Какой социализм "правильный"?

[VadimE]

Только суть и  дело  счастливого и справедливого мироустройства состоит не в создании партии. Требуется научно обоснованная идеология, живя согласно которой, люди станут жить в обществе со справедливым жизнеустройством.
Но любое быдло, стремясь и делая вид, будто оно борется за интересы трудового народа (такое быдло, например, как ты), в действительности заботится о своих собственных интересах.

Сударь подзаборник, если вы мните себя спасителем и претендуете на некую идеологию так хоть бы изложили ее вкратце, а то кроме ссылок на шизофренический бред с вольным толкованием предсказаний ничего не предъявляете.
 

[посторонний]

Гондончег-буржуйчег, твоя поповская душонка так и прёт из-под рясы, поэтому ничего оригинального, а главное - умного, от тебя не ожидается в принципе. Песдуй заниматься тем, что у тебя получается лучше всего: раскрашивать буковки в разные цвета и петь псалмы, аллелуйщик куев.    
________________

Посторонний продвигает "марксизьм" в массы:

Когда ряженные коммуняки не могут возразить по существу дела, то они переходят на личности и начинают обливать грязью оппонентов и клеветать а них. Если мы послушаем высказывания этих буржуазных шлюх об основателях научного коммунизма – учения об условиях освобождения пролетариата из-под ига капитала, – то у всякого порядочного человека «завянут уши» от тех мерзостей, до которых опускаются эти буржуазные шлюхи. У них Ленин и педераст, и сифилитик, и шпион и т. д. И Маркса они кем только не называли и какие только пошлые карикатуры они ни рисовали на них, чтобы хоть как-то приподнять себя из той мерзопакостной тины, в которой они сидят и откуда квакают. Поэтому я не удивляюсь и тому, до чего опустилась ряженная в коммунистический наряд буржуазная шлюха под ником Antediluvian. Это у двуликих буржуазных тварей в крови. "=?

[Antediluvian]

У них Ленин ...

А ты себя-то с Лениным не ровняй, поп-звезда.   

[посторонний]

А ты себя-то с Лениным не ровняй, поп-звезда.   

Я себя с Лениным не равняю. Мне до него далеко, как до Луны. Этот ты, рядящаяся в коммунистический наряд шлюха буржуазная, называешь последователей марксизма (а занчит и Ленина, как самого последоваетльного марксиста) "попами марксистского прихода", а аргументированно обосновать свои клеветнические заявления не можешь из-за убогости буржуазного умишка. +@> Ты, гадина ползучая, только и можешь, что ядом брызгать и злобно шипеть.

[Antediluvian]

Я себя с Лениным не равняю. Мне до него далеко, как до Луны. Этот ты, рядящаяся в коммунистический наряд шлюха буржуазная, называешь последователей марксизма (а занчит и Ленина, как самого последоваетльного марксиста) "попами марксистского прихода", а аргументированно обосновать свои клеветнические заявления не можешь

Ню-ню. Во-первых, термин Франца Меринга (выдающегося марксиста, кстати говоря), я применил к тебе, а не к Ленину, так что не примазывайся. Во-вторых, это исключительно правильный термин, поскольку "попы марксистского прихода" тупо заучивают некие положения или цитаты как догмы, которыми потом и оперируют, совершенно не заботясь о соответствии догм объективной действительности и наплевав на предупреждения Маркса и Энгельса о том, что их учение не догма, а руководство к действию. Ну и в-третьих, это определение как нельзя точно подходит для тебя, поскольку всё, чему ты научился - это выдёргивать цитаты из работ Маркса, Энгельса и Ленина, не соображая, о чём они, а потом придавать буковкам разные цвета и размеры. На этом твой "креатифчег" заканчивается. Так что, как видишь, "попом марксистского прихода" я тебя назвал обоснованно. Беги теперь к попадье, пусть тебе рясу постирает, а то ты опять, как обычно, обосрамшись. 

[посторонний]

Ню-ню. Во-первых, термин Франца Меринга (выдающегося марксиста, кстати говоря), я применил к тебе, а не к Ленину, так что не примазывайся. Во-вторых, это исключительно правильный термин, поскольку "попы марксистского прихода" тупо заучивают некие положения или цитаты как догмы, которыми потом и оперируют, совершенно не заботясь о соответствии догм объективной действительности и наплевав на предупреждения Маркса и Энгельса о том, что их учение не догма, а руководство к действию.

Если уж кого и правильно считать «попами марксистского прихода», так это тех ряженных в коммунистический наряд буржуинов, которые господствовали в «СССР» после смерти Ленина и тебя, как одного ярко выраженного обскуранта из этого прихода. Именно эти «попы марксистского прихода», коммунисты-оборотни превратили марксистско-ленинскую науку в нечто похожее на религию и ко всякому, кто пытался доказать этим коммунистам-оборотням то,  что они отступают от заветов Ленина и ведут прямо противоположную марксизму-ленинизму политику и строят не коммунизм, а капитализм, применяли инквизиторские меры воздействия. Правда, надо признать, что эти инквизиторские меры применялись коммунистами-оборотнями с небольшим гуманизмом по отношению к тем, кого они объявляли оппортунистами, ревизионистами, шпионами и т. д.: вместо сожжения на костре их благосклонно расстреливали или просто превращали в лагерную пыль.    

Ну а последние твои слова, ряженная коммуняка, как не странно, соответствуют истине. Действительно, марксистско-ленинское учение не догма, а руководство к действию. И вот это марксистско-ленинское руководство к действию:

«…Главной задачей коммунистических партий, с точки зрения международного пролетарского движения, является в данный момент сплочение раздробленных коммунистических сил, образование в каждой стране единой коммунистической партии (или укрепление и обновление партии уже существующей) для удесятерения работы по подготовке пролетариата к завоеванию власти в форме диктатуры пролетариата. Обычная социалистическая работа групп и партий, признающих диктатуру пролетариата, далеко ещё в недостаточной мере подвергнута той коренной переделке, тому коренному обновлению, которые необходимы для признания этой работы коммунистической и соответствующей задачам кануна пролетарской диктатуры.

