Каббала власти

[Сергей Баландин]

Америка созрела для второй Войны за Независимость, на этот раз от ЗОГа. Настало время деколонизации Вашингтона. Это не следует понимать, как призыв к расистским гонениям. Наоборот, антирасистский запал Америки должен быть сохранен и повернут против еврейских расистов – Элиотта Абрамса, Деборы Липштадт, и других им подобных, – которые публикуют трактаты, сравнивающие смешанные браки с Освенцимом. Он должен обратиться против клики Волфовица, которая подстрекает к расовой войне на Ближнем Востоке во имя расистского еврейского государства. Он должен обрушиться на владельцев СМИ, которые принимают к себе на работу непропорционально большое число евреев, а это – дискриминация американцев-неевреев. Он должен обратиться против епископов, которые согласились с расистской идеей, что, мол, евреи – единственный народ в мире, который не нуждается в крещении. Он должен обратиться против дискриминации между евреями и неевреями, когда на гоя – убийцу еврея Клингоффера ЦРУ устраивает охоту, а еврей – убийца Рэйчел Корри – безнаказанно уходит от суда, ибо это – извращение естественной справедливости. Еврейский расизм должен встретить решительное сопротивление; в противном случае Америке придется всегда выбирать между «Ликудом» и «Аводой» на своем пути к Армагеддону.
– Все это справедливо сказано. Но покажите мне хотя бы одного американца среди участников нашего форума, кто бы возмущался подобными вещами? Полное единодушное одобрение! Я прав, американцы?

[Сергей Баландин]

Чрезмерное еврейское влияние в СМИ может быть возвращено в разумные рамки, среди прочих мер, отделением рекламных функций от СМИ. Рекламные издания не должны печатать новости или статьи, а не-рекламным следовало бы запретить давать рекламу. Коммерческая реклама в публикациях общего характера была (согласно Вернеру Зомбарту) еврейским изобретением 18-го века. Вероятно, это новшество было «полезно для евреев», но не для общества в целом, так как оно развернуло прессу от читателей к рекламодателям. Разделение рекламы и прессы должно быть усилено запретом всех форм сращивания бизнеса и СМИ, как мы запрещаем сращивание гестапо и бизнеса. Для безопасности общества медиа важнее гестапо. Она должна быть свободной от чрезмерных влияний. Медиа – это компас общества. Необходимо убрать золотой магнит, подложенный по соседству с ней, чтобы добрый корабль нашего общества плыл своим курсом.
– А вот что писал Карлейль еще задолго до Зомбарта:
«Возьмем для примера огромную шляпу, вышиною в семь футов, которая разгуливает теперь по улицам Лондона и которую мой друг Зауэртейг справедливо считает одной из наших английских достопримечательностей. "Дал бы Бог, – говорил он, – чтобы это был кульминационный пункт, которого уже достигло английское шарлатанство и чтобы можно было от него вернуться обратно". Шляпочник на лондонской Стрэнд, – вместо того чтобы делать лучшие фетровые шляпы, – сажает громадную шляпу из папье-маше, в семь футов вышиною, на колеса, заставляет человека катать ее по городу и надеется таким образом найти свое благо. Он не пробовал делать лучших шляп, к чему, собственно, и был предназначен этим миром и что, вероятно, мог бы осуществить при своих способностях, но сосредоточивает все свое усердие на том, чтобы убедить нас, что он сделал такие шляпы! Он сам знает, что шарлатан стал богом. Не смейся над ним, читатель, только не смейся! Он перестал быть смешным; он скорее становится трагичным.
Вот в чем, собственно, заключается беда; это центр всеобщей социальной язвы, которая угрожает всему современному строю страшною смертью.
7.  В человеческой общественной жизни циркулирует теперь не здоровая кровь, а как будто диаметрально противоположные ей купоросные чернила, – все стало острым и едким и угрожает распадом, и ужасная, шумная общественная жизнь стала нагальванизированною и как бы в самом деле объята дьяволом. Одним словом, маммона отнюдь не Бог, а дьявол, и притом весьма достойный презрения. Слушайтесь в точности дьявола, и вы можете быть уверены в том, что пойдете к черту – куда же вам еще идти?»
И в конце книги он еще раз возвращается к этой теме:
«Каждый свой собственный глашатай – это правило доведено до весьма тревожной стадии. Рекламируй, как можно громче, свою шляпу. Сначала придерживайся правдивой рекламы, если это достигает цели; если нет, то ухватись за ложную, насколько нужно для твоей цели, и не в такой степени ложную, чтобы ей нельзя было поверить. В действительности, утверждаю я, это не так. Ни от одного человека природа не требует, чтобы он рекламировал свои действия и деяния и изготовление своих шляп, – природа даже запрещает людям делать это. На всем свете нет человека или шляпника, который не чувствовал или не чувствовал бы, что он унижает себя разговорами о своих достоинствах и уменьях и о своем превосходстве в ремесле. В глубине своего сердца он слышит "предоставь своим друзьям, если возможно, – своим врагам говорить об этом!". Он чувствует, что он уже жалкий хвастун, быстрыми шагами идущий навстречу лжи и неправде.
Повторяю, законы природы вечны, и их тихий голос, говорящий из глубины нашего сердца, не должен остаться неуслышанным под страхом сильного наказания. Ни один человек не может отдалиться от истины без вреда для самого себя; то же самое относится и к одному миллиону или к двадцати семи миллионам людей. Покажите мне народ, который повсюду ведет себя таким образом, что каждый ожидает этого и позволяет это себе и другим, и я укажу вам народ, единодушно идущий по широкой дороге, ведущей к погибели» (Томас Карлейль, Этика жизни).

