые механизмом демократической формализации в законе. В этом свете имеют смысл такие понятия как капиталистическая демократия, или коммунистическая демократия. Добавление определений "коммунистическая", или "капиталистическая" наполняет абстрактную форму демократии нравственным содержанием. Как известно, в винной бутылке с красивой наклейкой может находиться и качественное вино, полезное для здоровья, и суррогат, фекалии, вредные для здоровья. Так и конкретизированная демократия  может узаконивать на уровне организованного социума и нравственные, и безнравственные ценности, полезные, или вредные для перспективы жизни этого социума.

[filosa]

Когда говоритя об общинности в русской культуре, то это говорится о коммунистичности народа. Общение  и коммуникация, община и коммуна, общинность и коммунистичность - это одна и та же семантика понятия, только корень из разных языков. Общинность - на русском языке, коммунистичность - на западных языках.

Хотя слово коммунизм и запачкано обманщиками, однако другой термин пока не дан тому же самому содержанию. Точно так же, как понятие христианства запачкано волками в овечьих шкурах, но другого термина не дано системе той же самой нравстенности. Потому эти понятия нужно отмывать от грязи, а не оставаться жить вообще без этих понятий, без содержания в разуме вообще смысла этих понятий и ценностей. Это как раз то, чего добивается враг душ человеческих, что бы, отказавшись от запачканного термина, человек отказался и от чистого его содержания и смысла. А разум работате только словами, нет слова - нет аоняти у разума. Капитализму крайне противоречит общинность, коммунистичность общества, не позволяет отчуждать труд людей в корыстную личную пользу, вот они и заливают грязью эти термины, чтобы люди заодно и отказались, изгнали из сознания их содержание. И заменяют нравственную конкретику ценностей в этих понятиях на абстрактные термины, типа демократии и свободы без определяющего их нравственного наполнения. Это грандиозный обман. Ему нельзя поддаваться.

[revkom]

Когда говоритя об общинности в русской культуре, то это говорится о коммунистичности народа. Общение  и коммуникация, общинность и коммунистичность - это одна и та же семантика понятия, только корень из разных языков. Общинность - на русском языке, коммунистичность - на западных языках.

Хотя слово коммунизм и запачкано обманщиками, однако другй термин пока не дан тому же самому содержанию. Точно так же, как понятие христианства запачкано волками в овечьих шкурах, но другого термина не дано системе той же самой нравстенности. Потому эти понятия нужно отмывать от грязи, а не осаваться жить вообще без этих понятий, без содержания в разуме вообще смысла этих понятий. Это как раз то, чего добивается враг душ человеческих, что бы, отказавшись от опопроченного термина человек отказался и от чистого его содержания и смысла. Капитализму крайне противостоит общинность, коммунистичность общества, не позволяет отчуждать труд людей в корыстную пользу, вот они и заливают грязью эти термины, чтобы люди заодно и отказались, изгнали из сознания их содержание. И заменяют нравственную конкретику ценностей в этих понятиях на абстрактные термины, типа демократии и свободы без определяющего их нравственного наполнения. Это грандиозный обман. Ему нельзя поддаваться.

Прекрасно сказано !!

[Eok]

Худших всегда большинство
Исократ, древнегреческий философ

[Добрыня Никитич]

У совков шаблонный способ критики. Они какие-то неизбежные недостатки раздувают до неприличия (из мухи слона) и объявляют это основными законами и явлениями.

Исключений не бывает.

[Eok]

У совков шаблонный способ критики. Они какие-то неизбежные недостатки раздувают до неприличия (из мухи слона) и объявляют это основными законами и явлениями.

Исключений не бывает.