Завоевание политической власти пролетариатом не прекращает классовой борьбы его против буржуазии, а, напротив, полностью или отчасти стоящие на точке зрения реформизма, «центра» и т. п., неизбежно становятся в силу крайнего обострения борьбы либо на сторону буржуазии, либо в число колеблющихся, либо (что всего опаснее) попадают в число ненадёжных друзей победоносного пролетариата. Поэтому подготовка пролетариата требует не только усиления борьбы против тенденций реформистских и «центровиков», но и изменения характера этой борьбы. Борьба не может ограничиваться выяснением ошибочности этих тенденций, а должна разоблачать неуклонно и беспощадно всякого деятеля внутри рабочего движения, проявляющего эти тенденции, ибо иначе пролетариат не может узнать, с кем он пойдёт на самую решительную борьбу против буржуазии. Эта борьба такова, что в любую минуту может заменить – и заменит, как уже показал опыт, – оружие критики критикой оружием. Всякая непоследовательность или слабость в разоблачении тех, кто проявляет себя как реформист или «центровик», означает прямое увеличение опасности свержения власти пролетариата буржуазией, которая использует завтра для контрреволюции то, что кажется близоруким людям лишь «теоретическим разногласием» сегодня.

…То, что кажется до победы пролетариата теоретическим только разногласием по вопросу о «демократии», становится неизбежно завтра, после победы, вопросом, который решается силой оружия. Следовательно, без коренного изменения всего характера борьбы с «центровиками» и «защитниками демократии» невозможна даже предварительная подготовка масс к осуществлению диктатуры пролетариата.

[посторонний]

Диктатура пролетариата есть наиболее решительная форма классовой борьбы пролетариата с буржуазией. Такая борьба может быть успешна, лишь когда самый революционный авангард пролетариата ведёт за собой подавляющее большинство его. Подготовка пролетариата требует поэтому не только разъяснения буржуазного характера всякого реформизма, всякой защиты демократии при сохранении частной собственности на средства производства; не только разоблачения проявления таких тенденций, означающих на деле проведение защиты буржуазии внутри рабочего движения, – но требует также замены старых вождей коммунистами во всех решительно видах пролетарских организаций, не только политических, но и профессиональных и т. д. Чем более длительным, полным и прочным было господство буржуазной демократии в данной стране, тем более удалось буржуазии провести на посты таких вождей, ею воспитанных, её воззрениями и предрассудками пропитанных, ею очень часто прямо или косвенно подкупленных деятелей. Поэтому необходимо во сто раз смелее, чем до сих пор, вытеснять этих представителей рабочей аристократии или оборжуазившихся рабочих со всех их постов и заменять их хотя бы даже самыми неопытными рабочими, лишь бы они были связаны с эксплуатируемой массой и пользовались её доверием в борьбе с эксплуататорами. Диктатура пролетариата потребует назначения таких, не имеющих опыта, рабочих на самые ответственные государственные посты, иначе власть рабочего правительства будет бессильна, и оно не будет поддержано массой.

Диктатура пролетариата есть самое полное осуществление руководства всеми трудящимися и эксплуатируемыми, которые угнетены, забиты, задавлены запуганы, раздроблены, обмануты классом капиталистов, со стороны единственного класса, подготовленного к такой руководящей роли всей историей капитализма. [«Диктатуру осуществляет организованный в Советы пролетариат, которым руководит коммунистическая партия большевиков…» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 31, изд. 4-е, стр. 29)]. Поэтому подготовка диктатуры пролетариата должна быть начата повсеместно и немедленно посредством следующего, между прочим, приёма:

Во всех без изъятия организациях, союзах, объединениях, в первую голову пролетарских, а затем и непролетарской трудящейся и эксплуатируемой масс (политических, профессиональных, военных, кооперативных, образовательных, спортивных и проч. и т. д.) должны быть созданы группы или ячейки коммунистов – преимущественно открытые, но также и тайные, обязательные в каждом таком случае, когда следует предполагать закрытие их, арест или изгнание их членов со стороны буржуазии; – причём эти ячейки, тесно связанные между собой и с центром партии, обмениваясь своим опытом, осуществляя работу агитации, пропаганды, организации, применялись решительно ко всем разновидностям общественной жизни, решительно ко всем разновидностям и подразделениям трудящейся массы, должны систематически воспитывать такой разносторонней работой и самих и себя, и партию, и класс, и массы. При этом крайне важно практически выработать необходимое различие приёмов всей работы, с одной стороны – по отношению к «вождям» или к «ответственным представителям», сплошь да рядом безнадёжно испорченным мелкобуржуазными и империалистскими предрассудками; эти «вожди» должны быть беспощадно разоблачаемы и изгоняемы из рабочего движения; – с другой стороны, по отношению к массам, которые, особенно после империалистской бойни, большей частью склонны слушать и воспринять учение о необходимости руководства пролетариата, как единственного выхода из капиталистического рабства; к массам надо научиться подходить особенно терпеливо и осторожно, чтобы уметь понять особенности, своеобразные черты психологии каждого слоя, профессии и т. п. этой массы…  

…Одна из главных причин, затрудняющих революционное рабочее движение в различных капиталистических странах, состоит в том, что, благодаря колониальным владениям и сверхприбылям финансового капитала и т. п., капиталу удалось здесь выделить сравнительно более широкий и устойчивый слой небольшого меньшинства рабочей аристократии. Она пользуется лучшими условиями заработка и более всего пропитана духом цеховой узости, мещанскими и империалистскими предрассудками. Это – настоящая социальная «опора» II Интернационала, реформистов и «центровиков», а в данный момент это – едва ли не главная социальная опора буржуазии. Никакая даже предварительная подготовка пролетариата к свержению буржуазии невозможно без немедленной, систематической, широкой, открытой борьбы с этим слоем, который, несомненно, – поставит не мало элементов для буржуазной белой гвардии после победы пролетариата» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 31, изд. 4-е, стр. 164 – 169).