[Сергей Баландин]

Подобная концентрация любого меньшинства (будь то корейцы или мормоны) в СМИ порождала бы курьезные казусы, в лучшем случае. Но концентрация евреев имеет свою специфику, ибо евреи исповедуют другую, не христианскую, и – более того – антихристианскую религию. Типичный еврейский издатель или медиа-лорд с неудовольствием смотрит на упоминание Христа и Богородицы, – ведь в еврейской культуре к ним относятся с резким неприятием. В лучшем случае, он посоветует сбалансировать их проиудейским высказыванием или ссылкой. В наших терминах, магнитный брусок евреев-в-дискурсе направил американский корабль в сторону приемлемой для евреев религиозности, а это касается не только верующих.
– «Свободная пресса» – это пресса под еврейским контролем!

[Сергей Баландин]

Боюсь, что на этом месте интерес многих просвещенных читателей начнет таять. Если рука Геббельса автоматически тянулась к «браунингу» при слове «культура», современный западный человек приучен (не без помощи еврейских учителей) искать кнопку Delete при упоминании Христа. Однако мы испытаем ваше терпение еще более суровым образом – и введем богатое слово «метафизика».
Молодые водители часто не обращают внимания на советы производителя – и пользуются маслом, не подходящим для мотора их автомобиля. Другие заливают в бак неподходящий бензин. Они оправдываются: «моя машина все равно бегает, так чего ради я стану переплачивать». Такие термины, как «компрессия» или «зажигание» звучат для нашего молодого водителя как абракадабра: он их никогда не видел. Только после нескольких неприятных происшествий он убедится, что невидимая компрессия – это совершенно реальный феномен, который может себя проявить внезапной поломкой на трассе. Метафизика – это примерно то же самое: скрытая, но совершенно реальная сила внутри двигателя нашей цивилизации. Месье Журдэн, герой «Мещанина во дворянстве» Мольера, с удивлением узнал, что всю жизнь говорил прозой. Так и мы удивляемся, узнав, что употребляем метафизические категории в нашей повседневной жизни. Действительно, наше отношения к ближним и социальное поведение зависит от такой абракадабры, как «взаимоотношения между Человеком и Богом».
Еврейская концепция взаимоотношений Человек-Бог метафизически отлична от православной или католической, так же, как дизельное горючее отличается от бензина. Ведущая роль евреев в западном дискурсе вызывает такие же неприятные последствия, как если бы вы заправили свой дизель бензином.
– Позиция отрицания метафизики – это тоже своего рода метафизика, метафизика, основанная на убеждении, что не существует в природе ничего, кроме того, что на данный момент можно увидеть глазами и пощупать руками. Я не вижу зажигания, и знать о нем ничего не хочу. А сколько тут у нас встречается любителей очевидных фактов, любителей «простоты», «понятных народу» слов! Не удивительно, что эти люди перманентно в проблеме, ибо думать своей головушкой они не хотят, да и воспитанием не заложена в них парадигма размышлений, принятия собственных решений, но парадигма подражания большинству, получения инструкции и ее исполнения.

