Да какая разница с точки зрения этой темы?
Вы так и не смогли обосновать, что в августе 1950, что-то было переделано в связи с идеями Лаврентьева.
И мало ли, что вам тут представляется. А вот нам не представляется. К событиям 1954 года Лаврентьев уж точно отношения не имеет. Не занимайтесь откровенными выдумками.
Переадресуйте последние претензии к себе! Ведь не знаете всех обстоятельств дела, а безоговорочно занимаете одностороннюю позицию. Встаёте в "позицию флюгера" (что сверху скажут, то и понесём в массы)? Так и скажите, тогда каждый участник Форума и сам, при желании, найдёт в доступных на сегодня первоисточниках то, что его интересует.
Моя же позиция в меру объективна. Не принимаем на веру, а анализируем любую информацию!
Вчерне известно содержание материала Лаврентьева по бомбе, с которым ознакомился Сахаров в августе 1950 года. Его устная (повторённая и в личной беседе с Лаврентьевым, впрочем, ни к чему его не обязывавшая) оценка была такой: «предложение представляет интерес, но разработка уже идёт по другому пути".
И это было правдой: разработка, в отличие от лаврентьевского предложения, шла на тот момент по двум тупиковым (ошибочным) проектам – «Слойки» и «Трубы» (правда, об их ошибочности достоверно стало известно только к 1954 году; но американцам, а есть основания полагать, что и лично Сахарову, – об этом стало известно уже в 1950 году!).
Впрочем, и в лаврентьевском предложении Сахаров обнаружил ошибку в записи реакции, но у него и без этой ошибки (её можно было бы и исправить) было достаточно прав, чтобы не принять предложение Лаврентьева для обсуждения в коллективе разработчиков (где его оценка приобрела бы более обоснованный характер и сняла бы с Сахарова возникшие позднее подозрения в предвзятости и личных корыстных мотивах). Сахаров воспользовался своим правом принять решение единолично, и мы не имеем против этого
ничего возразить.
Теперь уже нас будет интересовать не столько Лаврентьев с его предложением, сколько то, каким чудом Сахарову удалось уже к сентябрю 1950 году вывести разработку из тупиковой ситуации, да ещё и, в итоге, на год раньше установленного Постановлением СМ СССР от 26.02.50г. срока выйти на испытание бомбы? Техническим заданием от 26.09.50г. содержание проектных работ было радикально изменено. Применение жидких компонентов термоядерного топлива и соответствующей криогенной техники было полностью исключено. Промышленное производство трития было заменено столь же масштабным производством «сухих» компонентов, которые до этого, в рамках проектов «Слойки» и «Трубы», планировалось использовать лишь в незначительных количествах в качестве добавок к жидкому топливу.
Хотя проект бомбы приобрёл совершенно иной характер, Сахаров представил его как естественное развитие проекта «Слойки», и только испытание бомбы 1953 года показало, что без слоёв Урана-238, предусмотренных проектом «Слойки», характеристики бомбы только улучшились бы, а территория не только полигона, но и значительных его окрестностей не подверглась бы сильнейшему радиоактивному заражению.
На вопрос о том, кто же явился автором свершившегося «чуда», Сахаров, вплоть до своей кончины в декабре 1989 года, отвечал глубокомысленным молчанием. И только в его «Воспоминаниях», опубликованных в 1990 году, было названо имя этого человека, о чём сам этот человек, по его признанию, услышал впервые и тут же постарался дезавуировать эту информацию.
Итак, будем и дальше продолжать эту «игру в прятки», или же раскроем, наконец, эту «роковую тайну Сахарова»?