[посторонний]

«ОППОРТУНИЗМ – НАШ ГЛАВНЫЙ ВРАГ. Оппортунизм в верхах рабочего движения, – социализм не пролетарский, а буржуазный. Практически доказано, что деятели внутри рабочего движения, принадлежащие к оппортунистическому направлению, – лучшие защитники буржуазии, чем сами буржуа. Без их руководства рабочими буржуазия не смогла бы держаться» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 31, изд. 4-е, стр. 206).  

«Синьоры оппортунисты, в том числе и каутскианцы, «учат» народ, в издевку над учением Маркса: пролетариат должен сначала завоевать большинство посредством всеобщего избирательно права, потом получить, на основе такого голосования большинства, государственную власть и затем уже, на этой основе «последовательной» (иные говорят: «чистой») демократии, организовать социализм.

А мы (большевики-ленинцы. – Авт.) говорим, на основании учения Маркса и опыта русской революции:

Пролетариат должен сначала низвергнуть буржуазию и завоевать себе государственную власть, а потом эту государственную власть, то есть диктатуру пролетариата, использовать как орудие своего класса в целях приобретения сочувствия большинства трудящихся.

Каким образом государственная власть в руках пролетариата может стать орудием его классовой борьбы за влияние на непролетарские трудящиеся массы? За привлечение их на сторону пролетариата? за оторвание, отвоевание их от буржуазии?

Во-первых, пролетариат достигает этого тем, что пускает в ход НЕ СТАРЫЙ аппарат государственной власти, а ЛОМАЕТ его ВДРЕБЕЗГИ, не оставляет в нём камня на камне (вопреки воплям запуганных мещан и угрозам саботажников) и СОЗДАЁТ НОВЫЙ государственный аппарат. Этот новый государственный аппарат приспособлен к диктатуре пролетариата и к её борьбе против буржуазии за непролетарские трудящиеся массы. Этот новый аппарат не выдуман кем-либо, а ВЫРАСТАЕТ из классовой борьбы пролетариата, из её распространения вширь и вглубь. Этот новый аппарат государственной власти, НОВЫЙ ТИП государства есть Советская власть (организованная по типу Парижской Коммуны. – Авт.).

Российский пролетариат, завоевав государственную власть, немедленно, через несколько часов, объявил старый государственный аппарат (веками приспосабливаемый, как показал Маркс, к служению классовым интересам буржуазии, хотя бы при самой демократической республике) РАСПУЩЕННЫМ и предал ВСЮ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ (организованным по типу Парижской Коммуны. – Авт.). А в Советы допускались только трудящиеся и эксплуатируемые, при исключении всех и всяческих эксплуататоров.

Таким путём, сразу, одним ударом, немедленно после завоевания государственной власти пролетариатом, пролетариат отвоёвывает у буржуазии громадную массу её сторонников из мелкобуржуазных и «социалистических» партий, ибо эта масс – трудящиеся и эксплуатируемые, которых буржуазия ( в том числе её подпевалы, Черновы, Каутские, Мартовы и Кº) обманывала и которые, получив Советскую власть, получают впервые орудие массовой борьбы за свои интересы против буржуазии.

Во-вторых, пролетариат может и должен сразу или во всяком случае очень быстро отвоевать у буржуазии и у мелкобуржуазной демократии «их» массы, т. е. массы, шедшие за ними, – отвоевать посредством  революционного удовлетворения их наиболее насущных экономических нужд ценой экспроприации помещиков и буржуазии.

Буржуазия этого сделать не может, хотя бы обладала какой угодно «могучей» государственной властью.

Пролетариат, на другой же день после завоевания им государственной власти, это сделать может, ибо он имеет для этого и аппарат (Советы) и экономические средства (экспроприация помещиков и буржуазии).

Именно так российский пролетариат отвоевал у эсеров крестьянство и отвоевал буквально через несколько часов после завоевания пролетариатом государственной власти. Ибо через несколько часов после победы над буржуазией в Петрограде, победивший пролетариат издал «декрет о земле», а в этом декрете целиком и сразу, с революционной быстротой, энергией и беззаветностью, осуществил все насущные экономические нужды большинства крестьян, экспроприировал полностью и без выкупа помещиков.

[посторонний]

Чтобы доказать крестьянам, что пролетарии хотят не майоризировать их, не командовать ими, а помогать им и быть друзьями их, победившие большевики ни слова своего не вставили в «декрет о земле», а списали его, слово в слово, с тех крестьянских наказов (наиболее революционных, конечно), которые были опубликованы эсерами в эсеровской газете.

Эсеры кипятились, возмущались, негодовали, вопили, что «большевики украли их программу», но над эсерами за это только смеялись: хороша же партия, которую надо было победить и прогнать из правительства, чтобы осуществить всё революционное, всё полезное для трудящихся из её программы!

Вот этой диалектики никогда не могли понять предатели, тупицы и педанты II Интернационала (этой диалектики не хотят понимать современные коммунисты-оборотни. – Авт.): пролетариат не может победить, не завоевав на свою сторону большинства населения. Но ограничивать или обусловливать это завоевание приобретением большинства голосов на выборах при господстве буржуазии есть непроходимое скудоумие или простое надувательство рабочих. Чтобы завоевать большинство населения на свою сторону, ПРОЛЕТАРИАТ ДОЛЖЕН, во-первых, СВЕРГНУТЬ буржуазию и ЗАХВАТИТЬ ГОСУДАРСТВЕННУЮ ВЛАСТЬ в свои руки; он ДОЛЖЕН, во-вторых, ВВЕСТИ Советскую власть, РАЗБИВ ВДРЕБЕЗГИ старый государственный аппарат, чем он сразу ПОДРЫВАЕТ ГОСПОДСТВО, авторитет, влияние буржуазии и мелкобуржуазных соглашателей в среде непролетарских трудящихся масс. Он должен, в-третьих, добить влияние буржуазии и мелкобуржуазных соглашателей среди большинства непролетарских трудящихся масс революционным осуществлением их экономических нужд на счёт эксплуататоров.