[Сергей Баландин]

Еврейская вера, в том виде, в каком она практикуется религиозным евреем, может содержать множество позитивных идей, разделяемых христианами; она многое заимствовала из других религиозных систем: к примеру, речения Христа были «импортированы» в еврейскую Мишну и приписаны Гиллелю Старшему. Однако, она базируется на опасной для иных метафизике, а ее метафизическое ядро выжило даже при нынешнем низком уровне еврейской религиозности. Метафизика может уцелеть, когда вера гибнет.
– Непонятно, почему для евреев их метафизика не опасна, но опасна для иных? Тем более, что Шамир сам признает, что еврейская метафизика обладает большой жизненной силой.

[Сергей Баландин]

Согласно еврейскому учению, Единственный Бог создал Единственный Мир, так и оставшись полностью отделенным от Мира. Этот Мир без Бога – неизбежное следствие Бога вне Мира. Имманентный Мир жесток и бесчеловечен, а Бог трансцендентен и недосягаем. «Пророков нет», «Бог не может вмешиваться в наши решения», «Закон дан нам, и Бог не в силах изменить его», – эти талмудические максимы создают мир без Бога. Да, конечно, признают они, Бог существует, но он никак не проявляет себя.
– Талмуд повествует такую интересную историю:
«Тогда раби Элиэзер сказал ученым: «Если Галаха на моей стороне, пусть снизойдет с небес». Тогда раздался небесный голос и сказал: «Что вы делаете с раби Элиэзером? Галаха соответствует его словам везде». Тогда раби Йегошуа встал и сказал: «Не на небе!» (Дварим, 30:12). «Что он имел в виду, говоря это? – сказал раби Ирмеягу. – Он имел в виду, что со времени дарования Торы на горе Синай мы не обращали внимания на небесный голос, хотя Ты записал в Своей Торе: «Не отзывайся в тяжбе, кривя судом, (лишь бы) клониться к большинству» {Шмот, 23:2)» (Бава мециа, 596).
Так что Бог есть, но Он на небе, а здесь, на земле, раввины пока «боги».

[Сергей Баландин]

Согласно христианским догматам, Христос и Богоматерь перекинули мост через пропасть, отделившую мир и Бога, Его воплощением во Христе, Боге-сыне, и привнесли Сострадание и Милосердие. С тех пор Мир наполнен Светом Христа, который есть Божественный Свет. Люди становятся братьями во Христе, Его душа объединяет их, и преступление против рядового человека поэтому одновременно преступление против Христа. (Я описываю идеальную парадигму христианской метафизики, так же далекую от реальной жизни, как чертеж двигателя в вашем техпаспорте отличается от реального двигателя вашей пятилетней машины).
– Не только иудаизм не знает Инкарнации (связи Бога и мира), В своей книге «Пятое Евангелие» я писал:
«Христос – Сын Божий и Мария – Богородица – это есть поистине суть христианства, его краеугольный камень, который является и камнем преткновения для таких, вроде бы, чистых и высоких религий, как иудаизм и ислам. Хотя Коран и признает непорочное зачатие Марии и чудесное рождение Иисуса, тем не менее для мусульман Иса (Иисус) остается только Пророком и Рабом Аллаха: “Вот сказали ангелы: “О Марйам! Вот Аллах радует тебя вестью о слове от Него, имя которого Мессия Иса, сын Марйам, славном в ближнем и последнем мире и из приближенных. И будет говорить он с людьми в колыбели и взрослым и будет из праведников”. Сказала она: “Господи! Откуда будет у меня ребенок, когда меня не касался человек?” Сказал он: “Так! Аллах творит, что желает. Когда Он решит какое-нибудь дело, то только скажет ему: “Будь!” – и оно бывает” (Коран. 3:40-42). “Иса пред Аллахом подобен Адаму: Он создал его из праха, потом сказал ему: “Будь!” – и он стал” (Коран. 3:52). “И говорят они: “Взял Себе Милосердный сына”. Вы совершили вещь гнусную. Небеса готовы распасться от этого, и земля разверзнуться, и горы пасть прахом оттого, что они приписали Милосердному сына. Не подобает Милосердному брать Себе сына” (Коран. 19: 91-93). Ислам безусловно знает Синьоры, знает он и Царство Небесное, но каким образом это Царство оплодотворяет нашу грешную землю, он не знает, может быть, поэтому порой приходится наблюдать в повседневной жизни мусульман огромный разрыв между земным и небесным – ежедневная, по пять раз в день молитва – и жестокость по отношению к ближнему; мытье ног перед заходом в мечеть – и зловонная помойка рядом с этой же мечетью. Суть же христианства – эманация Божества в нашу грешную материю, обожествление мира сего, нашей повседневной жизни. Господь не побрезговал этим недостойным миром, а наоборот, решил спасти его: “Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную” (Ин. 3:16)» (http://www.balandin.net/FifthGospel/Gospel25.htm ).

[Сергей Баландин]

В безбожном мире еврейской метафизики имелся остров света, Народ Израиля, увенчанный Торой. Еврейский термин «Израиль» соответствует термину «Христос» в христианстве. Отношения между сынами Израиля братские, так как они – одна семья (потомки Иакова), и они узнают Божью искру друг в друге. Это, казалось бы, похоже на братство во Христе, но метафизически отлично, так как (согласно христианской метафизике) каждый потомок Адама и Евы может принять Свет Христов, тогда как по еврейской метафизике другие люди, «не-Израиль», –  абсолютно безбожны, они – «думающие животные». В некоторых эзотерических еврейских учениях отрицается даже то, что неевреи – потомки Адама. Нет никакой возможности преобразить «не-Израиль» в «Израиль», так как обращение в еврейство есть не что иное, как исправление ошибки: отдельные сыны и дщери Израиля рождаются по ошибке в гойских семьях, и обращение такого человека в иудаизм – всего лишь публичное признание и исправление аномалии.
(Хороший пример из реальной жизни дали Дженнифер и Эндрю, принявшие иудаизм. Дженнифер приняла иудаизм, и переехала в Газу, чтобы защищать палестинское дело. Эндрю продолжал после обращения защищать евреев и еврейский террор в Палестине на каждом Интернет-форуме. Я должен согласиться с раввинами: Дженнифер так и не смогла перейти в иудаизм потому, что родилась с христианской душой, тогда как Эндрю был рожден евреем, и обращение только удостоверило это).
– В чем-то иудаизм метафизически тоже прав: человечество действительно делится на людей (избранных) и думающих животных (отверженных), однако ху из ху невозможно определить «пятой графой» или фактом рождения от определенной мамы. Даже Тора нам показывает, что из одной утробы одной матери Ривки родились два совершенно разных существа: человек и думающее животное. Иудаизм также знает, но раввины боятся сказать это во всеуслышание, что избранность не передается по наследству, избранность – это всегда добровольный акт индивидуума в избрании Бога, признать, что Бог призывает к себе абсолютно всех сынов Адама, и те, кто откликаются на этот призыв, только те и избранные.

[Сергей Баландин]