Возможность этого дана, разумеется, лишь известной высотой капиталистического развития. Без этого основного условия не может быть ни выделения пролетариата в особый класс, ни успеха его длительной подготовки, воспитания, обучения, испытания в борьбе на долгих годах стачек, демонстраций, опозорения и изгнания оппортунистов. Без этого основного условия не может быть той роли, экономической и политической, центров, овладевая которыми, пролетариат овладевает всей государственной властью или, вернее, её жизненным нервом, сердцевиной, узлом. Без этого основного условия не может быть той родственности, близости, связи между положением пролетариата и положением непролетарских трудящихся масс, которые (родственность, близость, связь) необходимы для влияния пролетариата на эти массы, для успеха его воздействия на них…

Одним из необходимых условий подготовки пролетариата к его победе является длительная и упорная, беспощадная борьба против оппортунизма, реформизма, социал-шовинизма и тому подобных буржуазных влияний и течений, которые неизбежны, поскольку пролетариат действует в капиталистической обстановке. Без такой борьбы, без предварительной полной победы над оппортунизмом в рабочем движении не может быть и речи о диктатуре пролетариата. Большевизм не победил бы буржуазию в 1917 – 1919 годах, если бы он не научился предварительно, в 1903 – 1917 годах, побеждать и беспощадно изгонять из партии пролетарского авангарда меньшевиков, то есть оппортунистов, реформистов, социал-шовинистов» (см. В.И. Ленин, Соч., т. 30, изд. 4-е, 1950 г., стр. 239-242).  

Опаснейшим самообманом – а в большинстве случаев простым надувательством рабочих – являются теперь словесные признания диктатуры пролетариата вождями современных «коммунистических» партий, которые на деле продолжают старую, привычную политику уступок и уступочек оппортунизму, примирения с ним, раболепства перед предрассудками буржуазной демократии («последовательной демократии» или «чистой демократии»), буржуазного парламентаризма и так далее».

[посторонний]

Буржуазная шлюшка Antediluvian, рядящаяся в коммунистический наряд, открыла тему «Какой социализм правильный», но так и не предоставила ни одного разъяснения, в котором бы шла речь о том, какой социализм она считает правильным и по каким признакам можно отличить «правильный социализм» от неправильного. Она только злобно лает и поносит все главные положения марксистско-ленинской науки, которые колют своим революционным остриём не в бровь, а прямо в глаз всем буржуа и их прихвостням.  "=?

[Antediluvian]

они отступают от заветов Ленина и ведут прямо противоположную марксизму-ленинизму политику и строят не коммунизм, а капитализм, применяли инквизиторские меры воздействия. Правда, надо признать, что эти инквизиторские меры применялись коммунистами-оборотнями с небольшим гуманизмом по отношению к тем, кого они объявляли оппортунистами, ревизионистами, шпионами и т. д.: вместо сожжения на костре их благосклонно расстреливали или просто превращали в лагерную пыль.    

И тут же:

Завоевание политической власти пролетариатом не прекращает классовой борьбы его против буржуазии, а, напротив, полностью или отчасти стоящие на точке зрения реформизма, «центра» и т. п., неизбежно становятся в силу крайнего обострения борьбы либо на сторону буржуазии, либо в число колеблющихся, либо (что всего опаснее) попадают в число ненадёжных друзей победоносного пролетариата. Поэтому подготовка пролетариата требует не только усиления борьбы против тенденций реформистских и «центровиков», но и изменения характера этой борьбы. Борьба не может ограничиваться выяснением ошибочности этих тенденций, а должна разоблачать неуклонно и беспощадно всякого деятеля внутри рабочего движения, проявляющего эти тенденции, ибо иначе пролетариат не может узнать, с кем он пойдёт на самую решительную борьбу против буржуазии. Эта борьба такова, что в любую минуту может заменить – и заменит, как уже показал опыт, – оружие критики критикой оружием.

То есть именно то, чем занимался Сталин, ставя оппортунистов и прочих отщепенцев к стенке и превращая их в лагерную пыль. Попик опять не врубился в то, что он цитирует, и в очередной раз проявил себя невменяемым догматиком. А ещё обижается, что я ему неправильно поставил диагноз.

[Antediluvian]

Буржуазная шлюшка Antediluvian, рядящаяся в коммунистический наряд, открыла тему «Какой социализм правильный», но так и не предоставила ни одного разъяснения, в котором бы шла речь о том, какой социализм она считает правильным и по каким признакам можно отличить «правильный социализм» от неправильного. Она только злобно лает и поносит все главные положения марксистско-ленинской науки, которые колют своим революционным остриём не в бровь, а прямо в глаз всем буржуа и их прихвостням.  "=?

Правильный социализм - это ленинско-сталинский социализм. Подтверждено главным критерием истины -  общественно-исторической практикой. Но так как для тебя догмы важнее фактов, ты этого понять не в состоянии.
__________

Посторонний твёрдо стоит "на страже" завоеваний пролетариата:

[посторонний]

Правильный социализм - это ленинско-сталинский социализм. Подтверждено главным критерием истины -  общественно-исторической практикой. Но так как для тебя догмы важнее фактов, ты этого понять не в состоянии.
__________

Посторонний твёрдо стоит "на страже" завоеваний пролетариата:

Нет такого социализма. Есть марксистско-ленинский социализм и главным признаком наличия такого социализма в обществе является политическое господство рабочего класса, организованного по типу Парижской Коммуны в советское государство диктатуры пролетариата. "Без господства пролетариата в государстве социализм не мыслим. Это - АЗБУКА" (см. В. И. Ленин, Избр. Пр.. т. 2, М., 1966 г., стр. 643). -*'


В настоящее время есть НАУЧНЫЙ СОЦИАЛИЗМ (КОММУНИЗМ) – учение об условиях освобождения пролетариата из-под ига капитала, разработанное Марксом и Энгельсом, а потом дополненное и на практике применённоё Лениным и его единомышленниками у нас в России – и есть реакционный социализм разных оттенков, разработанный эксплуататорами в интересах одурачивания пролетариата и, следовательно, в интересах сохранения господства эксплуататоров. Поскольку научный коммунизм указывает рабочим путь к их освобождению, постольку, естественно, все эксплуататоры и их апологеты, напуганные тем, что, руководствуясь этим никем непревзойдённым учением, рабочие могут свергнуть их господство и заставить трудиться, объявляют его вредным или устаревшим. Так ведь по-другому эксплуататоры и не могут поступать. Чтобы удержать своё господство в обществе, им просто необходимо обливать грязью марксистско-ленинское учение об условиях освобождения пролетариата из-под ига капитала.