Это деление на «наших» и «ваших», на «своего» и «чужака» в иудаизме намечено гораздо жестче, чем в любой другой крупной религии: неевреи – совершенно профанические существа, а евреи – святой народ. Нееврей, который считает, что в мире нет Бога, не слишком ошибается, с еврейской точки зрения, так как у неевреев нет связи с Богом. Такой нееврей для евреев предпочтительней, чем христианин, ибо христиане утверждают, что они – ровня евреям, а это – святотатство в глазах еврея. Вот почему известные евреи в СМИ и в университетах поддерживают доктрину религиозной индифферентности или атеистический материализм. «Все религии одинаковы», или «религия не так важна», или «религия – это личное дело индивидуума», или «никто не видел Бога» – то же самое, что утверждать: «все виды горючего одинаковы», «неважно, каким горючим пользоваться», или «никто не видел компрессии».
– Не только в иудаизме, но и в любой религии имеется деление на «верных» и «неверных», однако разительная разница, что отличает иудаизм от всех прочих религий (кроме разве что какого-нибудь ископаемого племенного тотемизма), в том, что верующие в своего Бога верят также и в то, что их Бог, в итоге, станет Богом всех людей, поэтому они проповедуют свою веру всем людям любой расы и языка, и всегда рады принять в свою общину неофита. Уродливая антивера евреев решила, что Бог принадлежит исключительно их племени, и хуже того, они пытаются приписать свое мировоззрение и другим религиям: «русский бог» православных, «арабский бог» мусульман», армянский бог, татарский и т.п. Всячески настраивают неграмотные массы других народов «верить» по еврейской модели. И этот маразм мы наблюдаем не в средние века, а в двадцать первом веке! Говорят, что в 18-19-х веках евреи принимали активное участие в европейском Просвещении, в наше же время они везде и всюду сеют один лишь обскурантизм – закономерный итог пути, направленного против Истины, т.е. против Бога, иными словами, пути антихриста, сатаны.

[Сергей Баландин]

Александр Дугин (См его работы на www.arctogaia.com), современный русский философ-традиционалист, последователь Рене Генона, видит основную проблему еврейской метафизики в ее «крайнем креационизме», в идее Одного Бога, творящего Один Мир из ничего. Казалось бы, Сотворение – часть и христианской догмы. Но подлинным эквивалентом Творения в христианской метафизике служит Воплощение, а предистория практически не рассматривается, хотя и не отрицается.
Ранние христиане решили отодвинуть Ветхий Завет подальше, (Церковь запретила мирянам читать эти тексты), но не слишком далеко. Они не могли принять или отвергнуть его целиком, потому что этот восхитительный свод древней палестинской поэзии, литургии, метафизики, религии и традиции был радикально отредактирован иммигрантами из Вавилона – соферим, предшественниками фарисеев. Память об этой редактуре сохранилась в семитском мире, и о ней упоминает пророк Магомет. Старая палестинская традиция была более холистской, и ее боги Эль и Ашера были частью нашего мира, как посылающее дождь Небо Палестины и дающая плоды Земля Палестины. Вместе они соответствуют Богу Ветхого Завета. Евангелие сохранило для нас последние слова Иисуса на кресте – он взывал к Элю, не к Яхве.
– Традиционализм с его установкой, что старое всегда лучше нового, есть тот же крайний креационизм: когда-то было создано нечто идеальное, но со временем оно лишь портится, вырождается, мельчает. В иудаизме, например, запрещено подвергать сомнению что-либо из установленного учителями прежних поколений, можно только разъяснять, уточнять, регламентировать в свете новых условий жизни. Идея же Инкарнации состоит в том, что все в мире эволюционирует, совершенствуется, новое отрицает старое, хотя и содержит его в себе в снятом виде. Всякий текст становится либо священным, либо апокрифическим, либо еретическим – благодаря чему? – Исключительно благодаря оценке, принятию и толкованию его последующими поколениями. Следовательно, текст – ничто, толкование – всё! Толкование – это не что иное, как инкарнация – воплощение текста в жизнь, в сознание людей, в их деяния и культуру.

[Сергей Баландин]

Старая палестинская традиция и ее молодые боги Ваал Бездомный («У птиц есть гнезда, но Сын Человеческий лишен дома»), бросивший вызов смерти, убитый и воскреснувший, и Дева Анат были предтечами Евангелия в большей степени, чем Ветхий Завет фарисеев. (Материалист может сказать, что палестинская традиция повлияла на апостолов и евангелистов.)
– А что тут удивительного? Всякая естественная религия, не надуманная казуистикой кабинетных богословов, а возникшая в мистических откровениях, народных мифах и легендах, есть не что иное, как народная метафизика, пытающаяся проникнуть в природу вещей, человека, его отношений с окружающем миром. Поэтому в язычестве мы находим больше параллелей с христианским богословием, нежели в талмудическом иудаизме, давно переставшем познавать мир и занявшимся мертвыми буквами. Так, например, император Адриан построил над гротом Рождества в Вифлееме и над Голгофой в Иерусалиме языческие храмы, посвященные Адонису – почему именно там? Потому что в Иисусе он признал Адониса. Но евреи не способны увидеть в Евангелиях абсолютно ничего духовно ценного!

[Сергей Баландин]

Христиане полагались на слова св. Павла, а позже Оригена и Августина. Все они говорили, что Ветхий Завет может быть перетолкован в духе христианского учения. Однако, острый меч Ветхого Завета не желал мирно спать в ножнах. Пуритане – основатели Америки приняли идеи Ветхого Завета, оживили спящую латентную еврейскую парадигму, а отсюда был короток путь к геноциду американских индейцев, «хананеев Новой Обетованной Земли, обещанной Новому Избранному Народу», а со временем – к возвышению евреев.
– Все-таки правы были те православные иерархи, что не советовали всякой шушере читать  Ветхий Завет. Потому на Востоке и не знали ничего подобного пуританской ереси, и православная Россия легко перешла к научному марксистскому мировоззрению, тогда как англичане с трудом усваивают немецкую диалектику (Милль, Поппер). Для образованных же людей ни Ветхий Завет, ни какой-либо иной древний источник опасности не представляет, ибо классическое образование учит ко всему относиться скептически.

[Сергей Баландин]

Евреи же продолжили редактировать текст, на этот раз – текст Нового Завета, надеясь повторить свою операцию по приватизации древнего палестинского наследия. Сто лет назад Сэмюэль Унтермейер, нью-йоркский адвокат, один из богатейших и наиболее могущественных сионистов в Америке, решил продолжить иудаизацию Америки с помощью системного оружия – Библии. Он финансировал издание Библии под редакцией иудеофильского проповедника Скофилда. Скофилд не изменял текста Библии, но он добавил сотни объяснений и комментариев, переосмысливших текст в свете Талмуда. Мастера рекламы, щедрые пожертвования, контакты и связи сделали Библию Скофилда самой популярной в среде протестантских пасторов Америки – в его сносках они находили материал для воскресной проповеди. С каждым новым переизданием скофилдская библия все более и более открыто призывает к обожанию и обожению Израиля, страны и народа, заметили С. Е. Карлсон (Why Most Christian Evangelicals Favor War by C. E. Carlson www.whtt.org/articles/02080.htm) и Стивен Сайзер (http://virginiawater.org.uk/christchurch).
– Каждый волен комментировать по-своему, ну а пасторы вольны выбирать комментарии по своему усмотрению. Существуют также и «комментарии» Лео Таксиля, и также изданные массовыми тиражами, но они почему-то не стали «системным оружием» (мои комментарии на комментарии Лео Таксиля см. Здесь: http://www.balandin.net/Taxil.htm ).

[Сергей Баландин]

Здесь уместно пояснить, что «еврей» для автора – это идеологическая и метафизическая конструкция, аббревиация термина «адепт еврейской парадигмы». Никто не обязан становиться евреем, или катаром, или диалектическим материалистом. Этот термин не несет никакого расового подсмысла, вопреки глубокому расизму, присущему носителям еврейской парадигмы. Расистско-националистическое производное от термина «еврей» – это «сионист», ибо сионисты концентрируют свое внимание на существующем историческом еврействе, и верят в его уникальную избранность. Универсалистическая производная от термина «еврей» – это «мамонец», ибо мамонцы принимают и универсализируют внешние аспекты еврейской парадигмы. «Абсолютный еврей» – это сионист (для себя и других евреев) и мамонец (для неевреев). Нееврей может быть (вследствие альтруистического заблуждения) сионистом, или (как эгоист) мамонцем, но принимая и приветствуя обе концепции, он превращается в «нео-еврея», как Конрад Блэк, владелец множества британских и канадских (и некоторых американских) печатных изданий. «Образцовый христианин» – антитеза «Абсолютному Еврею», ибо он отрицает и «священное право» евреев подавлять неевреев (в Палестине и где бы то ни было), и мамонский эгоизм по отношению к ближним. «Образцовый Христианин» – антисионист, ибо реальные исторические евреи – его потенциальные братья во Христе, которым надо открыть глаза, а не изолировать и запирать подальше. (Вот почему расисты-антисемиты не могут называться «образцовыми христианами»). «Образцовый христианин» – анти-мамонец, ведь он относится к каждому как к ближнему. (Вот почему нео-капиталисты не являются «образцовыми христианами».)
– Ну вот, что называется, начал за здравие, кончил за упокой. Сначала Шамир дал вполне ясное определение понятию «еврей»: «адепт еврейской парадигмы» и тут же: ««Образцовый Христианин» – антисионист»! А почему не антивелосипедист? Будьте уж последовательны: ели у еврейской парадигмы есть адепты – евреи, то есть и ее противники – антисемиты. Если «Образцовый христианин» противник еврейской парадигмы (семитизма), то он необходимо должен считаться антисемитом и никем иным.