Современные коммунисты-оборотни, «попы марксистского прихода», превратили коммунизм в идеал, к которому все должны стремиться и с которым должна сообразовываться действительность. Но это неверно. Это – своего рода религиозная догма, необходимая «попам марксистского прихода» для одурачения народа.

«Коммунизм – говорят Маркс и Энгельс – для нас не состояние, которое должно быть установлено, не идеал, с которым должна сообразовываться действительность. Коммунизмом мы называем действительное движение, которое уничтожает теперешнее состояние» (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 3, стр. 34). «Последним и величайшим из всех когда-либо происходивших движений была Коммуна. Коммуна представляла собой – и об этом не может быть двух мнений – завоевание политической власти рабочим классом… Уничтожив существующие условия угнетения путем передачи всех средств труда производителю и заставив, таким образом, каждого физически пригодного индивидуума работать, чтобы обеспечить себе существование, мы устраним единственную основу классового господства и угнетения. Но прежде чем осуществление такой перемены станет возможным, необходима диктатура пролетариата, а первым ее условием является армия пролетариата. Право на свое освобождение рабочий класс должен завоевать на поле битвы. Задача Интернационала – организовать и объединить силы рабочего класса для предстоящей борьбы» (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 17, изд. 2-е, стр. 438).

Из сказанного Марксом и Энгельсом явствует, что под коммунизмом они понимают, прежде всего, борьбу рабочего класса за своё освобождение из-под ига капитала. Эта борьба рабочего класса может быть доведена до победного конца – до построения бесклассового коммунистического общества – лишь при том условии, если рабочий класс организуется в пролетарское государство, устроенное по типу Парижской Коммуны и никак иначе.

«Коммуна – «открытая наконец» пролетарской революцией форма, при которой может произойти экономическое освобождение труда» (см. В. И. Ленин, "Государство и революция", а также см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Избр. пр., т. 2, М., 1985 г., стр. 241).

[посторонний]

«Парижская Коммуна дала нам образец государства типа Совета рабочих депутатов – прямой власти организованных и вооружённых рабочих, – диктатуры рабочих и крестьян. Роль Советов, значение такой диктатуры – организованное насилие против контрреволюции в интересах большинства, опираясь на большинство… Здесь сам народ собой управляет… Чтобы удержать свободу, необходимо поголовное вооружение народа, – вот в чём суть Коммуны» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, стр. 119 или см. В. И. Ленин, ПСС, т. 31, стр. 243-244).

«Советы суть новый государственный аппарат, дающий, во-первых, вооружённую силу рабочих и крестьян, причём эта сила не оторвана от народа, как сила старой постоянной армии, а теснейшим образом с ним связана; в военном отношении эта сила несравненно более могучая, чем прежние; в революционном отношении она незаменима ничем другим. Во-вторых, этот аппарат даёт связь с массами, с большинством народа настолько тесную, неразрывную, легко проверяемую и возобновляемую, что ничего подобного в прежнем государственном аппарате нет и в помине. В-третьих, этот аппарат в силу выборности и сменяемости его состава по воле народа, без бюрократических формальностей, является гораздо более демократическим, чем прежние аппараты. В-четвёртых, он даёт крепкую связь с самыми различными профессиями, облегчая тем различнейшие реформы самого глубокого характера без бюрократии. В-пятых, он даёт форму организации авангарда, то есть самой сознательной, самой энергичной, передовой части угнетённых классов, рабочих и крестьян, являясь таким образом аппаратом, посредством которого авангард угнетённых классов может поднимать, воспитывать, обучать и вести за собой всю гигантскую массу этих классов, до сих пор стоявшую совершенно вне политической жизни, вне истории. В-шестых, он даёт возможность соединять выгоды парламентаризма с выгодами непосредственной и прямой демократии, то есть соединять в лице выборных представителей народа и законодательную функцию и исполнение законов. По сравнению с буржуазным парламентаризмом это такой шаг вперёд в развитии демократии, который имеет всемирно-историческое значение» (см. В.И. Ленин, Соч., т. 26, изд. 4-е, 1949 г., стр. 79). «Нужны по всему государству такие Советы рабочих и прочих депутатов, это требование жизни. Другого пути нет. Это и есть Парижская Коммуна! … Вот это и есть тип государства, при котором можно идти к социализму» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, стр. 119 или см. В. И. Ленин, ПСС, т. 31, стр. 243-244). 

[Antediluvian]

Нет такого социализма. Есть марксистско-ленинский социализм и главным признаком наличия такого социализма в обществе является политическое господство рабочего класса

В ленинско-сталинском СССР как раз и было господство рабочего класса. И даже в позднем СССР на высшие партийные и государственные посты попали комбайнёр Горбачёв и строитель Ельцин. То, что оба оказались гондонами, это отдельный вопрос, но они были выходцами из самого что ни на есть рабочего класса.

организованного по типу Парижской Коммуны

А эту мантру можешь смело засунуть себе в задницу. Ты так и не объяснил, как представляешь себе работу хотя бы одного крупного предприятия в государстве "по образу и подобию". А исторических примеров такого функционирования попросту нет.

Современные коммунисты-оборотни, «попы марксистского прихода», превратили коммунизм в идеал, к которому все должны стремиться и с которым должна сообразовываться действительность. Но это неверно. Это – своего рода религиозная догма, необходимая «попам марксистского прихода» для одурачения народа.

Это ты про себя написал? Забыл только повторить заклинание "по образу и подобию Парижской коммуны".

И вообще ты тупой и невежественный лох (как и положено среднестатистическому приходскому попу), потому что если бы в твоей голове были мозги, ты бы давно понял, что не бывает одного для всех "правильного" социализма, а также догадался бы, почему я взял это слово в кавычки в названии темы. Варианты слома системы, в которой господствуют отношения частной собственности, могут быть чрезвычайно разнообразны. Соответственно, разными будут способы построения и существования социалистического государства. В индустриальных странах вариант может быть один, в аграрных – другой, в странах с развитой национальной буржуазией – третий, в полуфеодальных странах - четвёртый… Одно дело развивать социализм в условиях непрерывной угрозы войны и интервенции, другое дело – в ситуации достаточно мирной. Одно дело, когда находишься в экономической блокаде и приходится рассчитывать во всём почти исключительно на собственные ресурсы, другое дело – когда есть возможность широко обмениваться опытом и товарами со всеми частями света. И т.д., и т.п.