[Сергей Баландин]

В Америке, где евреи доминируют в дискурсе, «образцовые христианские идеи» блокированы, они не достигают дискурса, тогда как «частично еврейские» идеи проходят сквозь сито еврейских издателей и профессоров. Таким образом идеи фон Хайека, Поппера и Сороса, вписывающиеся во внешнюю еврейскую парадигму, усиливаются и становятся центральными. Их американским дополнением является объективизм, философия Айн Ранд, русской еврейки, эмигрировавшей в Америку, создательницы пухлых бестселлеров Atlas Shrugged и The Fountainhead, и религиозный вариант объективизма – калифорнийский сатанизм Антона ЛаВея (урожденного Леви), сиониста, ставшего сатанистом (См http://www.slip.net/~wolf/vad/satan/cos/ayn_rand.txt). Их Интернет-сайты славят Израиль, сионизм и Сатану. Среди их адептов был и президент Роналд Реган, ибо сатанизм – это религиозная форма неокапиталистизма, утверждающего избранничество богатых и отверженность бедных. Поэтому американцы так боятся оказаться «лузерами» – «лузер» это грешник в мире предестинации.
– Выше Шамир писал:

Следуя рассуждениям выдающегося американского философа Иммануила Валлерстайна, скажем так: материальный успех в наши дни – это признак морального падения. Успех и богатство не являются знаками божьего благоволения. Во всяком случае, не того Бога, который сказал «блаженны нищие». Человек, добившийся успеха в банде грабителей, не преуспел в глазах Бога. Сегодняшний мир с его миллионами голодающих и благоденствующим сверх всякой меры меньшинством, абсолютно аморален и противоречит христианству так же, как и иудеоамериканский «крестовый поход».

[Сергей Баландин]

Итак, «еврейское решето» в СМИ блокирует Христа и христианские идеи, но пропускает сатанизм. Вот любопытный пример. Группа «Мэрилин Мансон» известна своим осознанным сатанизмом. Один из альбомов группы называется «Антихрист – суперстар». Менеджер Мадонны, который намеревался подписать контракт с группой «Мэрилин Мэнсон», позвонил менеджеру Мэнсона, чтобы выяснить: есть ли среди многих татуировок рок-звезды свастика. «Разумеется, нет, – ответил менеджер Мансона. – Один из парней в нашей рок-группе – еврей». «Что ж, – сказал менеджер Мадонны. – замечательно. У нас нет проблем с сатанизмом, но мы не можем себе позволить иметь дело с нацистами» (Leah Garchik, «Oh, the romance of it,» San Francisco Chronicle, November 7, 2002).
– Трудно однозначно сказать, что такое «сатанизм» и какие у него специфические отличительные признаки. Например, в чем разница между сатанизмом и нацизмом? Но блокировка Христа и христианских идей уже сама по себе сатанизм, не нужно больше ничего пропускать, одной блокировки достаточно, как для того, чтобы создать тьму, достаточно блокировать свет.

[Сергей Баландин]

«Теперь он инсинуирует, что у евреев демоническая природа!» – кипятится мой читатель-еврей. Что ж, демоническая, как в «Демоне Максвелла» (Гипотетическое разумное существо, способное к обнаружению и реакции на движения отдельных молекул. Эту гипотезу выдвинул Джеймс Клерк Максвелл в 1871 году, чтобы проиллюстрировать возможность нарушения второго закона термодинамики. Максвелл вообразил две емкости, наполненные газом, в одинаковых  температурных условиях, соединенные крошечным отверстием. Оно могло открываться или закрываться по желанию «существом», которое позволяло бы проходить отдельным молекулам газа. Пропуская только быстрые молекулы из емкости А в емкость Б, и только медленные из Б в A, демон вызвал бы эффективный поток молекулярной кинетической энергии из А в Б. Таким образом емкость Б нагрелась бы, а емкость А остыла). Шотландский физик Джеймс Клерк Максвелл построил термодинамическую модель: коробку с крошечной дверцей, управляемой демоном. Демон впускает быстрые молекулы и выпускает медленные молекулы. Таким образом коробка может быть нагрета до любой температуры даже в самой холодной среде. Подобным же образом евреи «впускают» в дискурс «полезные для евреев» темы и пытаются блокировать темы, «вредные для евреев».
– Демонической природы не бывает, все демоническое суть отсутствие Божественного или, иными словами, разумного. Пропуская только «полезные для евреев» темы, евреи тем самым блокируют разумный дискурс, ибо не бывает тезиса без антитезиса, не бывает обоснованного утверждения без рассмотрения контраргументов. Таким образом, мы и тут пришли к тьме, т.е. к сатанизму.

[Сергей Баландин]

«Но ведь то же самое делают все другие общины», возразит мне читатель. Не совсем. Любой автор волен изобразить плохого англичанина или американца, араба (это пожалуйста!) или мусульманина, и никогда не услышит упрека. Автор может вывести священника-гомосексуалиста, и он не получит гневного письма, напоминающего, что «не каждый священник – гомосексуалист», или с требованием «исправить это предубеждение», и «показать образцового священника».
Но каждый, кто захочет дать описание отрицательного персонажа-еврея столкнется с «демоном Максвелла». Диккенс в «Оливере Твисте» изобразил Фейгина, отвратительного предводителя банды карманников, и его немедленно забросали письмами и вопросами, поучая: «не каждый еврей – Фейгин». Диккенс никогда и не утверждал этого, но его заставили извиниться перед евреями, и извиняться потом в каждой лекции, которую он читал в Америке. Это преподало ему урок, и он никогда больше не изображал евреев иначе, чем в образе святых.
– Не все евреи фейгины, но фейгиных в еврействе гораздо больше, чем то представляется на первый взгляд, ибо истинные фейгины, в отличие от литературных героев, скрывают свою сущность от посторонних глаз, однако, когда где-то речь заходит о Фейгине, фейгины чувствуют что именно у них на головах, как на воре, шапка горит, и начинают весьма агрессивно реагировать, забывая, что тем самым они публично обнаруживают свою фейгиновскую сущность.

[Сергей Баландин]

С тех пор редкий автор осмеливается изобразить отрицательного персонажа-еврея. Ле Карре умудрился написать книгу, «Single and Single», о демонтировании Советского Союза и о массовом воровстве российской социалистической собственности без одного-единственного еврея. Это – то же самое, что описать мафию, ни словом не упоминая итальянцев.
– А если вся мафия оказалась сплошь из евреев, то тут принято говорить: «ках яца» (так уж вышло) – ну что ж, так уж вышло, что объектами антисемитизма стали, в основном, евреи, кто тут виноват? Антисемиты же не сами себе объекты ненависти выбирали, этим объектом надо было суметь стать.

[Сергей Баландин]

Александр Солженицын столкнулся с этой проблемой (Основано на его статье «Евреи в России и СССР», 1967, опубликовано в 2001 году), так как в его книгах имеются сложные еврейские характеры. Они – офицеры КГБ, стукачи, и верхний эшелон тюремной администрации. Они не исчадия ада, но и не святые. Он немедленно подвергся нападкам, и ему предложили выход: вывести в книге центральный персонаж – «благородного, сильного и храброго еврея». Он отверг это предложение.
– Вот один из примеров: Войнович писал: «Когда одни люди упрекают Солженицына в антисемитизме, другие начинают кричать: «Где? Где? Укажите!» Укажу. Например, в «ГУЛАГе». На берегах Беломорканала он бы выложил дюжину еврейских фамилий начальников строительства» (Портрет на фоне мифа).