Единственный признак социализма, общий для всех его вариантов и разновидностей - господство государственной плановой экономики в ключевых областях материального производства. Брать в качестве обязательных признаков социализма что-то ещё (хоть "образ и подобие Парижской коммуны", хоть фасон кепки лидера партии) - значит, расписываться в своей непроходимой тупости, что ты неизменно делаешь в каждом своём сообщении.

[посторонний]

Единственный признак социализма, общий для всех его вариантов и разновидностей - господство государственной плановой экономики в ключевых областях материального производства. Брать в качестве обязательных признаков социализма что-то ещё (хоть "образ и подобие Парижской коммуны", хоть фасон кепки лидера партии) - значит, расписываться в своей непроходимой тупости, что ты неизменно делаешь в каждом своём сообщении.

Так говорит ряженный в коммунистический наряд «поп марксистского прихода». И это своё надуманное вульгарное буржуазно-филистерское высказывание он возводит в догму, которая не имеет ничего общего с научным социализмом, разработанным Марксом и Энгельсом, а потом дополненным Лениным и применённым им и его единомышленниками на практике в России. Подтвердить, что этот псевдомарксистский бред соответствуют положениям научного коммунизма ряженная в коммунистический наряд буржуазная шлюха не может в виду отсутствия таких бредовых положений в марксизме-ленинизме. Она просто, как попы, декларирует это своё положение и приписывает его к разработанной ими религии «коммунизма». Когда эти «попы марксистского прихода» господствовали в «советском» обществе, они объявляли всех, кто указывал им на несоответствие этого бреда марксизму-ленинизму, оппортунистами, ревизионистами, врагами народа, шпионами и т. д., и по сфабрикованным делам уничтожали силой МОНАРХИЧЕСКИХ органов управления в подвалах «НКВД» и концентрационных лагерях. Стоявшая под красными флагами буржуазная реакционно-бюрократическая власть, во главе которой стоял «красный монарх» «товарищ» Сталин, объявляя указанных лиц оппортунистами, ревизионистами, врагами народа и шпионами, на самом деле уничтожала по сфабрикованным делам истинных коммунистов, ставивших своей конечной целью уничтожение государства и классов (построение коммунизма) и тем самым мешавших коммунистам-оборотням на века установить своё господство в обществе.     

Указанный «попом марксистского прихода» признак социализма выдуман замаскировавшимися под коммунистов буржуа с  целью  введения народа в заблуждение и увековечивания их господства в обществе.

Основным признаком научного социализма (коммунизма) является политическое господство рабочего класса, организованного по типу Парижской Коммуны в советское государство диктатуры пролетариата.

Но коммунисты-оппортунисты, являющиеся скрытыми врагами рабочего класса и постоянно защищающие господство эксплуататоров под видом отстаивания интересов трудящихся, не согласны с таким умозаключением. Они мошенническим образом изображают дело так, будто по Ленину решающими признаками социализма [как первой фазы коммунистического развития общества] являются 1) общественная собственность на средства производства и 2) плановая экономика. И, исходя из этого, совершенно неверного, надуманного и прямо искажающего всё учение о социализме, положения, они делают лживый вывод, что после смерти Ленина в нашей стране был построен социализм, поскольку была общественная форма собственности на средства производства и плановая экономика.

Здесь, чтобы показать несостоятельность заявления «попов марксистского прихода», сразу же следует указать на тот факт, что изначально, исторически к обобществлению (или огосударствлению или национализации) средств производства ведёт не социализм, а капитализм. Да и Ленин прямо указывает, что «национализация земли была буржуазной мерой» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 87). Поэтому обобществление [или национализация] средств производства никак не может быть решающим признаком социализма. Наука марксизма учит нас тому, что «капиталистическое производство, ведущееся акционерными обществами, это уже больше НЕ ЧАСТНОЕ производство, а производство в интересах многих объединившихся лиц. Если мы от акционерных обществ переходим к трестам, которые подчиняют себе и монополизируют целые отрасли промышленности, то прекращается не только частное производство, но и отсутствие планомерности» [см. Ф. Энгельс, «К критике проекта социал-демократической программы» (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. 3, М., 1985 г., стр. 476)].

[посторонний]

В этом, выше представленном научном положении марксизма ясно указывается на то, что уже при капитализме средства производства ОБОБЩЕСТВЛЯЮТСЯ и само производство становится ПЛАНОВЫМ. «А так как эти тресты при первой заминке в делах большей частью распадаются, то они тем самым вызывают ещё более концентрированное обобществление: целая отрасль промышленности превращается в одно сплошное колоссальное акционерное общество, конкуренция внутри страны уступает место монополии этого общества внутри данной страны… В конце концов, государство как официальный представитель капиталистического общества вынуждено взять на себя руководство производством… Но ни переход в руки акционерных обществ и трестов, ни превращение в государственную собственность НЕ УНИЧТОЖАЮТ КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО ХАРАКТЕРА производительных сил. Относительно акционерных обществ и трестов это совершенно очевидно. А современное государство опять-таки есть лишь организация, которую создаёт себе буржуазное общество для охраны общих внешних условий капиталистического способа производства от посягательств как рабочих, так и отдельных капиталистов. Современное (буржуазное. – Авт.) государство, какова бы ни была его форма, есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный СОВОКУПНЫЙ КАПИТАЛИСТ. Чем больше производительных сил возьмёт оно в свою собственность, тем ПОЛНЕЕ будет его ПРЕВРАЩЕНИЕ в СОВОКУПНОГО КАПИТАЛИСТА и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать. Рабочие останутся наёмными рабочими, пролетариями. Капиталистические отношения НЕ УНИЧТОЖАЮТСЯ, а, наоборот, доводятся до крайности, до высшей точки… ГОСУДАРСТВЕННАЯ СОБСТВЕННОСТЬ на производительные силы НЕ РАЗРЕШАЕТ КОНФЛИКТА…» (см. Ф. Энгельс, «Развитие социализма от утопии к науке» [см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. 3, М., 1985 г., стр. 158-160]).  

«Здесь (в цитируемых словах Энгельса. – Авт.) взято самое основное в теоретической оценке новейшего капитализма, т. е. империализма, именно, что капитализм превращается в монополистический КАПИТАЛИЗМ» [«Объективное положение дел показало, что… развитие капитализма… шло вперёд от капитализма к империализму, от монополии к огосударствлению» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, стр. 210)]. «Последнее приходится подчеркнуть, ибо САМОЙ РАСПРОСТРАНЁННОЙ ОШИБКОЙ является буржуазно-реформистское утверждение (а так утверждают все оппортунисты из «КПРФ». – Авт.), будто монополистический или государственно-монополистический капитализм УЖЕ НЕ ЕСТЬ капитализм, уже может быть назван «государственным социализмом» и тому подобное. Полной планомерности, конечно, тресты не давали, не дают до сих пор и не могут дать. Но поскольку они дают планомерность, поскольку магнаты капитала наперёд учитывают размеры производства в национальном масштабе или даже интернациональном масштабе, поскольку они его планомерно регулируют, мы остаёмся всё же ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ, хотя и в новой его стадии, но, несомненно, при капитализме. «Близость» такого капитализма к социализму должна быть для действительных представителей пролетариата доводом за близость, лёгкость, осуществимость, неотложность социалистической революции, а вовсе не доводом за то, чтобы терпимо относиться к отрицанию этой революции и к подкрашиванию капитализма, чем занимаются все реформисты (=оппортунисты из «КПРФ». – Авт.)» (см. В. И. Ленин, Соч., т. 25, изд. 4-е, стр. 414-415).  

Здесь, как всякий может видеть, наука марксизма-ленинизма ясно указывает на то, что капитализм ведёт к обобществлению средств производства и планированию производства в общенациональном масштабе и что именно поэтому общественная (государственная) собственность на средства производства и само ПЛАНОВОЕ производство ещё НЕ ЕСТЬ социализм. Понимать это умышленно не хотят только враги рабочего класса, изображающие себя в глазах трудящихся коммунистами и извращающие учение марксизма-ленинизма исключительно для того, чтобы трудящиеся не могли разобраться, в чём состоит суть строительства социализма.

[посторонний]

Марксизм-ленинизм действительно называет «социализмом» [или первой (низшей) фазой коммунистического общества] «переход средств производства в общую собственность всего общества» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 302), но при этом он уточняет это своё научное положение, обстоятельно разъясняет его в своей литературе. Так, например, в книге В. И. Ленина «Государство и революция» очень подробно разъясняется, что наука марксизма ПРИЗНАЁТ СОЦИАЛИЗМОМ переход средств производства в общую собственность «поголовно вооружённого народа» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 307), организованного по типу Парижской Коммуны в государство диктатуры пролетариата; там вполне определённо говорится, что ПРИ СОЦИАЛИЗМЕ средства производства находятся в ОБЩЕЙ СОБСТВЕННОСТИ «государства ВООРУЖЁННЫХ РАБОЧИХ» и что «ВСЕ граждане» при этом общественном строе «превращаются… в служащих по найму у государства, каковым являются ВООРУЖЁННЫЕ РАБОЧИЕ. ВСЕ граждане становятся служащими и рабочими одного всенародного, государственного «синдиката» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 308). Всё общество постепенно становится одной конторой и одной фабрикой с равенством труда и равенством платы; попутно создаются рядом со старой экономикой, основанной на частном производстве и торговле, государственное производство и распределение, предполагающее натуральный продуктообмен города с деревенскими потребительными обществами мелких крестьян; то есть пролетарское «государство-коммуна», а иначе «государство вооружённых рабочих» постепенно осуществляет централизацию экономики, обобществление, учёт и контроль производства и распределения продуктов в общенациональном масштабе [«Когда государство сводится в главнейшей части его функций к такому учёту и контролю со стороны самих рабочих, тогда оно перестаёт быть «политическим государством», тогда «общественные функции превращаются из политических в простые административные функции» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 308 примечание)] и попутно ещё создаёт условия для уничтожения противоположности между городом и деревней и, следовательно, для уничтожения классов и отмирания государства. В рамках пролетарского «государства-коммуны» коллективно производимый на социалистических фабриках и коллективно присваиваемый рабочими этих фабрик продукт не превращается в товар и поэтому не может господствовать над производителями. Здесь невозможна эксплуатация человека человеком, ибо средства производства не отделены от непосредственных производителей, вооружённых рабочих, и поэтому же владеющие средствами производства и произведёнными продуктами вооружённые рабочие не могут сами себя эксплуатировать.

Подчёркиваю: непременным условием бытия социалистического общества является наличие «государства вооружённых рабочих»: Советской власти, организованной по типу Парижской Коммуны.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СМОТРИ НА ДРУГОЙ СТРАНИЦЕ

[посторонний]

ПРОДОЛЖЕНИЕ

«Марксизм… признаёт необходимость государства и государственной власти… в эпоху перехода от капитализма к социализму…» Но! «Марксизм… признаёт необходимость для указанных периодов НЕ ТАКОГО ГОСУДАРСТВА, как обычная парламентарная буржуазная республика, а ТАКОГО, как Парижская Коммуна» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 28-29; 42-43 или см. В. И. Ленин, Соч., т. 24, изд. 4-е, стр. 46-48).

Почему?

Потому что Коммуна «была, по сути дела, правительством рабочего класса, результатом борьбы производительного класса против класса присваивающего; она была ОТКРЫТОЙ, НАКОНЕЦ, политической формой, при которой могло совершиться экономическое освобождение труда» (см. К. Маркс, «Гражданская война во Франции» [см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. 2, М., 1985 г., стр. 241]); потому что «Коммуна не была уже государством в собственном смысле слова» (см. Ф. Энгельс, «Письмо А. Бебелю» от 18-20 марта 1875 г. [см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, изд. 2-е, стр. 5]). «Коммуна переставала быть государством, поскольку подавлять ей приходилось не большинство населения, а меньшинство (эксплуататоров); буржуазную государственную машину она разбила; вместо особой силы для подавления на сцену выдвигалось само население. Всё это отступления от государства в собственном смысле слова. И если бы Коммуна упрочилась, то в ней сами собой «отмерли» бы следы государства, ей не надо было «отменять» его учреждений: они перестали бы функционировать по мере того, как им становилось бы нечего делать» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 279). Именно поэтому марксизм считает Коммуну «революционной и преходящей (временной) формой» государства (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 274) и именно поэтому он признаёт необходимым для перехода от капитализма к коммунизму «государство» именно этого типа.

Марксизм-ленинизм разъясняет, что после совершения социалистической революции посредством «преходящего (временного или переходного) государства-коммуны», то есть посредством «государства вооружённых рабочих» подавляется неизбежное сопротивление свергнутой и экспроприированной буржуазии и обеспечивается политическое и экономическое господство рабочего класса и соответственно его диктатура. Ибо «социализм, – учил В. И. Ленин, – не мыслим без господства пролетариата в государстве» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 643). Это – азбука.

При социализме, то есть в первой фазе развития коммунистического общества государственная власть находится непосредственно в руках рабочего класса. Все учреждения государственной власти в этом обществе образуют выборные представители рабочих, которые опираются в своём управлении обществом не на монархические органы управления (постоянную армию, гестапо-милицию, привилегированное чиновничества), как это обычно делается в буржуазном государстве, а непосредственно на слитые с армией отряды рабочей милиции, состоящей их вооружённых рабочих. Эти отряды рабочей милиции организовываются Советами рабочих депутатов и фабрично-заводскими комитетами в ходе социалистической революции при каждом заводе и при каждой фабрике и т. д. по всей стране; Советы имеют свои штабы, революционные суды, тюрьмы и прочие средства принуждения, обеспечивающие диктатуру (господство) пролетариата в обществе. И «чем демократичнее «государство», состоящее из вооружённых рабочих и являющееся «уже не государством в собственном смысле слова», тем быстрее начинает отмирать всякое государство» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г.. стр. 308).

Эта власть не может эксплуатировать и угнетать рабочий класс, поскольку все её учреждения представляют сами рабочие и крестьяне, а не кто-либо над ними поставленный, от них отделённый, привилегированный, практически несменяемый как в буржуазном государстве. При социализме сами рабочие производят продукцию на общественных предприятиях и сами же её распределяют через Советы рабочих депутатов в общенациональном масштабе и вместе с тем ещё сами обеспечивают военной охраной общественный порядок на улицах населённых пунктов в свободное от производительной работы время (первоначально за плату, а потом бесплатно). Здесь ясно, что рабочие не могут сами себя эксплуатировать.

[посторонний]

В силу отсутствия в социалистическом государстве привилегированного чиновничества, постоянной армии, гестапо, оно уже не является государством в собственном смысле слова, оно уже есть отмирающее «государство», вернее, «полугосударство». Но полностью отмереть это «полугосударство» сможет только тогда, когда такого типа государственная власть распространится на весь мир и осуществится правило: «от каждого по способностям, каждому по потребностям».

Если же средства производства захватываются в собственность государством с монархическими органами управления в виде постоянной армии, гестапо-милиции, чиновничества (здесь неважно, под каким флагом стоят эти органы управления и, какую идеологию они официально проповедуют), то это – с точки зрения марксистско-ленинской науки – не социализм, а государственный капитализм в наихудшем проявлении. При таком общественно-экономическом укладе средства производства находятся в общей собственности НЕ ВСЕГО общества, а узкой привилегированной группы лиц, государственных чиновников, образующих своим существом «особую организацию силы, организацию насилия» – «государство чиновников», если говорить словами В. И. Ленина, и соответственно государственная власть находится в их руках, а не в руках рабочего класса.

Следовательно, здесь не может быть и речи о господстве рабочего класса, а значит, не может быть речи и о социализме – ведь по Ленину «социализм НЕ МЫСЛИМ БЕЗ ГОСПОДСТВА пролетариата в государстве» (см. В. И. Ленин, Избранные произведения, т. 2, М., 1966 г., стр. 643). В данном случае чиновничье-административная корпорация – «государство чиновников» выступает в роли коллективного капиталиста, захватившего в свою собственность все средства производства и эксплуатирующего точно так же как и отдельные капиталисты наёмных работников, не имеющих за душой ничего, кроме телесной оболочки и собственной рабочей силы. При таком общественном строе ОТДЕЛЁННЫЙ от средств производства наёмный рабочий продаёт собственнику средств производства, совокупному капиталисту, т. е. «государству чиновников», свою рабочую силу за известную плату в день. В течение нескольких часов работы он воспроизводит стоимость этой платы, но согласно заключённому между ним и «государством чиновников» договору, он должен работать ещё ряд часов, чтобы целиком заполнить рабочий день. Стоимость, которую он создаёт в эти дополнительные часы прибавочного труда, составляет прибавочную стоимость, которая ничего не стоит «государству чиновников», но всё же идёт в его карман. И соответственно там, где государство выступает в качестве капиталистического производителя, производимый им продукт является «товаром» «…и обладает поэтому специфическим характером всякого другого товара» [см. К. Маркс, «Замечания на книгу А. Вагнера «Учебник политической экономии» (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, М., 1961 г., стр. 385)]. Именно об этом «государстве чиновников» Ф. Энгельс писал, что оно, «…есть по самой своей сути капиталистическая машина, государство капиталистов, идеальный совокупный капиталист», и что «чем больше производительных сил возьмёт оно в свою собственность, тем ПОЛНЕЕ будет его ПРЕВРАЩЕНИЕ в СОВОКУПНОГО КАПИТАЛИСТА и тем большее число граждан будет оно эксплуатировать» (см. Ф. Энгельс, «Развитие социализма от утопии к науке» [см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. 3, М., 1985 г., стр. 158-160]).